Константин Кривчиков – Сон об уходящей натуре. Поэма-аллюзия (страница 4)

Век, полный разума и воли, лишённый сердца

и души, эпоха лиха, скорби, боли, братоубийства

и крамолы, зароков, выхарканных кровью —

не верь, не бойся, не проси!

НАШ ПАРОВОЗ

Кто припозднился на премьеру,

тот пропустил крутой пролог.

У стен Кремля темнели ели,

в ЦэКа кропали некролог.

Грядёт большая перемена —

гулял пугливый шепоток.

Но этот век слезам не верил

и, словно зэк, тянул свой срок.

И, как Кощей, не ждал исхода.

Казалась вечной мерзлота,

вам не хватало кислорода,

и ускользала красота.

Страна, разбитая на зоны

от леса в тундру и назад,

поправ ботаники резоны,

растить пыталась город-сад.

В коммунистических бригадах

всё шло по плану той порой.

Немного наспех, но, как надо.

Верстая сводки чередой,

Госплан командовал парадом.

Блудливый Воланд правил бал.

На скотный двор сгоняя стадо,

пастух прописку проверял,

чтобы не шмыгнула из строя,

срывая трудовой почин,

овца паршивая, святое

нарушив – визовый режим.

В большой семье – не без урода,

химичил кто-то кое-где…

Незримый бой, служа народу,

вёл МУР.

И бдели ДНД.

На «пёстрых» заводили дело

и на Румянцева – в момент.

Работа в органах кипела —

и ошибался резидент!

Серпом и молотом махая,

без устали пахал «Мосфильм»,

лубочной грёзой замещая

Отечества несладкий дым.

Махру смолили офицеры,

а председатель – «Беломор»…

В подобной душной атмосфере

стать Ихтиандром – не в укор.

Пророков не ищи в Отчизне,

где заправляет Агитпроп —

так объяснит, в чём правда жизни,

что морж во льдах и тот поймёт.

Зябь поднимали трактористы,

героем стать хотел любой,

а лесорубов-гармонистов

девчата звали за собой.

Деревня лебеду жевала,

на граммы вешались пайки,

но на экранах хлеб и сало

везли с Кубани казаки.

Как тут, пардон, не матюгнуться,

когда эмоций не сдержать?!

Бурчал народ: