Константин Калбанов – Несгибаемый. Не буди лихо… (страница 52)
– Я не утерплю. Да и не заходит к тебе никто. – С каждой секундой взгляд Александры становился все более завороженным.
Белая кожа с красными вставками и черными нашлепками пластика. Белые же перчатки. Да еще и сапоги с голенищами на шнуровке. Ну какая женщина устоит перед обновой?
Комбинезон настолько завладел вниманием девушки, что она не заметила, как Пастухов провернул ключ в замке. Затем вернулся к ней и начал помогать снимать платье. В этот момент она была подобна маленькой девочке, жаждущей как можно быстрее примерить обнову. Александра настолько была поглощена новинкой, что ничего не замечала вокруг. Петру же пришлось приложить некоторые усилия, помогая с переодеванием, чтобы это не перешло в некую иную плоскость.
Хм. А ведь, пожалуй, она права. Ему лучше не видеть тех, кто будет рассматривать его женушку. При надетых шлеме и перчатках не видно ни клочка тела. Но этого и не нужно, потому что все соблазнительные изгибы ее стройной и статной фигуры очерчены настолько эффектно, что воображение буквально вздыбливается.
А эта грива каштановых волос, обрамляющих сейчас лицо валькирии. Нечего было и мечтать поместить под шлем сложную прическу, поэтому Александра просто распустила волосы, пустив локоны по спине и плечам. Петр невольно залюбовался ею.
И это он, человек в принципе подготовленный! Во-первых, в его мире это не вызывает удивления, а во-вторых, Петр видел манекенщицу во время примерок. Какой же будет реакция неподготовленного зрителя! И плевать на все балеты с балеринами в пачках и цирки с гимнастками в трико…
– Ну как тебе? – послышался приглушенный голос жены из-под опущенного плексигласового забрала.
Петр нервно сглотнул, едва удержавшись от того, чтобы заключить супругу в объятия. Ч-черт! Как же она хороша!
– Кхм. Кхе. Сашенька, подойди, пожалуйста, сюда, – поманил он ее к окну.
– Еще сюрприз? – Несмотря на глухой шлем, голос ее прозвучал достаточно томно, чтобы не оставить Петра равнодушным.
Но, несмотря на явное заигрывание, Александра все же подошла к окну с видом на задний двор и выглянула. В глаза сразу бросился гоночный болид, подготовленный к соревнованиям. Хищный красавец серебристого цвета, с длинным капотом, под которым прятался восьмицилиндровый карбюраторный двигатель. Ее гордость и краса.
Вот только на этот раз в нем наблюдалось нечто, чего раньше не было. Над водительским сиденьем появилась некая конструкция из никелированных труб. Достаточно толстых труб, надо сказать. И пусть благодаря сверкающему блеску выглядели они нарядно и легковесно, ее это не обмануло.
– И к чему это? – снимая шлем, поинтересовалась девушка.
– Безопасность. И не только твоя. Это вообще распространенная защита на автогонках в моем мире. Не уверен, что мне удалось все сделать грамотно, но на данный момент мы с Отто Рудольфовичем пришли к мнению, что защита достаточно надежна. Каркас из труб предохранит гонщика от неприятных столкновений с землей в случае головокружительных кульбитов.
– Это если шофера не выбросит.
– Не выбросит, – заверил Петр. – Там целая система ремней безопасности, которые будут удерживать водителя в кресле. Ремни, кресло, каркас из труб – все это представляет собой единую конструкцию.
– И насколько потяжелел болид?
– Не имеет значения. Гарантированное преимущество перед паровиками – пятьдесят верст в час. Это все равно будет рекордом в скорости, достаточным, чтобы войти в историю, – с улыбкой заверил Петр и закончил: – Дальше будем совершенствоваться и двигаться вперед.
– Звучит убедительно, – вынуждена была согласиться Александра, а потом, осененная пониманием, взглянула на мужа: – Комбинезон, каркас этот. Ты знал… Ты все это сделал специально. Чтобы вытянуть из меня обещание.
– Да, это так, – легко согласился Петр, глядя прямо в глаза супруге. – Я не хочу трястись всякий раз, наблюдая за тем, как ты носишься на гонках. Но и лишить тебя мечты тоже не готов. А при таком подходе каждый из нас получает то, что хочет. Разве нет?
– Ну ты и сволочь, Пастухов. У меня просто нет слов, – медленно расстегивая молнию на груди, с очаровательной, манящей и многообещающей улыбкой произнесла девушка.
– Кхм. Сашенька, ты уверена, что это хорошая идея? – нервно сглотнув и пожирая ее взглядом, усомнился Петр.
