Константин Карузин – Saltus (страница 6)

– Так, в чем помогла вам сходная структура мозга? – Зуэн опять подлил в чашечки чай.

– Спасибо, – сказал Лого, принимая чашку. – На этот вопрос я отвечу чуть позже, когда буду описывать метод анализа данных. Сначала скажу еще пару слов про детство. Итак, наши родители оплатили нам специализированное обучение: постоянные занятия, много разных предметов, десятки педагогов, тренеров и воспитателей. Очень интенсивная программа, – я понял это, когда уже взрослым увидел, как живут и учатся другие дети. Но нам было не с чем сравнивать. Дополнительно в нашем курсе обучения очень много времени занимала программа управления мышлением и развитием самоконтроля. Так называемая программа «Контроль».

– С ней, как я понимаю, связаны особо яркие воспоминания?

– Можно сказать и так… Сложная и одновременно, как стало понятно позднее, очень важная программа. Если вкратце, она позволяет контролировать процесс мышления и управлять поступлением и обработкой информации в мозге. – Лого задумался и после небольшой паузы продолжил: – Итак, мы учились и учились, практически не контактируя с внешним миром, кроме как через преподавателей. Наконец мне исполнилось четырнадцать лет. Оказалось, родители разрешили мне использовать «хвост» с этого возраста. Это радикально изменило всю нашу дальнейшую жизнь…

– «Хвост» – это же устройство для развлечений в виртуальном мире?

– Полусферический коннектор, или полусфера, на нашем жаргоне «хвост», – голос молодого человека изменился, показывая, что тема очень важна для него, – это технология Старших, абсолютным большинством людей используемая для прямого подключения мозга к виртуальному миру. Да, практически все используют его для игр и развлечений. Но…

Лого надолго замолчал, иногда критически поглядывая на сидящего напротив человека. Зуэн слегка улыбнулся и спросил:

– Вы думаете, смогу ли я понять объяснение.

– Хм. Насколько вы знакомы со строением и функциями мозга?

– На базовом уровне. Знаю, что есть отделы мозга, отвечающие за разные задачи, примерно понимаю каковы функции каждого из них. Полевая медицина – часть нашей подготовки.

– Хорошо. Итак, Старшие создали устройство, позволяющее подсоединяться к индивидуальным нейронам с помощью микрощупов, или тончайших подвижных нитей. Крепится оно здесь, – Лого пальцем прикоснулся к темному кругу на своем левом виске. – При подключении микрощупы «хвоста» проходят через специально измененные для этого кожу и височную кость и проникают в мозг. Стандартное подключение для входа в виртуальную реальность происходит в среднем мозге – так называется один из отделов. Там проходят двигательные и чувствительные пути, в том числе зрительные и слуховые. Таким образом устройство посылает импульсы в мозг, заставляя человека видеть, слышать и чувствовать, а также собирает информацию с двигательных путей, превращая ее в движения виртуального тела. Тут много нюансов, которые я не буду описывать: как блокируется информация от реального мира, как учитывать работу мозжечка и так далее. Главное, что такое подключение задумано Старшими как основное. Подключаться к другим низшим отделам мозга запрещено. Полусфера не может соединиться с продолговатым мозгом, мозжечком или стволом. Это связано с тем, что в этих отделах находятся жизненно важные центры: дыхания, сердцебиения, давления и многие другие. Нарушение их работы может серьезно навредить пользователю или даже убить его. Так вот, – Лого поднял палец, показывая, что хочет сообщить что-то очень важное, – при всем вышесказанном Старшие разрешили подключение к полушариям мозга в любом месте. Понимаете, что это значит?

– Раз это никто не использует, значит, это сложно?

– Да, сложно, вы правы. Но прямые подключения коры мозга к компьютеру дают колоссальные возможности. Когда мы подключаем мозг в режиме обычного входа, мы, по сути, получаем урезанную версию органов чувств. Да, это весело, да, необычно: ты можешь летать, быть рыбой, гигантом или букашкой, но это, по сути, копия обычных ощущений. В этом нет никакого преимущества. Видеть через микрощуп, стимулирующий средний мозг, не лучше, чем видеть через свои настоящие глаза. Но когда мы подключаем через «хвост» высшие мозговые центры, мы получаем возможность распределить мышление между мозгом и машиной!

– Почему так никто не делает?

– Очень сложно разработать систему распределенного мышления. Мы потратили более десяти лет на ее создание. Она состоит из нескольких ключевых элементов, – Лого начал загибать пальцы. – Во-первых, необходимо найти в коре именно те нейроны, в которых записаны определенные понятия. Так называемые гностические нейроны. Мы называем процесс поиска картированием. Тут, кстати, пригодилась наша с сестрой одинаковая структура мозга. Мы смогли распределить работу и использовать данные друг о друге, как о себе самих. Во-вторых, нужна естественная для человека система получения данных. Цифры не подходят: наш разум не способен воспринимать большой поток подобной информации. Представьте, что вам нужно следить за сотней цифровых показателей.

