Константин Калбанов – Кукловод. Князь (страница 60)

– Подпустим к мосту, чтобы больше положить? – явно смущенный собственным испугом, нарочито спокойно поинтересовался Беркут. Да еще с эдакой ленцой и бравадой застегнул ремешок каски и лязгнул затвором пулемета. Мол, не знаю, что ты там видел, но я ничуть не волнуюсь и вообще в день по сотне раз отбиваю наскоки всяких там горцев.

– Даже не думай, – тут же возразил ему Бекеш. – Начинай молотить, как только высунут нос. А то мало ли, как все обернется. Хоть парочка прорвется на этот берег, и беды потом не оберешься. Нам главное – не пустить их на мост, а дальше уже Рубль сработает. Да, если вдруг броня и будут еще цели, броню не трогай. Бей других. С броней я уж как-нибудь сам, – передернув затвор, подытожил Бекеш.

Н-да. И чем лучше вооружаться, «СВТ», калашом или «ПТР»? Дилемма. Впрочем, чего мучиться. Пехоту и машины можно встретить и «дегтяревым». А вот если броня, то без слонобоя никак. Только бы не БМП. Этот если станет лобовой проекцией, то его и из «ПТР» не взять. Только в бок бить. А еще, у него есть пушка. Семьдесят три миллиметра, хоть и гладкоствольная, но им за глаза хватит.

А тут еще и Перегудов, зараза, молчит, как рыба об лед. Никаких сомнений, что он сейчас в операторской пристально вглядывается в мониторы, и вообще у всей съемочной группы самый настоящий аврал. Очень даже может быть, что и о нападении им было известно заблаговременно. Сомнительно, чтобы эта морда староста не находился под контролем продюсера. И он, и его окружение наверняка заряжены нужными имплантатами.

Так что Антон знает обо всем с гарантией. И следит сейчас за обеими сторонами. Дирижабль наверняка уже давно висит над местом событий, и… Ну а он о чем! Вон сойка, устроилась на деревце, стреляет в них глазками. Вон еще одна пролетела и уселась на крыше дома, что по улице чуть ниже. Никаких сомнений, взгляни он сейчас на вершину стены, увидит и там какую-нибудь птичку.

Паразит! Ну хоть бы подсказал, чего ждать. Ведь Бекеш намеренно вел разговор с Беркутом и всячески намекал, перебирая разные варианты. Молчит. Хоть ты тресни, молчит и все тут. Но с другой стороны, стал бы он молчать, если бы все было так уж плохо? А вот вряд ли. Нет, то, что Бекеш погибнет на высокой ноте, это шоу ничуть не помешает. А вот если начинание главного героя пойдет прахом, вот тут уж не шоу получится, а настоящая чернуха. Это не перегудовский стиль. У него обязательно должен присутствовать намек на то, что жизнь продолжается и все будет в порядке. Значит, есть все же надежда, что не так страшен черт, как его малюют.

Рев двигателей стал более отчетливым. Ничего удивительного, при полном отсутствии автомобильного движения звук работающего двигателя в пустошах разносится далеко. Да еще и эхо, мечущееся между мертвыми домами, вносит свой вклад. Явно едут уже вдоль территории мельницы. Вот только из-за каменных амбаров ничегошеньки не видно.

«БТР-70» появился как-то уж очень неожиданно. Да еще и резво так скачет по неровностям дороги. Ну прямо не механик-водитель, а джигит какой-то. Наверняка, несмотря на шлемофоны, экипаж заработал не по одной шишке. Кидать внутри должно изрядно. Впрочем, думал об этом Бекеш недолго. Вернее, и не думал вовсе. Так, только отстраненная мысль пролетела, и все.

С первым выстрелом «ПТР» из головы вымело любые рассуждения. Разве только мыслишка о том, что, если выберется из этой передряги, обязательно подумает, как можно компенсировать отдачу у слонобоя. Однако, несмотря на весьма некомфортную стрельбу и то, что при каждом выстреле ему едва не выворачивало плечо, он продолжал посылать одну пулю за другой.

Гулко забумкал «КПВТ». БТР вышел с уже вывернутой в сторону противоположного берега башней. Наверняка горцы провели пешую разведку. Вот только Бекеш и Беркут ее доблестно проспали. Впрочем, пули прошли настолько высоко, что даже не возникло желание пригнуться.

А вот Бекеш попадал. Он это знал точно. Потому что четко слышал, как тяжелые пули ударяли в броневые листы. Иное дело, что он не видел, куда именно попадает. Но за то, что каждый его выстрел отзывался ударом по броне, он мог поручиться.

Рядом заговорил пулемет Беркута. Причем тот садил длиными очередями патронов на десять. И вопреки приказу Бекеша бил именно по БТР. Впрочем, других целей и не было, так что все в пределах. А главное, его усилия оказались не напрасными. Или это Бекеш достал последним патроном водителя, или причина в истерзанных колесах боевой машины.

Скорее всего, последнее. Резина на БТР относилась к стратегическим ресурсам и производилась только для ставропольской, кропоткинской и ростовской княжеских дружин. Остальные пользовались старыми запасами. А она, хотя и разлагается пару сотен лет, уже через пару-тройку годочков теряет эластичность и становится достаточно хрупкой.

Вот и здесь эта хрупкость сыграла с горцами дурную шутку. Пулеметные пули проделали в резине солидные пробоины. А может, все дело в том, что при отсутствии должного ухода у БТР попросту уже не работала автоматическая подкачка. Как бы то ни было, но, повернув на мост, «семидесятка» вдруг перекосилась на правую сторону, потеряла управление и врезалась в бетонное ограждение моста.

Жаль. Бетон, конечно, брызнул крошкой, но все же сумел удержать многотонную машину. Не будь этого ограждения, машина даже не заметила бы металлические перила и улетела с моста. А так они заполучили огневую точку с крупнокалиберным и единым пулеметом прямо на мосту. Ну, хоть ближе к противоположному берегу. Но крупняк – это серьезно.

И снова повисла тишина. Беркут прекратил терзать БТР из пулемета, сознавая, что уже выжал максимум из возможного. Молодец парень. Инициативный. Но в меру. Что не может не радовать. Бекеш судорожно меняет в «ПТР» патронную пачку. Горцы затихли, приходя в себя после столь горячего привета и от потрясения в результате столкновения с ограждением.

Кстати, других нападающих не видно. Наверняка на боевой машине размещалась группа прорыва, которая должна была захватить позицию обороняющихся и обеспечить переправу. Угу. Семеныч понятия не имел о том, что у соседей есть хоть какое-то тяжелое вооружение. Хм. Впрочем, об этом не знали и сами обитатели больницы. Ну, старый хрыч! Дай только выбраться отсюда, будет тебе кирдык через тамбу-рамбу.

Наконец крышка магазина встала на место. Рывок, и затвор, соскочив с затворной задержки, дослал патрон в патронник. Приклад плотно уперся в плечо. Ожили горцы. Башня с «КПВТ» заворочалась, наводя ствол на обороняющихся. А вот позволить им выстрелить никак нельзя.

Бекеш нажал на спуск. Плечо отозвалось болью. В ушах в очередной раз зазвенело. БТР ответил глухим и вместе с тем звонким стальным звуком от удара пули. Он целил точно в башню, стараясь достать стрелка если не прямым попаданием, то хотя бы осколками. И, судя по всему, ему это удалось. Ну или пулеметчик после первого же выстрела предпочел упасть на пол и не отсвечивать до лучших времен.

Бекеш успел выпустить весь магазин, когда ему чем-то обожгло щеку. Он так дернулся от неожиданности, что даже умудрился уронить тяжелый «ПТР». Провел ладонью по щеке. Кровь. И только теперь взглянул на противоположный берег.

Горцы вовсе не собирались наблюдать за тем, как безнаказанно расстреливают их БТР. Несколько стрелков заняли позиции в домах напротив моста и открыли огонь по обороняющимся. Расстояние не больше двухсот метров, а потому огонь достаточно точен. Чуть в сторону, и Бекешу был бы конец. Еще одна пуля ударила в стенку зубца, выбив кирпичную крошку.

И тут же на стене полуразвалившегося дома, вторя длинной пулеметной очереди, начали вспухать пыльные облачка. Беркут пустил очередь по фасадам сразу двух домов, заставляя укрыться засевших там стрелков. Вот и ладушки.

– Беркут, держи этих архаровцев.

– Понял.

Бекеш подхватил «СВТ» и вновь взглянул на БТР. Если там была группа прорыва, то им внутри наверняка неслабо досталось. Шейранов помнил, каково это, когда по броне молотит автоматная очередь. Что уж говорить о калибре в четырнадцать с половиной миллиметров, да еще когда эта болванка влетает в тесное помещение. Если имели место попадания, а это очень даже вероятно, – это оторванные конечности и разорванные в клочья тела. Словом, приятного настолько мало, что начинаешь чувствовать себя в этой консервной банке, как в ловушке.

Ну. А он о чем. Вон за машиной мелькнул кто-то. Левый десантный люк укрыт от обороняющихся, и выбирающихся наружу горцев не видно. Разве только вот мелькнуло что-то непонятное. Как видно, десант не потерял присутствия духа и решил дать бой, прикрывшись броней. Бекеш вскинул винтовку, оптика исправно приблизила картинку. Хм. Скорее уж они решили укрыться за броней и не отсвечивать.

Ну и как быть с этими умниками? Отвлечешься на стрелков, засевших в домах, у этих появится возможность перебежать через мост. А главное, сколько их там, вот так с ходу и не поймешь. Сомнительно, что много, но даже один, перебравшийся на эту сторону, может создать уйму проблем.

Бекеш снова подхватил «ПТР» и вставил новую пачку. Беркут пока вполне контролирует стрелков в домах. Нет, они, конечно, стреляют, но пулемет хорошо бьет по нервам, так что особо не прицелишься. А из-за того, что обороняющиеся используют узкие просветы между широкими, хотя и не особо высокими зубцами, горцам приходится сосредотачиваться на довольно узком фронте. А иначе угол слишком большой, и им придется тупо стрелять в стену.