Константин Калбанов – Несгибаемый. Не буди лихо… (страница 56)

Ну невозможно хвататься за все подряд и везде успевать! Тем более при отсутствии предпринимательской жилки. Петр вполне трезво оценивал свои возможности. Но ведь можно найти того, кто возьмет на себя подобный труд. И у Пастухова был на примете такой человек. Аристарх Вадимович прекрасно управился с организацией и проведением автопробега. Грех было разбрасываться такими ценными кадрами.

Кстати, отчасти из-за желания оставить при себе этого проныру Петр и вспомнил о таком явлении, как автодром. Опытный и бывалый распорядитель должен управиться с этим предприятием куда как лучше.

И кстати, уже управлялся. Столичные афишные тумбы пестрели плакатами, приглашающими зрителей на очередные автомобильные гонки. Неподалеку от трибун спешно возводилась ресторация. В газетах появился рекламный проспект о создании на базе автодрома нового клуба автомобилистов. Спешно верстался устав новой организации.

Создавалась автошкола. И что примечательно, под автомобили с двигателями внутреннего сгорания. Причем весьма недешевое учебное заведение для состоятельной публики. Кривошеин не мелочился и во всеуслышание трубил о том, что это будет настоящая кузница гонщиков и чемпионов. Пока публика в это не очень-то и верила. Но это только пока. Сегодняшнее выступление Александры послужит серьезным побуждающим мотивом для многих горячих сердец.

Холостой выстрел из револьвера стегнул по ушам плетью. Хотя, казалось бы, открытое пространство должно было в большей степени растворить его. Болиды практически бесшумно тронулись с места, быстро набирая скорость. И только один автомобиль буквально сорвался с грозным рыком. На «Вихре» установили серьезный глушитель. Решили не шокировать публику ревом мотора. Но даже тот был не в состоянии противостоять напору восьмицилиндрового монстра.

Уже на первых метрах «Вихрь» отыграл корпус, через несколько секунд разрыв составлял более десятка сажен. А к тому времени когда остальные болиды наконец разогнались, Александра уже входила в первый вираж, имея отрыв не менее сотни сажен.

Как видно, от бушующего в крови адреналина она сейчас позабыла об осторожности. Ничем иным объяснить то, что она, и не думая снижать скорость, преодолевала вираж, Петр не мог. Наоборот, супруга наращивала скорость. Если бы не контруклон, ее попросту унесло бы с трека. Но колеса продолжали удерживать сцепление с дорогой. «Вихрь» несся к своей победе и триумфу.

Публика, пораженная столь быстрым разгоном и неоспоримым преимуществом уже на старте, в большинстве своем поднялась на ноги, желая получше рассмотреть происходящее. Все прекрасно знали, что вот этот серебристый ревущий болид и есть столь ожидаемая интрига сегодняшних гонок. Темная лошадка.

«Вихрь» без труда преодолел вираж и вновь оказался на прямой, прибавив еще скорости. Вот он пропал на несколько секунд, проезжая под путепроводом, и вновь показался перед зрителями. Пролетел мимо трибун, мгновенно отдалился и начал входить в следующий вираж. Первый из преследователей только-только проезжал под путепроводом.

И в этот момент прозвучал оглушительный хлопок. Петр вначале даже не понял, что случилось. Первая его мысль была о том, что какой-то балбес начудил с опережением зажигания. В том, что это «Вихрь», он не сомневался, пусть и наблюдал сейчас как раз за преследователями.

Все это пронеслось в его голове за долю секунды, пока он поворачивался в сторону «Вихря», несущегося к своей победе. Победе??? Петр еще успел рассмотреть отлетающий назад капот, вырывающиеся из-под него клубы дыма и пара. Болид, словно ему подрубили передние колеса, ткнулся бампером и радиатором в асфальт. Пробежал с десяток сажен по прямой, объятый туманной завесой. Затем завертелся волчком, вылетел на пожухлую осеннюю траву пустыря и покатился кубарем.

На миг сердце Петра замерло, перестав биться. Пальцы разжались, выронив бинокль, тут же повисший на ремешке. Рот открылся в немом крике. Ноги, казалось, приросли к асфальту, а тело задеревенело, потеряв способность двигаться.

Но уже в следующее мгновение он сорвался с места и подбежал к пожарному автомобилю:

– Чего стоишь, мать твою! Заводи! Заводи! Заводи!

Он вскочил на подножку рядом с водителем и, подкрепляя свои слова, пару раз ударил открытой ладонью по медной каске шофера. КАЗ взревел дизелем и рывком сорвался с места. Выехать на асфальт – спровоцировать новую катастрофу. Поэтому заводской пожарный автомобиль бежал по пустырю, то и дело подпрыгивая на неровностях.

Петру казалось, что тот ползет, как черепаха. Тем более на фоне проносящихся мимо болидов. Но он был несправедлив. И КАЗ, и шофер проявили себя с наилучшей стороны. Команда пожарных, располагавшаяся на сиденьях снаружи, вдоль цистерны с водой, и вовсе с большим трудом удерживались на месте.