– Я думаю, это невозможно. И что делать?

– Собирать визуальные образы. Например, есть система представления цифровой информации в виде лиц. Называется «Лица Чернова». Цифры преобразуются в очертания губ, глаз, бровей и так далее. В результате вместо сотни абстрактных чисел вы видите одно лицо. Мы, люди, приспособлены замечать малейшие изменения на лицах. Я использую подобную, но более сложную систему.

Лого прервался, чтобы отхлебнуть из чашки. Он был полностью захвачен своими мыслями. Зуэн с интересом наблюдал за ним.

– Наконец, – продолжил молодой человек после паузы, – третье – и самое главное. Это система общения мозга и машины. Нужен язык, в котором вместо слов будут информационные объекты, доступные для запуска и обработки как на компьютере, так и в нейронной сети коры головного мозга. Такие объекты мы называем когниформы. Это последовательность срабатывания нейронов и одновременно цифровой алгоритм. Это, по моему мнению, работает, как слово в третьей сигнальной системе. Когниформа настолько же сложнее, чем обычное слово, насколько слово сложнее картинки или звука. Я покажу на примере. Вы только что отпили из чашки.

– Да, – Зуэн посмотрел на чашечку в своей руке.

– Ваш мозг решил выполнить это действие. Он собрал информацию от глаз о расстоянии между чашкой и вами, от тела – о положении рук. Далее запустилась программа работы мышц, которую корректировал мозжечок. Ваш мозг на уровне сознания отдал простую команду, а другие отделы выполнили ее. Эта последовательность действий и есть когниформа, только очень простая. Теперь давайте для примера возьмем что-то сложное. Представьте, что вы врач. Опытный невролог. Всю жизнь вы учились определять признаки инсульта. Сначала, когда вы были молодым врачом, этот навык был не развит, но постепенно он все улучшался и улучшался. Ваша нейронная сеть, ответственная за эту задачу, оптимизировалась и в конце концов стала работать настолько эффективно, насколько это вообще возможно. Теперь представьте, что мы нашли все нейроны, ответственные за эту задачу, и записали их работу. Это и есть когниформа. Далее мы запустили когниформу на компьютере, и он тоже научился определять инсульты. Или мы записали, с помощью стимуляции нейронной сети, этот навык в мозг другого врача. Вот это и есть слово в третьей сигнальной системе. Будущий язык для общения людей и машин. Когда мы подключены, мы можем частично мыслить на этом языке.

– По вашему лицу я вижу, что есть проблема. В чем она заключается?

– Да… Проблема в том, что «хвост» работает одни сутки, раз в две недели. Это очень ограничивает наши возможности.

– Почему?

– Официальная версия Старших, что использование полусферы чаще, чем раз в две недели, может вызвать воспаление в мозге. Вплоть до менингита.

– Вы сомневаетесь?

– Я… мы думаем, что Старшие перестраховываются.

– Возможно, у них есть веские причины. Старшим богам чужды иррациональные решения.

Лого задумчиво смотрел на стол, полностью погрузившись в свои мысли. Зуэн продолжил:

– Вы постоянно говорите «мы», имея в виду вас с сестрой. Какова ее роль в вашей работе и жизни?

– Ада… Она, если сказать простым языком, гений. Большая часть наших концепций создана ею. Она подключилась к «хвосту» через год после меня. Ей было десять лет. Но за короткое время ее способности создавать когниформы превзошли мои. Без нее моих возможностей не существовало бы. Но…

– Вы поссорились?

– Не совсем. В последнее время она стала очень несобранной. Мы всю жизнь провели вместе, но, когда я поступил на работу, я начал гораздо больше заниматься подготовкой информации, чтобы обрабатывать ее во время погружения. Сестре было скучно, и мне пришлось переехать, чтобы не отвлекаться. Она обиделась и стала вести себя еще более, простите, несносно. Из-за этого я переживаю, но проводить с ней все время тоже не могу. Хотя я навещаю ее каждый день.

– И что вы планируете делать?

– Я рассчитываю, что она найдет себе занятие, кроме погружений, которое будет ей интересно или хотя бы сможет отвлечь ее.

Повисла долгая пауза, во время которой Лого задумчиво крутил в руках пустую чашечку. Зуэн никак не проявлял себя, пребывая в полной расслабленности. Вдруг Лого встрепенулся: