Константин Королев – Тени зеркального зала (страница 7)

Этот гнев был знаком. Он был старым, как мир. Это был гнев, который он всегда подавлял, загонял глубоко внутрь, потому что «злиться – некрасиво», «гнев разрушителен», «мужчины не злятся, они действуют».

Но сейчас этому гневу было на что опереться. На боль Мальчика. На молчание отца. На предательство самого себя.

С рыком, который вырвался наконец из самой глубины его существа, Артём взмахнул кулаком. Он не целился. Он бил. Бил в отражение. В этого улыбающегося двойника. В босса. Во всю эту ложь, в которую он сам себя загнал.

Его кулак со всей силой обрушился на зеркало.

Раздался оглушительный, хрустальный треск. Не такой, как при аварии, а более личный, более яростный.

Зеркало не разлетелось на осколки. От его центра во все стороны поползла одна-единственная, но глубокая, зияющая трещина. Она разделила отражение пополам, искривив все лица в гримасах.

И в тот же миг мир содрогнулся.

Конференц-зал затрепетал, как от подземного толчка. Свет ламп погас и замигал аварийной желтизной. Лица людей за столом поплыли, расплылись, как под дождём чернильные кляксы. Стол, стулья, проектор – всё начало терять форму, превращаясь в абстрактные пятна цвета.

Но это было не всё.

Трещина на зеркале не исчезла. Она осталась висеть в воздухе, чернея, как шрам на самой реальности. И через неё, из её тёмной глубины, хлынул… звук.

Не голос Актёра. Не рык Тени. Это был низкий, мощный, неоформленный гул. Гул самой Ярости. Он был полон рёва двигателя, лязга металла, сдавленного крика и первобытного, животного рычания. Он был таким плотным, что его почти можно было потрогать.

Артём стоял, тяжело дыша, и смотрел на свою руку. На ней не было ни крови, ни ссадин. Но он чувствовал жгучую боль – не физическую, а боль высвобождения.

Он это сделал. Он позволил себе гнев. Настоящий, ничем не сдержанный.

И мир не разрушился. Он… изменился.

Трещина в воздухе медленно начала зарастать, но не исчезла полностью. Она осталась едва заметной, фантомной линией, искажающей пространство вокруг себя. Теперь она была частью Зеркального Зала. Его первым шрамом. Его первой правдой.

Конференц-зал исчез. Артём снова стоял в зеркальном коридоре. Но теперь все зеркала вокруг него были испещрены той самой трещиной. В каждом отражении его лицо было разделено надвое. С одной стороны – он сам, с глазами, полными шока и осознания. С другой – смутный, искажённый силуэт, в котором угадывались черты и Мальчика, и Актёра, и чего-то третьего, тёмного и могучего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.