Константин Костин – Салли Шеппард, демонолог и другие (страница 39)

— Слышала.

— Скромная девушка. Она всего лишь «слышала». Насколько мне известно, ты не просто слышала о нем. Насколько мне известно…

Фраус достал из кармана короткую трубку и пыхнул ароматным табачным облачком. Салли с интересом посмотрела на поднимающееся к потолку колечко дыма. Или ректор держит в кармане зажженную трубку, или она зажигается сразу же, как только появляется на свет из кармана. Любопытно…

— Насколько мне известно, — повторил ректор, поглядывая на Салли улыбающимися глазами, — происходящее не описывается словом «слышала». Твои приступы Черноты, определенная информация о том, что демон сумел проникнуть в Академию одновременно с твоим появлением здесь, наконец, сегодняшнее нападение на тебя во время урока безопасности. Конечно, попытки убийства студентов в АД случаются достаточно часто — в конце концов, правилами это не запрещено — но не с использованием же демона. По крайней мере, не на первом курсе… Что скажешь?

Салли слегка поерзала:

— Вы думаете, что демон принял облик одного из первокурсников?

— Не «принял облик». Демон может принять чужой облик, да. Но, во-первых, это легко распознается — демонологи мы или кулинары? — а во-вторых, облик может менять демон, проникший в наш мир в качестве проекции. Демон, призванный во плоти, приобретает свой облик раз и навсегда.

— Тогда, — задала Салли давно интересовавший ее вопрос, — почему его до сих пор не нашли? Ведь достаточно просто проверить биографии первокурсников. И тот, кто солгал о своем происхождении или же тот, кто не может рассказать о нем — тот и есть демон. Разве нет?

— Увы, нет. Дар демонолога имеет много граней и аспектов. Как положительных — возможность призывать и изгонять демонов, защита от вселения демона в тело, так и отрицательных. Один из таких отрицательных аспектов ты наверняка встретила по дороге сюда.

— Необходимость жить на верхушке высоченной башни?

— Нет. Одушевленные доспехи. В каждом из них — душа мертвого демонолога. По неизвестной ученым причине, души демонологов в отдельных случаях не могут покинуть наш мир и отправиться в Верхние планы. Они задерживаются в этом мире… и с ними что-то приходится делать. Иначе АД оказалась бы переполнена призраками.

Салли обдумала ситуацию с душами.

— А каким образом это мешает найти демона?

— Никаким. Это просто пример отрицательного аспекта дара. Найти же демона мешает другой аспект. Особенность характера демонолога. Демонологи, все демонологи без исключений, патологически не любят рассказывать о своем прошлом. Зато любят менять место жительства, имя, в отдельных случаях — и внешность. Демонолог, просидевший на одном месте и с одним именем десять лет — редкая птица. Это не касается преподавателей АД. Мы здесь в Академии все — такие редкие птицы… Теперь понимаешь? У десятка первокурсников неизвестны ни настоящие фамилии, ни родословная, ни место рождения… Ничего.

— Но разве нельзя как-то проверить всех десятерых…

— Нельзя. Во-первых, демон во плоти не просто принимает облик демонолога. Он полностью превращается в демонолога, от малейшего аспекта дара до секущихся кончиков волос… За одним маленьким исключением. Демон во плоти продолжает сохранять демоническую силу. Однако она прячется так глубоко внутри, что обнаружить эту силу возможно только если демон ею воспользуется. Пока же он ее прячет — увы… Ну и во-вторых: я считаю, что демона нужно искать вне стен АД. Да, он мог найти способ проникать в нее, но искать его нужно в городе.

— Но ведь профессор Софис… — Салли прикусила язычок, но ректор уже все услышал.

— Кстати, о профессоре Софисе, — щелкнул он пальцами, — Ты со своей рыжей подругой подслушала наш разговор с профессором. Не отпирайся, я знаю это точно. В конце концов, я — ректор. Итак, вы подслушали разговор и решили поиграть в охоту на демона. В охоту на существо, которое преследует никому неизвестные цели, скрывается от преследования, и при этом обладает силой, способной убить любого неосторожного? А вы не думали о том, то вы будете делать, если все-таки найдете его?

Салли внимательно рассмотрела трещину на каменной плите пола:

— Мм… Нет.

— Так вот, студентка Шеппард. Я не стану запрещать вам искать демона в Академии, потому что с уверенностью могу сказать, что его в ней нет. Но, также и по той же причине, я не стану вам рекомендовать найти третий том «Справочника заклинаний» профессора Пугна, прочитать в нем о заклинании Devastatio — единственном заклинании, которое может остановить демона во плоти, и уж тем более я не буду рекомендовать вам изучить это заклинание.

Фраус преувеличенно серьезно посмотрел на слегка удивленную девушку, взмахнул трубкой и продолжил:

— Студентка Шеппард, можешь идти. Или у тебя есть еще какие-то вопросы ко мне?

