Константин Кузнецов – Сто килограммов для прогресса. Часть первая (страница 139)

Вот такая получилась пушка, сварили тумбу довольно быстро, маховичок и винт взяли минометные. Стали пристреливать, получается очень точно стрелять с такого станка, даже получилось сделать отметки дальности на прицеле. Установили на шхуну, сняв с нее пушку на колесном лафете. Подкрепление палубы сделали серьезное: добавили стальной бимс, распорку вертикально в килевый брус, и распорку в ахтерштевень — пушка на юте стоит.

Испытали — выстрел чувствуется всем кораблем, но ничего не трещит, не расшатывается. Точность, конечно, не как стрельба на суше, все-таки качка сильно мешает. Но теперь пушка при выстреле неподвижна относительно палубы, и наводчик может прицеливаться до самого момента выстрела, может точно выбрать момент выстрела. Вот ради этого я все это и затеял с откатником и дульным тормозом.

Конструкцию установки одобрили — приняли на вооружение. На заводе начали небольшую серию тумбовых установок.

Антип сказал что одна химическая лаборатория уже почти готова. Какое из веществ сейчас нужнее? Что делать в первую очередь? Я хотел ему заказать производство меленитовых шашек, но вспомнил все свои опасения, связанные с шимозой. А ведь когда он делал анилин, он кроме бензола выделял толуол, он тоже присутствует в продуктах пиролизы древесины.

— Антип, чистый толуол у тебя есть?

— Есть.

— Много?

— Вот такая бутыль — восемь литров. Еще есть грязный бензол, можно оттуда выделить, но его очищать надо.

— Слушай, в справочнике есть рецепт тринитротолуола, там даже немного проще чем тринитрофенол, попробуй синтезировать, это тоже взрывчатка.

— А что, пикриновая чем плоха? Фенола у нас целый склад, а толуол выделять трудно.

— Пикринка опасная, сам знаешь, если прореагирует с каким металлом, то пикрат может взорваться от любого чиха. Когда наши фугасным стреляют, я напрягаюсь каждый раз. Представляешь, если снаряд взорвется прямо в пушке!

— Всех пушкарей поубивает!

— Вот. Надо на тринитротолуол переходить, он гораздо безопасней. Сокращенно он "тол" называется.

— Так мало у нас толуола, из бензольной смеси можно еще килограмм десять выделить — и все.

— Смотри, строим мы коксовую батарею — а это почти тот же пиролиз, только для каменного угля. Во-первых, в каменном угле бензольной фракции больше чем в древесине, во вторых — перерабатывать каменного угля мы будем больше — по несколько тонн в день. Так что как сделаешь тол, открывай в справочнике раздел "коксохимия" — это оно и есть.

Антип сделал тол довольно быстро, то что не шимоза — сразу видно. Нет того ярко-желтого цвета, больше серый, слегка желтоватый. Плавится даже в горячей воде, при поджигании горит коптящим пламенем. Зарядили мину — взрывается так же, но не так сильно крошит чугун, осколки получаются лучше. Но самое главное — не образует опасных соединений. Расплавленный тол можно просто заливать в снаряд и хранить годами.

Теперь бы ещё толуол получить в достаточном количестве, но коксовая батарея уже почти готова, скоро запустим, и будут у нас нормальные фугасные снаряды. Сейчас у нас тола только на полсотни снарядов. А мелинитовых мин и снарядов у нас несколько сотен, и хранить их долго не хочется. Но не тратить же их просто так, столько труда в них вложено.

Последние месяцы я почти не вспоминал Елену Мангупскую. Когда началась эпопея с бегством от Менгли, я долго думал, что мне делать. Пришел к выводу, что вывезти ее оттуда никак не могу, поэтому придется прекратить какую-либо видимость отношений с княжеством Феодоро, чтобы не навредить им. Вот так — еще одна потеря, сколько всего с Крымом у меня связанно. Но надеюсь, что это временно.

Уже сделали пушку для Гиреев, это чтобы один Гирей стрелял в другого. Пушку делали по той же технологии что и минометы — чугун легировали магнием, отливку проверили на предмет раковин. Канал ствола прошлифовали в черновую и на отжиг, для образования чугуна марки ВЧ. После — чистовое шлифование канала ствола. Коническую пороховую камеру делать не стали, даже такую идею им дарить не хочется. Но в остальном — нормальная пушка начала девятнадцатого века, одностанинный лафет, большие деревянные колеса.

Ядра чугунные, допуск на зазор между стволом и ядром — минимальный. Порох — гранулированный. Подсаживаем их на высокотехнологичные компоненты. Если перейдут на османский порох — еще не известно, что получится. Скорость горения пороховой мякоти сильно зависит от степени уплотнения, может и пушку разорвать. Так что наш цех черного пороха заработал в полную силу. Трофейный османский порох переделываем в гранулированный для Гирея, а для себя будем делать порох получше.

