Константин Кузнецов – Сокровище Колдуна (страница 31)

3

Бабы, что стояли у колодца, весело болтали про всякое разное, даже не замечая мрачного иноверца, что прогуливался вдоль домов. Калиостро шел по улице, кутаясь в теплую овечью шубу, и с интересом взирал по сторонам. Жизнь на земле средь дремучих лесов до этой поры представлялась ему скучной и серой. А теперь мнение его изменилось. Оказывается, на селе в преддверии долгих зимних и темных месяцев крестьяне не впадали в уныние, а наоборот, были полны всевозможных забот. У мужчин большую часть времени занимала работа по хозяйству: мастеровые дела, заготовка дров для поддержания тепла в избах и изготовления лучин, смоли, а также прочей утвари. И это только малая часть из перечисленного. А иных ремесел сколько: бондарное, кузнечное, гончарное! Мужик на селе должен быть мастером на все руки, иначе никак. У женщины тоже хлопот не меньше, и все по тому же хозяйству. Они и за домом приглядывать должны, и за скотиной да детьми ухаживать, а один поход за водой чего стоит.

Остановившись возле селянок, Калиостро вспомнил недавнюю беседу со священником и попытался мысленно представить разговор насчет местной ведьмы, что приютилась у самой окраины. Наговорить на человека — дело-то нехитрое. А если не напрямую спросить, а издалека начать? Только с чего именно? Да и как расположить к себе незнакомый люд? Тем более что давно уже заметил иноземец, как на него косятся местные жители. Видно, что не доверяют. Мало того, что из знатного сословия он происходит, — шутка ли такой титул на плечах носить? — так еще и с далеких европейских стран прибыл, которые частенько с великой матушкой Россией земельные споры затевают.

Нет, не помощник Калиостро в таких делах.

Ему сейчас сперва надобно подумать, как сокровище Маринкино отыскать, а уж потом остальные заботы на себя взваливать. Хорошо, но и с поисками не все понятно. С чего начать? Это ведь как иглу в стоге сена обронить. Одна надежда, что пока граф здесь перед местными рисуется да променады устраивает, вроде как отвлекая на себя внимание местных, его хитроумная женушка отыщет след Нептуна.

С такими или почти такими мыслями Калиостро вернулся к избе, где и повстречал хмурого Петра. Тот, по всей видимости, уже начал волноваться: куда пропал граф Феникс, не случилось ли чего худого? Но Калиостро тут же его успокоил: дескать, все нормально, беспокоиться не о чем. Только вот денек еще в Покровах задержаться все-таки придется. Чувствует граф своим внутренним чутьем, что так лучше будет: мол, звезды велят проделать оставшуюся часть путешествия в последнюю седмицу ноября, и никак не раньше. Так как семерка сама по себе цифра для дороги самая наилучшая.

Петр выслушал от иноземца пламенную тираду и молча согласился. Да и кто он такой, чтобы временному хозяину перечить? Шапку поправил, хмыкнул и быстро удалился.

Ноги сами привели графа к его черной карете, где договорился он перед закатом о важной встрече.

Подойдя к дверце, Калиостро прижался к ней спиной, услышав, как тихо щелкнул замок.

— Добрых вестей тебе принесла я, мой ненаглядный, — раздался приглушенный голос Лоренцы.

Сердце графа заколотилось от предвкушения. И ведь имел он особую практику, что позволяет волнения свои обуздать и ритм в груди замедлить или остановить вовсе. Но сейчас все ж таки не сдержался.

Закрыв глаза, Калиостро улыбнулся:

— Неужто нашла драгоценный дар?

— Еще нет, но знаю, кто его нынешний хозяин, что себе присвоил, — ответил женский голос.

— Вот как? И кто же?

Сердце графа замерло.

— Местная девушка, Азовкой кличут. Говорят, из Греции бежала да в здешних лесах теперь прячется. За церковью домик небольшой в чаще стоит. Так это и есть ее пристанище, — на одном дыхании выдала Лоренца.

Открыв глаза, Калиостро выпустил изо рта пар и уставился на мрачное, словно сотканное из грязного сукна небо, откуда медленно падали невесомые снежинки. «И впрямь, существует кто-то там, среди мириад звезд и туманностей, кто человеческими судьбами заведует», — подумал Калиостро. Иначе как объяснить, что наконец-таки услышаны его молитвы? А поскольку след отыскался, то и сокровище скоро к законному владельцу возвернется.

— Только к великим событиям приводит череда сущих случайностей, — прошептал Калиостро.

— Что ты сказал, любимый? — переспросила Лоренца.

Но Калиостро не ответил. Достав крохотный лист бумаги, он написал короткое послание, просунул его в зазор двери и победоносно добавил:

— Скоро наше предприятие в Великой Московии завершится единым и безоговорочным триумфом! Но для начала исполни, что требуется. Если после моего разговора с гречанкой она не выдаст мне сокровище, призови на помощь лихих людей.