— Да, — тут же воспользовалась случаем Салли, — Три вопроса. Можно?

— Можно. Ровно три. Давай.

— Как вы думаете, зачем демон проникает в Академию?

— Ну, если бы он просто проник в нее под видом первокурсника, то я бы посчитал, что демон решил спрятаться там, где его точно не догадаются искать. Но, раз уж мы решили считать, что демон проникает сюда извне, то можно предположить, что ему нужен… некий важный предмет…

Салли почему-то сразу пришла в голову шкатулка, светящаяся разноцветными лучами. Что бы там могло быть?

— Второй вопрос.

— Почему вы не верите профессору Софису, который говорит, что демон в Академии?

— Профессор Софис… Он, мягко говоря, не совсем адекватно воспринимает действительность.

Фраус слегка улыбнулся и постучал себя по лбу.

— Третий вопрос?

Салли неожиданно осознала, что у нее нет третьего вопроса. Но и лишаться такой возможности она не хотела.

— А… Ну… М… А почему профессор Софис — зеркало?

— Я мог бы ответить, но лучше спроси у него самого. Иди. И не забудь зайти к доктору Ингену.

— Ты что здесь делаешь?

В полутемном коридорчике, ведущем к кабинету Ингена, Салли встретился Крис Умбра, поприветствовавший ее со своей обычной дружелюбностью.

— Иду к доктору Ингену.

— Тебя же ректор вызывал?

— Там я уже была. Как закончилось с Максимусом?

— А… Умбра махнул рукой, — Пообещал меня стереть в порошок. Потом. Когда будет не слишком сильно занят. Ты сегодня вечером будешь у себя в комнате?

— Ну да.

— Ладно, тогда я к вам заскочу.

Крис засунул руки в карманы штанов и ушел, насвистывая, зажав трость под мышкой.

Салли пожала плечами. Что он здесь вообще делал?

Кабинет Ингена, в отличие от кабинета ректора, находился не только на вершине башни, а вообще в полуподвале. Салли спустилась по истертым каменным ступеням узкого прохода и открыла низкую дверь:

— Разрешите?

Инген глянул через плечо и приглашающе махнул рукой:

— Входи, Салли. Подожди немного, я уже почти закончил…

Этот кабинет больше походил на мастерскую: был не просто заставлен, он был завален разнообразными механизмами, собранными, разобранными, полуразобранными и полусобранными. Они были повсюду: на столах, на полках, на полу. Там, где не лежали механизмы — там лежали детали от механизмов. Даже с потолка свисала покачивающаяся конструкция, неприятно напоминающая помесь гильотины, башенных часов и лесопилки.

Шеппард подошла к доктору и взглянула на то, над чем он работал. Впрочем, с тем же успехом она могла этого и не делать, понятнее ей не стало.

На верстаке перед Ингеном лежало устройство, целиком сделанное из серебра: два соединенных цилиндра, длиной в ярд и толщиной в половину дюйма, с одного бока к ним крепился длинный прямоугольный брусок с заглаженными краями, начинающийся где-то в одном футе от края цилиндров и продолжающийся до самого второго конца, где брусок приобретал цилиндрическую форму и загибался вниз. С внутренней стороны изгиба крепилось кольцо, в котором находились два изогнутых плоских стержня, с внешней — плоская лопасть, похожая на весло, также отогнутая вниз от оси симметрии.

Девушка поняла, что понятия не имеет, для его эта штуковина может служит. С равным успехом в ней можно было молоть кофе или сверлить стены.

— Что это?

— Понятия не имею, — безмятежно ответил доктор, аккуратно сметая тряпочкой мелкую серебряную пыль с верстака.

— Неожиданный ответ. Это как?

— Ну, в том смысле, что я не знаю, как она называется. Она сделана по заказу Прокуратуры, а те ее увидели в Окулус Мундос.

Инген кивнул на огромную линзу в бронзовой оправе, стоящую в углу, рядом со скелетом гоблина.

Окулус Мундос, Око Миров. Достаточно редкое устройство, позволяющее увидеть происходящее в других мирах. Нет, имелись в виду не Нижние и Верхние планы, а именно другие миры, населенные такими же людьми, как и этот мир. Правда, никакой связи с этими мирами не существовало, попасть туда было невозможно и некоторые ученые полагали, что Окулус Мундос показывает всего лишь сны или фантазии. Сейчас в окошке линзы лениво рубились на мечах высокие стройные люди. У них были узкие длинные черепа, прижатые к голове плоские уши без мочек, пышные волосы, которые поднимались на ветру, как облака, над их головами, большие миндалевидные глаза с желтыми зрачками и пурпурными белками, большие рты с пухлыми губами и кожа золотисто-розового оттенка…

Салли встряхнула головой. Эта картина завораживала.

— Ну вот, прокураторы увидели эту штуковину в одном из миров и им загорелось получить такую же. Понятия не имею, для чего и какое название она имела в том мире.