А вот идею картузного заряжания тоже не будем дарить, это слишком легко повторить. Сделаем мерный совок для пороха. Так что одна пушка у нас готова, надо начинать обучение пушкарей Нур-Девлета, два десятка ногаев для этого у него уже есть.

Южнее Мавролако нашли небольшую долину на берегу, зажатую с двух сторон скалами. Там заброшенная рыбацкая деревушка — несколько домиков. Устроили там базу подготовки террори…, тьфу, воинов будущего хана. Кроме пушки отвезли им и один миномет — все равно эта технология уже утекла. Но мины только керамические, зажигательные, дальность — триста метров. Учебная мина деревянная, со свинцовым грузиком.

Обучить стрелять ногаев из пушки получилось довольно быстро, сначала все действия по заряжанию и обслуживанию довели до автоматизма — порох экономили. Ну с пушкой понятно, куда навел — туда и летит. Если дальше — то надо брать чуть выше. Про измерение дальности даже не заморачивались, пусть воспринимают это как искусство и шаманство.

С минометом хуже — слишком сложно — тут и разные номера зарядов, и угол может быть разный. Так что пришлось упрощать, но при такой максимальной дальности — пойдет.

Принимать экзамен у своих пушкарей Нур-Девлет приехал сам. Выступление бродячего цирка ему понравилось, особенно стрельба из пушки. А когда ему показали стрельбу картечью, то у него загорелись глаза и стало видно, как он продумывает тактические приемы по использованию картечи.

Встал вопрос, сколько я дам картечи. Выяснилось, что это не то чтобы дорого, ее просто мало. Гирей послал своих воинов выковыривать картечины из мишени и стенки оврага. Я так думаю, он заставит кузнецов ковать картечь.

И тут еще один сюрприз — "винтовки давай" — говорит. Узнал все-таки. Как хорошо было, сидел в своей тюрьме, и не знал, что в мире появились винтовки и револьверы.

Пытался объяснить ему, что пушки лучше винтовок принципиально. Разговорились, он объяснил мне его принципы армейской дисциплины. Да, тут даже револьверы больше подходят — расстрелять ослушника так гораздо удобнее. Я показал ему револьвер, как он стреляет — и все, у человека вдруг появилась мечта, причем совсем рядом. Сошлись на пяти револьверах, и обучению первоначальным навыкам прямо здесь.

Один револьвер он забрал себе, разумеется. Но из четырех других револьверов один попал не к моему агенту. Но ничего страшного, это дело поправимое, только не сразу. И всего по тридцать патронов на ствол — для поддержания дисциплины хватит, а для войны — очень мало. Конечно со свободным обменом гильз на патроны у консулов, иначе бы Нур-Девлет не согласился.

Еще три пушки будут готовы через две недели, я вот-вот запущу домну, чугуна маловато у меня. Доспехи будут чуть позже, но буду посылать партиями, по мере изготовления. Еще Гирей заказал наконечники для пик, сотни три. Тоже нужное дело, я думаю, мы их сможем штамповать, вопрос в толщине металла. Если сделать ребро жесткости, то сильно толстый металл и не нужен.

Сроки его устраивают, сейчас он заберет с собой этот огнестрел. Демонстрируя пушку, миномет и револьверы, он быстро наберет себе сторонников среди ногаев. На этом и разошлись, они пошли грузить пушку на шхуну, а я отправился в Адлер.

В Адлере уже готова домна, в ней жгут дрова — сушат. Опять мы небольшую домну построили, для кокса можно было бы и выше построить, было бы еще экономичнее. Но мы уже привыкли к таким домнам, и строить быстро и производительность нас устраивает. А что большой относительный расход угля — так у нас его теперь полно.

На уровне верха домны построили площадку, там два бункера, из которых можно сыпать в домну или кокс или руду. Построили эстакаду с деревянными рельсами — к этой эстакаде подъезжает по таким же путям вагонетка с рудой или коксом. На верху — ролик, через который перекинут канат, вол идет по земле и затягивает вагонетку наверх. Наверху вагонетку опрокидывают влево или вправо в нужный бункер.

Вот только все наши деревянные рельсы — это отдельные пути. Но на стыке путей от коксовой батареи и рудного склада, где вагонетка должна выйти на эстакаду, есть почти настоящая стрелка. Одни деревянные бруски на стальных штифтах вынимают, другие — вставляют. Получается переключение.

Если взглянуть на домну сверху, то она будет похожа на цветок с тремя разными лепестками. Первый, самый широкий, идет на северо-восток, вглубь суши. Это литейные площадки и конвертер, потом это продолжается литейно-прокатным цехом. Второй лепесток — на запад, под углом к берегу. Это загрузочная площадка, с бункерами, эстакадой и рельсами.

Третий лепесток — на юг, тоже под углом к берегу — служба дутья — печь подогрева воздуха, ветряк, ресивер, клапана, воздуховоды к компрессорам, которые стоят около своих валов трансмиссии.