— Хорошо, любимый, — тихо-тихо прошептала Лоренца. — Сделаю все, как ты повелеваешь, мой Император.

Зябко погрев руки, которые мерзли даже в варежках, что были подарены Калиостро его провожатым, граф отправился вверх по дороге, мимо церкви, к дому греческой поселенки со странным именем Азовка.

[1] Псалом 36:10, 11, 29

[2] Кто говорит в лицо — не предатель (итальянская поговорка).

ГЛАВА 13. Чужие секреты

Никитский переулок

Управление полиции по Московской области

Начало апреля. Среда

Середина недели ознаменовалась внезапным селектором и срочным вызовом в управление, на ковер к генералу. Начальство в буквальном смысле негодовало, требуя незамедлительного результата. Только к чему такая спешка? Даже на предварительную проверку дают десять суток! А тут три дня — и точка! Значит, на начальство давят сверху. И кто-то очень серьезный, — сделал вывод Кирилл. И, скорее всего, этот кто-то — отец Регины, господин Ларин. Руководитель крупной фирмы наверняка имеет выходы на министерство или прокуратуру, оттуда и жди неприятностей. Те, как погонщики, будут хлестать исполнителей по спине, пока не отыщется подозреваемый.

Докурив сигарету — все-таки не выдержал, сорвался, — Агафонов дождался у дверей непосредственного начальника, обменялись парой фраз и отправились на положенную экзекуцию.

В огромном кабинете за широким столом сидел невысокий, сухопарый представитель высшего начальствующего состава. Короткая стрижка, лысина и пышные черные усы. Сложив руки на столе, генерал пронзил визитеров недовольным взглядом. Не злым, а именно недовольным. А степень его недовольства будет зависеть от полученных ответов.

— Ну что, господа-товарищи, чем порадуете меня по делу Лариной? Есть какие-нибудь подвижки? — неспешно начал начальник управления.

Власенко поправил форменный галстук, словно тот слишком сильно давил на шею, и, кашлянув в кулак, коротко ответил:

— Пока отрабатываем основные версии.

— Да? Очень интересно, — генерал перевел взгляд на Агафонова: — И какие же основные версии у вас имеются?

Кирилл собирался встать, но хозяин кабинета махнул рукой:

— Давай без официоза!

— В первую очередь возможные конфликты по месту учебы. Мы уже опросили одноклассников Лариной, пообщались с близкими родственниками.

— Да уж наслышан! — недовольно буркнул генерал. — За дело вы взялись даже излишне рьяно. А что по факту?

— За три дня много не накопаешь, — попытался защитить подчиненного Власенко. Но тут же получил от начальства очередной укор:

— А может быть, просто не там роете, товарищ подполковник?

— Мы отрабатываем версии по их значимости, — пояснил Кирилл.

— А результат? Мне нужен результат, а не ваши пустые отчеты! Школьницу убили посреди белого дня, в людном месте, а вы с одноклассниками да учителями лясы точите. — Лицо генерала побагровело, и он продолжил отчитывать подчиненных: — А вас не смущает, что на месте преступления не обнаружено ни единого следа? Говорили с экспертами, что они там ни одного старого отпечатка не обнаружили⁈

— Да мы все осмотрели по несколько раз и даже больше! — попытался оправдаться Власенко.

Генерал ударил ладонью по столу, заставив того замолчать.

— Хватит заниматься пустой болтологией! Не мне вас учить оперативным мероприятием. Без меня прекрасно знаете, как работать. А тут прямо как специально все затягиваете. Или решили очередной висяк в статистику подкинуть?

— Делом занимаемся как положено: двадцать четыре на семь. Но пока реально ни одной зацепки, — жалобно промямлил подполковник.

Генерал был мрачнее тучи:

— Да вы издеваетесь! Что значит «ни одной зацепки»⁉ А какого черта вы там весь день торчали⁈ Просто лясы точили⁈ Или как слепые кроты там носом водили, а ни хера не почуяли?

Генерал потянулся к ящику, открыл его, достал пачку сигарет, потом смял ее и швырнул в мусорное ведро.

— Зла на вас не хватает! Помяните мое слово: если из прокуратуры будут наседать, проведу внутреннее расследование. И не инспекцией по личному составу, а привлеку сотрудников ГУСБ. Так что давайте, ноги в руки и поскакали сайгаками работать! До конца недели жду результат. И не просто версию, а конкретного подозреваемого! Надеюсь, вы меня услышали.

На мобильном телефоне генерала заиграл гимн России, и он отмахнулся от сотрудников как от надоевших мух.

Первым покинул кабинет Агафонов, а следом за ним Власенко.

Они молча спустились вниз, но решили не покидать управление, а заглянуть в местную столовую. Так сказать, залить печаль кофейком. Вызов на ковер никогда не бывает содержательным, но все же озвученные претензии надо бы переварить.