Константин Калбанов – Неприкаянный 5 (страница 9)

Сделал жест начальнику, мол я через минуту, и выглянул в коридор, поймав на себе недоумевающий взгляд Ерофея. Впрочем, меня сейчас меньше всего волновало удивление старшего телохранителя. По коридору как раз прошла группа курсантов из парней и девушек, мы не делали различия при наборе, главное способности.

У ребят похоже закончился урок по теории и они направились на выход из учебно-административного барака. Все одеты в тёмно-синие лётные комбинезоны и крепкие ботинки с высоким берцем, в руках кожаные лётные шлемы с очками и гарнитурой. Но я сразу узнал её.

— Ольга Петровна? — бросил я в спину двум девушкам, замыкавшим группу курсантов.

Шедшая справа резко остановилась и чуть вжала голову в плечи. Ага. Значит память меня всё же не подводит и по-прежнему работает с точностью компьютера. Я вышел в коридор и направился в её сторону. Она обернулась, и поднесла пальцы к губам, словно просила не говорить лишнего. Ладно. Так, значит так.

— Здравствуйте, — поздоровался я.

— Здравствуйте, — пискнула она и уже к своей подружке, — Леночка, ты иди, мне нужно переговорить с Олегом Николаевичем.

— Хорошо, — многозначительно окинув меня взглядом, произнесла девица, лет двадцати, вряд ли старше.

— Олег Николаевич, прошу не называйте мою фамилию, — быстро прошептала Ольга Столыпина, третья дочь Петра Аркадьевича.

— Хорошо. Но вы должны мне объяснить, что всё это значит. И… Пойдёмте на улицу.

Я взял девушку за предплечье и решительно потащил её за собой. Она не сопротивлялась, покорно двинувшись следом. Разве только, когда проходили мимо курилки где расположились её однокурсники, сделала успокаивающий жест, дёрнувшимся было парням.

— И что всё это значит? — отведя её в сторону, так чтобы нас видели, но не могли слышать, спросил я.

— Я курсант авиашколы ДОСААФ, — слегка разведя руками, ответила она.

— Это понятно. Как именно вы тут оказались? Ни за что не поверю, что Пётр Аркадьевич мог вам позволить учиться лётному делу. И вообще, обряжаться в подобный наряд, не подобает девице из приличной семьи.

— Лена дочь барона, и ничего, её родители не считают это неприличным.

— Ольга Петровна, — подпустил я в голос металла.

— Олег Николаевич, вы ведь не расскажете папа и маменьке? — сложила она руки на груди.

— Зависит от того, как именно вы объясните происходящее. Эта авиашкола, как и общество в целом находится под моим патронажем и я несу ответственность за происходящее здесь.

— Вот именно! В ДОСААФ настолько хорошо организован учебный процесс, что за два года его существования не было ещё ни одного несчастного случая со смертельным исходом. То есть я выбрала самый безопасный вариант, а ведь была мысль научиться летать в Париже. Но вы же понимаете, что там риск значительно выше.

— Не наводите тень на плетень, Ольга Петровна. К чему вообще вам это нужно?

— Сами виноваты. Ваша киностудия снимает такие красивые фильмы, а в киножурналах всё видится так захватывающе, что молоденькое сердечко не выдержало, а неокрепший ум вскружило романтикой пятого океана.

— Вы с больной-то головы на здоровую не перекладывайте, — погрозил я ей пальцем.

— Даже и не думала, мне… — затараторила было она, но я её оборвал.

— Стоп! Чётко и ясно. Как вы тут оказались? И какие у вас планы? Или мне придётся вас немедленно доставить к родителям. Я жду, — заметив, что она мнётся, пришлось вновь на неё малость надавить.

— Я уговорила родителей отправить меня в Париж. Там сговорилась с квартирной хозяйкой и она пересылает мои письма родителям, а их мне сюда, авиапочтой.

Нормально, да! Год назад я был буквально вынужден открыть авиасообщение с Парижем. Ибо общественность настаивала, а государыня не могла обойти вниманием вопиющий глас светского общества, жаждущего прикоснуться к прекрасному. Ну как же мы без Парижу-то. И даже то, что стоимость перелёта в два раза превышала таковую до Владивостока, их ничуть не остановило. Ну и авиапочта, конечно же, как же без этого. И вот меня же, моим же предприятием по лбу.

— И под каким именем вас знают здесь?

— Ракитина Ольга Петровна. Документы мне папа сам приказал выправить, чтобы обезопасить от революционеров.

— А здесь, как я понимаю, снимаете квартиру в доходном доме?

— Да.

— Понятно. Значит так…

— Прошу, Олег Николаевич! — сложила она руки на груди. — У меня уже есть три прыжка с парашютом, а с сегодняшнего дня начинаются полёты. Я в очереди на завтра. Ну хотя бы один полёт. Или своей волей назначьте мне его на сегодня, а тогда уж везите домой. Пожалуйста.