Но ты поди будь справедливым, когда видишь, что из уже неподвижных обломков автомобиля никто не выходит. А над ними вьется дымок, способный в любую секунду смениться жарким всепожирающим пламенем. А ведь в этих обломках находится дорогой тебе человек, а ты понятия не имеешь, жив ли он или все уже бесполезно.

Петр соскочил с подножки и подбежал к перевернутому вверх дном болиду. Именно что дном. Потому что колес на нем уже не было. Как ни качественно были выполнены все работы, но подобного издевательства подвеска не выдержала, разметав колеса по округе.

Из пробитого бензобака толчками бьет тугая струя бензина. Одна искра…

– Воду! Лейте воду! Заливайте обломки!

Выкрикивая эти команды, Петр упал на колени и полез под дуги. Александра висела на ремнях безопасности, намертво пристегнутая к сиденью. Плексигласовое забрало расколото надвое. По верху шлема видна глубокая полоса, наверняка оставленная каким-то металлом. С левой стороны пластик треснул и откололся большой кусок, обнажив подкладку из толстой кожи и ваты.

Надо бы сначала перевернуть обломки. Но у Петра перед глазами тугая струя бензина, бьющая из бака. И вообще он сейчас стоит на коленях посреди огнеопасной лужи. Пожарные только-только разворачивают шланги и подключают помпу. Отчего-то представилась картина пылающих обломков.

Петр подлез под дуги, нащупал замок, к которому крепились все ремни, и одним движением расстегнул его. Александра тут же выпала ему на руки. Было крайне неудобно ее перехватить, так чтобы предотвратить удар головой. Но ему это все же удалось. Правда, в следующее мгновение он замер, лежа на спине, не в силах решить, как именно ему теперь отсюда выбраться с женой на руках. Да еще и так, чтобы случайно ей не навредить.

В этот момент кто-то потянул Петра за ноги, вытягивая вместе с Александрой наружу. Костюм легко скользил по траве, обильно смоченной бензином. А, нет, не только бензином. Наконец заработала помпа, и пожарные рукава начали вовсю орошать водой обломки еще недавно гордого красавца.

Оказавшись на безопасном удалении от страшных обломков, Петр наконец сорвал с головы жены останки шлема. На ней не было ни единой ссадины, ни капли крови. Но и не кровинки в лице. Только смертельная бледность.

– Саша, – вдруг севшим голосом тихо позвал он. – Са-аша-а!!!

В крике, разнесшемся над автодромом и долетевшем даже до находящихся в отдалении трибун, воедино слились боль, отчаяние, горечь утраты, ненависть и рык свирепого зверя. Большинство из тех, кто услышал его, ощутили необъяснимый страх и пробежавший по спинам озноб.

Глава 12

Не буди лихо, пока оно тихо…

– Слушаю, Сергей Кириллович, – подняв мрачное лицо на подошедшего начальника службы безопасности, глухо произнес Петр.

– Под капотом была установлена мина, – выдохнул Акимов.

– Я это и без тебя знаю. Уясни наконец – эти двигатели не взрываются. НИКОГДА. Я хочу знать, КТО.

– Серафим.

– Ошибки нет? – усомнился Петр.

И было с чего. Этот слесарь являлся одним из самых доверенных лиц Пастухова. Помнится, именно он должен был заниматься с Иваном Николаевичем устройством тайника для перевозки золота. Опять же, автомобили в гараж контрразведки перегонял он же, как, впрочем, и забирал.

Однако к болиду никого постороннего не подпускали на пистолетный выстрел. В прямом, а не в фигуральном смысле. Только надежные и пользующиеся доверием лица. И никак иначе. Верил Петр, что они переломили ситуацию с клубом в свою пользу, или нет, не имеет ровным счетом никакого значения. «Вихрем» должна была управлять Александра, и этим все сказано.

Так что если кто и хотел подобраться к автомобилю, то искать крысу должны были в ближайшем окружении. И ведь подобрали ключик. Но как? Чем мотивировали? Хотя… Был бы человек, а мотивация всегда найдется. Нужно только найти слабину. Вот, видать, у Серафима какую слабину и нащупали.

– Ошибки нет, – подтвердил мысли Петра Акимов. – Семья его выехала еще позавчера. Якобы в село под Петроградом, к родне. Но там они не появлялись. Окончательную проверку двигателя производил именно Серафим. И в последний раз его видели в момент старта. Потом неразбериха со всеми вытекающими. Словом, сомнений никаких. Он.

– Л-ладно. Эту суку мы потом найдем. К ответу его призвать нужно однозначно. Но он винтик. Надеюсь, мне не нужно тебе это объяснять?

– Разумеется, не нужно, – вздернув в возмущении бровь, ответил сыщик.

– Что у нас с клубом? Ты не забросил это направление?