Константин Калбанов – Скиталец 4 (страница 59)

— Грех жаловаться, ваше величество. За этот год у меня получилось заработать более тридцати пяти миллионов опыта, и пяти миллионов рублей.

— Весьма существенно, если не сказать больше. И тем не менее, глядя на вашу Суть, я вижу, что до десятой ступени вам не хватает триста сорок три с половиной тысячи. Неужели вам жаль потратиться на себя? Или вы уже вложили куда-то весь свободный опыт?

— Никак нет, ваше величество. Он распределен между моими вассалами, и ожидает момента, когда в нем возникнет необходимость.

— То есть?

— Он предназначается для вложения в тех, кто будет готов пойти со мной рука об руку. Ведь для чего-то вы сделали меня своим вассалом. Что же до моего собственного развития, то за прошедший год я без особого напряжения сумел приобрести триста тридцать тысяч свободного опыта, и пятьсот двадцать обычного. К чему тратиться на то, к чему я итак приду, своим ходом. Конечно меня не тянет все свое время проводить возле мольберта, но и без него я обойтись не могу.

— Мне нравится ваш подход, молодой человек, — ободряюще улыбнулся царь…

Три часа? Они проговорили четыре. И если бы в мастерской не появился глава личной канцелярии Троекуров, имевший право входить без доклада, то, пожалуй, проговорили бы еще.

— Ваше величество, — многозначительно произнес действительный тайный советник.

— Н-да. Увлеклись, — бросив взгляд на настенные часы, произнес Александр. — Мы заканчиваем, Иннокентий Гаврилович.

— Да, ваше величество, — отвесив долженствующий поклон, Троекуров вышел за дверь.

Входить без доклада он конечно имеет право. Но это не значит, что и присутствовать при всех беседах. Впрочем, о сути произошедшего дальше он наверняка уже знал. Так что, ничего нового не почерпнул бы.

— Борис Николаевич, мы непременно еще вернемся к этому разговору, — снимая ободок с лупой, нарукавники и фартук, произнес государь.

При этом, Измайлов поднялся, отступив от стула на шаг. Не хватало еще сидеть в присутствии стоящей царственной особы. Тут вам не там. И вообще, дело к окончании аудиенции, поэтому нечего рассиживаться.

— А пока, хотел бы сказать, что ничуть не разочаровался тем обстоятельством, что предложил вам стать моим вассалом. И надеюсь, вы не откажетесь от титула Боярина.

Отказываться? Да щаз-з! Даже если бы он к этому не стремился, подобные предложения отказ не предполагают по определению. Максимум, что он может, это проявить скромность, что-то типа, мол, недостоин подобной чести.

Правда лог о предложении принять титул боярина перед Борисом не появился. То есть, это пока только слова. Если подобное выражение подходит по отношении царственной особы.

— Я счел бы это за честь, ваше величество.

— Не боитесь, что не справитесь?

— Нет, ваше величество. Я не боюсь трудностей. В последнее время мне удалось в достаточной мере пощекотать свои нервы всякого рода опасными авантюрами, пожалуй пришло время заняться и созиданием.

— Отлично сказано, Борис Николаевич. А чтобы вам было где созидать, а еще не разбрасываться раньше времени своими идеями, которыми вы фонтанируете так, что за вами не угнаться, я отправлю вас в ссылку.

— Даже так.

— Испугались?

— Ничуть. Просто не понимаю, чем вас прогневал.

— Ну, а как еще назвать то, что я желаю подарить вам вотчину на Дальнем востоке. Слышали ли вы о Сучанском архипелаге?

— Нет, государь. Но если ссылка заключается только в этом, то я ее таковой не считаю. Я не то чтобы не надеялся получить землю в центральной России, но даже желал обосноваться где-нибудь подальше.

— Отчего так?

— Не хочется толкаться плечами. Здесь слишком тесно.

— А потолкаться придется. Там своих радостей хватает. Хунхузы, китайские мандарины, японские самураи. Места богатые и слабо освоенные. Бывает и такое, что на каком-нибудь острове годами существует прииск. А то и обкладывают налогами инородцев, собирая с них пушнину. И американцы захаживают, причем не всегда с целью торговли, случаются и грабительские рейды. Так что, скучать не придется.

