Константин Комаров – Жизня. Рассказы о минувших летах (страница 62)

Приказ был подписан моментально — и 15 сентября 1999 г. Леонтьев заступил на должность. И продлилось это долгих 10 лет — до 4 октября 2009 г.

Для Андрея это граничило с уходом из Института, но директор Рауф Магомедович Мунчаев сказал: «Мы такими кадрами не разбрасываемся». И Андрей был оставлен в прежней должности на половину ставки. Но в таком качестве он уже не мог быть начальником экспедиции, связанной с финансовыми проблемами. Несколько смущенный Андрей Евгеньевич подошел ко мне и сказал:

— Константин Иванович! Побудь ты начальником. Всю документацию я буду по-прежнему делать сам. А тебе останется представительствовать.

Легко сказать! Принесешь отчет, а бухгалтерия начинает над тобой изгаляться.

— Зачем забор поставили?

— Огородили раскоп, техника безопасности.

— Но это уже строительная деятельность, плати налог на добавленную стоимость.

— Да какая там добавленная стоимость?

— Ничего не знаем.

В общем, начальник из меня оказался никудышный. Это скоро стало ясно не только мне, но и моим друзьям-начальникам, самому Андрею и Саше Кашкину. Они держали долгий совет: Что делать? Скинуть меня? Обидится! Наконец решились. Поговорили. Я облегченно вздохнул и только посмеялся над их сомнениями.

— Вот теперь сами бегайте.

Бегать предстояло Кашкину. Он и возглавил нашу Волго-Окскую экспедицию, и дело наладилось. Мы у него, как у Христа за пазухой. И по сей день.

Шло время, Андрей успешно справлялся с этим хлопотным, по моему мнению, делом. На исходе 10-й годовщины своего директорства он собирался подать в отставку. Но бог предполагает... В новые времена темная нечисть вырвалась из преисподней и вселилась в души людей корыстных и лукавых. В высших сферах зародилась своя идея. Толчком послужил конфликт вокруг Борисоглебского монастыря, в котором одновременно располагается филиал Ростовского музея. В духе общей политики партии и правительства церковь захватила территорию монастыря в свою собственность и поставила туда своего настоятеля. Новоявленный пастырь пожелал стать безраздельным хозяином всех монастырских и немонастырских построек и всей обширной территории. Андрей как ответственный директор музея предлагал совместное использование звонницы и старых, собранных музейными сотрудниками, колоколов. Это в ту пору было разумно, допускалось МК РФ и соответствовало законодательству. Это был бы переходный этап перед дальнейшей передачей музейных колоколов на баланс монастыря законным путем. Но эти святоши не шли на компромисс. Андрей вынужден был снять со звонницы числившиеся на балансе музея колокола. Но такое позволено только царю Петру! Жители поселка Борисоглебский подняли свой бунт. Попы отнимали у них единственное в поселке общественное место, где только и можно было собираться на гулянья и другие общественные акции. Попы оказались главней. И колокола отлили новые. Российская казна оплатит! Да они и так аккумулируют немалые средства от коррупционных, криминальных структур и вымогательства.

Самоуправного Андрея Евгеньевича постановили убрать с поста директора музея. Об этом позаботился глава Центрального федерального округа, выдуманной Путиным бесполезной административной надстройки, некий Полтавченко, о чем и попросил министра культуры Авдеева. А все потому, что духовником духовно примитивного, но изощренного в бюрократических интригах главы федерального округа России оказался этот самый вовсе бездуховный хлюст, монастырский настоятель. В наш практический век тоже должность хлебная, не то чтобы в поте лица добывать хлеб свой.

Следуя канонам гегелевской диалектики, можно прийти к мысли, что монашество имеет некоторое основание, но с оговоркой — на определенном этапе развития человеческой культуры. В эпоху варварского средневековья монастыри оказались практически единственными центрами, хранителями и рассадниками цивилизации. В их недрах зародились живительные ростки научного мировоззрения, в процессе развития пришедшего в противоречие с теософской схоластикой. Вспомним Джордано Бруно. Эпоха Возрождения означала отрицание слепой веры в божественное предопределение и утверждение веры в науку и человеческий разум. На этой основе держится вся современная культура. В современных условиях монашество не имеет основания, ибо оно является уходом от жизни, в своем логическом завершении ее отрицанием.