– Как уверен в этом и ты, – потянув комбинезон с плеча, ласковой кошечкой промурлыкала она.
Да какого черта! Чего ему смущаться! Плевать! Петр решительно подступился к жене и одним движением сдернул комбинезон с ее плеч. Потом столь же решительно поступил с сорочкой. Хм. Н-да. Та не выдержала подобного напора и с громким треском расползлась надвое. Плевать!..
Телефон начал трезвонить как раз вовремя. Они к этому моменту уже почти привели себя в порядок. Оставался, правда, вопрос с растрепанными волосами Александры. Но ведь он все равно возник бы ввиду примерки ею шлема. Ну не предназначен шлем для пышных и сложных причесок! Вот и пришлось ей распустить свою каштановую гриву вьющихся волос.
– Слушаю? – подняв трубку, произнес Пастухов.
– Петр Викторович, не подскажете, Александра Витальевна случайно не у вас? – послышался голос старшего отдела авиационных моторов.
Ничего удивительного, что тот искал Александру. Будучи начальником конструкторского бюро, она курировала все три направления. Пусть и акцентировала при этом внимание именно на бензиновых.
Правда, и супруги, и Отто Рудольфович прекрасно отдавали себе отчет, что это ненадолго. Стоит получить хотя бы один работоспособный двигатель, как авиация тут же отпочкуется в отдельную ветвь. Да и не может быть иначе-то. Небо – оно и есть небо. Иная стихия со своими законами, требованиями и особенностями.
– Да, Аркадий Дмитриевич, она у меня, – подмигнув жене, ответил Петр и протянул ей трубку.
– Аркадий Дмитриевич? – произнесла она, погрозив мужу пальцем.
– Александра Витальевна, не могли бы вы подойти в наш отдел? У меня тут кое-какие вопросы появились.
– Да. Непременно подойду. – С показным смущением, поджимая губы и пожимая плечами, она положила трубку на рычаги.
– В конце концов, мы женаты, – прекрасно поняв жест жены, подбодрил ее Петр.
– И все же раньше нам как-то удавалось не компрометировать себя, – нарочито осуждающе вздохнула она, начиная заплетать косу.
Ну а что еще она могла сообразить на скорую руку? Нет, Петр, конечно, мог бы посоветовать ей забрать волосы в хвост. Но… Во-первых, здесь это как бы вовсе не принято. А во-вторых, чтобы ее шевелюру упаковать в приличный хвост, нужно ее вначале выгладить утюжком. А коса – она и есть коса.
– Ага, вот только не надо, – тут же пошел в отказ Пастухов. – Сама соблазнила меня, а я что? Я как только перестану на тебя реагировать, то все – кладите в гроб.
– Да? А кто подсунул мне этот комбинезон?
– А нечего было набрасываться на него, как голодный на краюху хлеба.
– А ты не знал, какой у меня будет реакция?
– Я понимал, что тебе понравится. Но…
– Никаких «но», – отрезала Александра. – Ты все просчитал и спровоцировал меня.
– Кхм. Вообще-то я не думал, что твоя реакция будет настолько бурной.
– А какой она у меня должна была быть при виде такой прелести? – оглаживая мягкую кожу, томно произнесла девушка. – Это из твоего мира?
– Ну, скажем так, это чем-то похоже на то, что было в моем мире. К сожалению, мне не доводилось видеть подобные костюмы вблизи. И уж тем более щупать их.
– А стол? Стол тоже из твоего мира, – с легким прищуром напомнила Александра.
– Ну да. В смысле я наблюдал такое в кино.
– У вас снимают про это кино?
– Еще как, – заверил он ее. – Между прочим, и у вас тоже снимают грязное кино.
– Серьезно? – вскинула брови девушка, заканчивая с волосами.
– А ты никогда не слышала?
– Я женщина честная, замужняя, – назидательным тоном ответила она.
– Да я и не сомневаюсь, – обнимая и целуя ее в кончик носа, произнес Петр.
– Повторим как-нибудь? – муркнув и стыдливо спрятав лицо на его груди, попросила она.
– Сегодня. Дома.
– Дома?
– Ну… Кабинет-то у меня есть, пусть я в нем и не работаю. Нужно же его как-то использовать.
– Все. Больше ни слова.
– А у нас еще и рояль есть, – не унимался он.
– Петр!
– Что?
– Мне нужно идти. Взял бы на себя кураторство над авиационным отделом.
– Угу. Давай еще кого-нибудь посвятим в мое истинное происхождение.
– Н-да. Об этом я как-то не подумала.
– Вот именно. И потом, ну что я знаю об авиационных моторах? Даже то, что они имели звездообразную форму, и то благодаря Аркадию Дмитриевичу вспомнил.