— Ну, с пограничными конфликтами все понятно. Здесь свои, там чужие. А вот с боярами и князьями…

— Это да. Любят у нас склочничать, а паче того, наушничать и интриговать.

— И о каком из островов идет речь?

— О самом большом, Сучан, который и дал название всему архипелагу. Там обнаружены богатые угольные копи. Учитывая вашу склонность к промышленному производству, я думаю, вам этот кусок будет в самую пору. Днями вас вызовут в канцелярию и предоставят все сведения которыми мы располагаем. Знакомьтесь, готовьтесь. И по весне выдвигайтесь.

— Слушаюсь.

— Да. Москву покидать не торопитесь. На будущей неделе будет праздноваться мое тезоименитство. Вот там я вам и присвою титул. Вот теперь можете идти.

— Слушаюсь.

Ладонь под козырек, разворот кругом, и строевым шагом на выход. Ох и лихо у него как все получилось. Это не о строевых приемах, если что.

Ступень — 9

Возрождение — 1

Опыт — 680 545/1 024 000

Свободный опыт — 355 502

Избыточный опыт — 0

Свободные очки характеристик — 0

(Потомственный дворянин)

(Вассалов — 64/108)

Сила — 1.22

Ловкость — 1.21

Выносливость — 1.25

Интеллект — 1.71

Харизма — 1.65

Умения — 30

(Навыки — 3)

(Умения навыков — 7)

И это за семь лет. Даже с учетом активной деятельности, для этого ему потребовалось бы не меньше тридцати. И уж тем более, если учесть то, что он сумел развить многие свои умения до третьей ступени. Причем затратить на это пришлось вчетверо больше опыта, чем на общее развитие. Это не просто впечатляет, а просто фантастика какая-то.

Впрочем, не меньшая фантастика это то, что он сейчас выносил из мастерской государя. Ведь он был уже без пяти минут боярином, со всеми шансами дорасти до князя.

Вот интересно, а получилось бы у него что-то, если бы он не был одаренным. Хм. Ну, таких успехов ему конечно не добиться. Но и на дне не остался бы. Уж до пятой ступени-то точно добрался бы.

Глава 29 Большие планы

— Сучан? — профессор Проскурин, почесал кончик носа, явно пытаясь что-то вспомнить.

— Именно, — подтвердил Борис.

— А как же ваше желание как минимум одну жизнь посвятить приключениям и скитаниям?

— Ну, как выяснилось, даже наличие крепкой команды не гарантирует безопасность. Эдак умыкнут, посадят на цепь, и будет мне счастье. В своей вотчине все проще уберечься. А там, глядишь начнут малевать эти «Камуфляжи» направо и налево.

— Резонно. Хм. Сучан. Я помню этот остров. В мою бытность мы его исследовали во время Дальневосточной экспедиции. Довольно большой. По его названию дали имя архипелагу, что-то около двух десятков островов значительно меньше него. Если мне не изменяет память, то он порядка пятидесяти километров в длину и двадцати в ширину. Горный рельеф, покрыт хвойным лесом, богатым зверем. Местные пробавляются охотой и рыболовством. Основной доход имеют от пушнины. Там были обнаружены угольные копи превосходного качества. Причем есть как антрацитовые, так и коксующиеся. Но позвольте, неужели он так и остался невостребованным? — искренне удивился Проскурин.

— Не нашлось желающих вкладываться в него, — пожал плечами Измайлов.

— Но как такое возможно? Там ведь не только великолепные угли. Кажется сразу на двух островах архипелага имеются залежи гематита. Причем отличного качества. А это превосходная сталь и даже броня. Есть остров с месторождением меди. Кажется это все, что нам удалось тогда обнаружить. Но мы тогда провели лишь поверхностное обследование. Так сказать, на скорую руку. Вслед за нами должны были прийти экспедиция для более детального исследования.

— Должны, но так и не появились, — отщипнув от булки кусочек и бросая его в воду, хмыкнул Борис.

Они встретились в летнем саду. Конец сентября. Но зелени все еще хватает. Впрочем, она сейчас соседствует с таким многообразием красок, что не налюбуешься. Деревья подобраны настолько гармонично, что сразу видна рука мастера. Впрочем, так оно и есть. За убранством сада пот уже полвека следит одаренный садовник.