Я внимательно посмотрел на девушку. Это не блажь. Наверняка уже летала пассажиркой и на ТЦ-10, что устроить совсем не сложно. Во взгляде огонь. Она жаждет попробовать небо на вкус. Влюбится ли в него окончательно или нет, пока непонятно, потому что пассажир и пилот это совершенно несопоставимо.

— Хорошо. Вы полетите сегодня, Ольга Петровна, — после недолгого раздумья пообещал я.

Решить вопрос с начальником авиашколы не составило труда. Это даже не отобразилось на учебном процессе, так как по штату полагалось иметь три УЦ-2, два в работе и один в резерве. Вот на последнем-то я и решил совершить внеплановый учебный полёт с курсантом Столыпиной, сиречь Ракитиной.

Перед вылетом сделал жест, предлагая ей провести предполётный осмотр. Ольга вооружилась планшетом и пошла вокруг аппарата, дотошно осматривая его, дёргая, тыча и всматриваясь. Я молча следовал за ней отмечая, что всё она делает без ошибок, хотя и волнуется.

— Вы куда направились? — одёрнул я девушку, нацелившуюся было на место штурмана.

— Так, нас ведь должны были только покатать, — удивилась она.

— Понимаю. Но ведь не факт, что у вас получится оказаться в кабине самолёта во второй раз. А потому, полезайте-ка вы на место пилота. И готовьтесь, взлетать тоже сами будете. И садиться.

— Но как?

— Теорию изучали?

— Да но…

— На тренажёре за штурвалом сидели?

— Да но…

— В таком случае не вижу проблем.

— Олег Николаевич…

— Не хотите лететь? Ладно, как скажете.

— Хочу! — поспешно выпалила она, едва ли не в панике.

— Тогда полезайте в кабину.

Нет, я не больной на голову и не самоубийца. Для начала, УЦ-2 получился по-настоящему надёжной машиной. Двигатель маломощный, скорость невеликая, имеется двойное управление, а я реально хороший пилот. Даже при моей абсолютной памяти у меня солидный налёт и неслабое количество сошедшихся взлётов и посадок. Так что, я в себе и в самолёте уверен. И что же мы с одной девчонкой не управимся что ли.

— Ольга Петровна, вы меня слышите? — запросил я по бортовому переговорному устройству.

— Да, слышу, — раздалось в головных телефонах.

— В таком случае запускайте двигатель и на взлёт.

Ну что сказать, для начала мы малость повиляли подражая пьяной походке, пока подруливали к взлётной полосе. Потом был неуверенный взлёт, хорошо хоть полоса рассчитана на ТЦ-10, и её хватило с избытком. Далее покачивая крыльями, словно неумелый канатоходец с палкой, начали набирать высоту.

Потом она самостоятельно прошлась по коробочке. А там я взял управление и произвёл несколько фигур высшего пилотажа. Признаться, я жестил так, как только мог, намереваясь душу вынуть из Столыпиной. Я в любом случае займусь её обучением, но вот будет ли в обучающем курсе пилотирование или нет, посмотрим после посадки. А пока я давил на девушку нещадно.

Ольга Петровна выдержала и ей не то, что не стало дурно, но когда я спросил способна ли она управлять машиной, та ответила утвердительно. Ну я и приказал ей заходить на посадку. Вышло неловко и из-за незначительного превышения скорости мы скозлили. Однако я не стал перехватывать управление и правильно сделал. Козлик вышел не страшным и после парочки небольших подскоков мы покатили по полосе, под шелест колёс по траве.

— Это было… Это было… Я так счастлива!

Восторгу девятнадцатилетней девицы не было предела. Волосы немного выбились из под шлемофона, глаза лучатся счастьем, лицо разрумянилось, дыхание учащённое, небольшая грудь высоко вздымается. Ольга не красавица, скорее симпатичная, но молодость сама по себе прекрасна, а потому я ею откровенно залюбовался. В этот момент она была невероятно хороша. Ч-чёрт, и как женщина тоже весьма привлекательна.

И если у меня ничего не получится, вот эту красоту через шесть лет забьют насмерть пьяные красноармейцы. Подробности мне неизвестны, всё та же информация из инета, случайно попавшаяся мне на глаза, да и то увиденная мною в контексте просмотра сведений о её отце. А ведь не факт, что у меня получится переиграть старуху. И если так, то я просто обязан дать этой девочке шанс. Без понятия, лучше будет или хуже, но надеюсь что как минимум по другому.

— Ольга Петровна, я возьму грех на душу и не поволоку вас домой к родителям. Но у меня есть несколько условий.

— Всё что угодно! — поспешно выпалила она, и тут же спохватилась. — В разумных пределах, конечно.

— В разумных, не сомневайтесь, — не смог я сдержать усмешку. — Итак, для начала, вы переедете в квартиру по соседству с моей. Мы занимаем весь этаж, на случай наездов большой группой. Далее, по городу вы будете передвигаться на автомобиле, с моим водителем и одним из телохранителей. Не переживайте, это будет такси, а потому ничьего внимания не привлечёт.

— Хорошо.

— Сейчас вы переоденетесь и мы прокатимся в оружейную лавку, где я вас вооружу.