В современных условиях увлечение наших властей предержащих религиозной мистикой выглядит ретроградством и не имеет оправдания. Агрессивное проникновение русской православной церкви во все сферы жизни нашего общества, активно поддерживаемое властными структурами, не что иное, как возрождение церковного мракобесия. Статья Конституции об отделении церкви от государства превращается в пустой звук. На каком основании какой-нибудь патриарх норовит участвовать в политической жизни страны, позиционируясь наравне с президентом? А может быть и выше!? Особенно опасно проникновение клерикализма в школу. История человеческого общества совершалась и совершается под знаком завоевания свободы личности. Борьба за свободу духа была неизбывным стремлением человечества на всем протяжении его истории.

Министр Авдеев, вроде бы и дипломат, действовал отнюдь не дипломатически. Убрать! А зачем? Как зачем?! Власть! Хочу! И это несмотря на то, что все министерское окружение было против такого самоуправства. Рядовые руководители, напрямую знавшие положение в музейном деле, убеждали: Ростовский музей у нас на самом хорошем счету, по нему у нас меньше всего замечаний. Напрасно. Потребовал от Андрея заявления по собственному желанию. Не вышло. Тогда досрочно был прерван контракт без объяснения причин.

Прислали новую директрису, кругозор и интеллект которой едва дотягивает до уровня средней домохозяйки, да и профессионализм — на нуле. Она, не стесняясь, заявила, что в Ростовском кремле до нее ничего не делалось, а если и было что-то, то все неправильно, что «народ тут поганый». В соответствии со своей позицией стала действовать, как слон в посудной лавке: выгонять из музея сотрудников, абсурдно перетасовывать отделы, разрывать десятилетиями наработанные, такие необходимые для музея связи с научными, реставрационными организациями... Демонстративно порвала все отношения музея и с нашим Институтом. Прикрыла незавершенный раскоп в Конюшенном дворе. Быть директором — это не наукой заниматься. Тут есть дела поважнее и денежнее. Тогда же уволили с поста директора Ярославского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника Елену Андреевну Анкудинову. Она выросла в стенах музея от рядового сотрудника до руководителя и была во всех отношениях на своем месте. Не угодила чем-то вышестоящей начальнице — главе Департамента культуры Ярославской области. Удивительно, как долго этаким выдвиженкам удается усидеть пиявками на устроенных для них местах.

К этому времени Андрей Евгеньевич с семьей смог перейти на житье в собственном доме. Жена его Наталья Георгиевна предусмотрительно расстаралась купить в Ростове домик деревенского типа. Постепенно он был отремонтирован и приспособлен для жилья. К концу эпопеи с отставкой Андрея Евгеньевича иждивением неусыпной Натальи была прикуплена в складчину часть домика по близкому соседству. Здесь и решено было устроить базу Волго-Окской экспедиции. И вовремя. Нам не пришлось метаться в поисках жилья после неизбежного выселения с Окружной, 56. Наталья Георгиевна молодец! Всем утерла нос! А теперь этот домик и вовсе целиком перешел в наше владение. С садом.

Образовалась надежная база Волго-Окской экспедиции, необходимая для работы в этом регионе. В настоящее время экспедиция проводит систематическую работу по исследованию культурного слоя в древнем Ростове, как правило, на участках нового строительства или реконструкции.

Большая работа проводится по мониторингу памятников археологии Ярославской области: проверка их современного состояния, уточнение границ и определение точных координат. Мы прошли немалый путь по проверке археологического наследия, обследовали многие памятники в Ростовском, Рыбинском, Переславском, Мышкинском, Тутаевском и Угличском районах. Работа привычная, трудности не страшат, вперед, ребята!

Чаще всего мы работаем втроем: Александр Владимирович, Андрей Евгеньевич и аз многогрешный. Извозчиком у нас служит сын Александра Владимировича Василий. Машина хорошая, но французского изделия, к нашим дорогам мало приспособленная. В некоторых случаях выручает Володя Орлов на своей УАЗ-469. Машина старенькая, но более проходимая, хотя и не то, что у нас с Юраней была ГАЗ-66. Вспомнишь гиблые хляби, через которые приходилось пробираться, оторопь берет. Теперь дороги между основными населенными пунктами, главным образом районными центрами, асфальтированы, правда, не всегда удовлетворительно.

Проще простого, казалось бы, найти и зафиксировать известные памятники. Многие из них я открыл и вроде бы хорошо помню. Но с тех пор минуло 20, 30 и более лет. Местность неузнаваемо изменилась, заросла молодой древесной порослью. Летом 2013 г., чрезвычайно сыром и дождливом, бродим в болотистой низине у оз. Сомино, образованного на выходе р. Вексы из оз. Плещеево и дающего начало р. Нерли Волжской. Выходим на мыс.