Константин Калбанов – Капер (страница 35)

А еще. Она не могла забыть, как доктор Кларк смотрел на нее в тот первый день. Это, конечно же, безумие, но ей казалось, что он пошел на риск именно из-за нее. Конечно, к ее внешности неравнодушны многие, но сомнительно, чтобы кто-то из них отважился бы ради нее на подобное.

К тому же доктор Кларк оказался великолепным собеседником. Он сведущ не только в медицине, но и во многих других областях. Так, например, он получил капитанский патент и лично водит по морям свою бригантину. Которую, кстати, отбил у проклятых пиратов. Еще один плюсик к решительности, но главное, это указывает на то, что военное искусство не является для него тайною за семью печатями.

Ну и не менее важно то, что ей с ним легко общаться. Он разбирается в поэзии и даже немного сочиняет для себя. Много читает древних мыслителей, не обходит своим вниманием и современные умы. А еще… Да много чего еще.

Во время последней их встречи он сказал, что вынужден отправиться в одно долгое путешествие и будет отсутствовать примерно четыре месяца. Он говорил, что будет скучать по их милым и невинным беседам. А скучает, похоже, она. Анита вроде бы и не думала всерьез о своем тайном воздыхателе. (Только полная глупышка не поймет, что нравится мужчине. Просто чувство порядочности не позволяет ему открыться.) Но, с другой стороны, неделю назад как-то без труда она поняла, что отмеренные доктором четыре месяца миновали.

И вот теперь она всякое утро окидывает гавань внимательным взором. Да и в течение дня частенько посматривает, не входит ли в гавань его корабль. Даже маленькой и изящной подзорной трубой обзавелась. Дорогая игрушка, но зато насколько стало интереснее. Кроме того, что без особого труда можно рассмотреть, что за корабль входит в порт, можно еще и посмотреть, что творится в городе. Конечно, подсматривать за людьми неприлично. Но страсть до чего интересно!

Что это? Не веря своим глазам, девушка бросилась к туалетному столику и, схватив подзорную трубу, едва не позабыв о приличиях, чуть не отдернула в сторону штору. Впрочем, она вовремя одумалась. Имевшейся щели было более чем достаточно, поэтому, не доходя до окна всего лишь пару шагов, она осмотрела свою цель через оптику. Не сказать, что приближение было столь уж существенным, опять же, эта мутная пелена по краям. Деталей и названия не разобрать. Но она все же сумела опознать «Охотника».

Едва она это осознала, как в груди пробежал холодок, сердце учащенно забилось, и ноги задрожали, чуть ли не подкашиваясь. В недоумении Анита отвела в сторону подзорную трубу и, сделав несколько шагов назад, словно подрубленное деревце, рухнула на кровать. Умом понимая, что ведет себя недостойно, девушка не удержалась и облегченно вздохнула.

Потом вдруг резко опустилась на колени перед распятием и истово перекрестилась, воздавая благодарственную молитву Деве Марии. Только Господь знает, что с ней творится. Но… Ведь морские путешествия очень опасны. Сколько моряков нашли свое пристанище на дне морском. Так отчего бы не поблагодарить Матерь Божью за то, что оберегла от напастей достойного человека? Он ведь достойный. Опять же, Флавио спас, а тот ее жених.

Что это? Горечь? Сожаление? Ничего подобного она никогда не испытывала. Испугавшись промелькнувших в голове мыслей, Анита начала молиться еще более страстно, моля о здравии Флавио. Но… вдруг поймала себя на мысли, что молится о нем не так, как молятся о женихе, а так, словно он ее брат. Господи, да что же с ней сегодня такое творится?

Испугавшись самой себя, она решила больше не думать о докторе Кларке. Вернулся. Жив. Здоров. Вот и хвала Господу. Не пристало добропорядочной католичке слишком много думать о постороннем мужчине, коль скоро до ее свадьбы остался месяц.

Вот так и не думала о нем. Не думала, пока завтракала. Не думала, пока направлялась к Флавио. Но он оказался занят по службе. Нога его уже была в полном порядке, поэтому он вернулся к своим обязанностям команданте. Ей ничего не оставалось, кроме как пройтись по парку, совершенно не думая об этом въедливом и прилипчивом докторе.

Все так же избегая думать о нем, она отчего-то оказалась у каменной лодочной пристани. Если суда не становились под разгрузку, то шлюпки и ялики с них причаливали именно сюда. Кого она собиралась здесь увидеть? Да никого! Она вообще собиралась купить рыбу. Благо рыбные ряды располагаются именно здесь. С утреннего лова прошло уже достаточно времени, поэтому рыбу продавали за полцены.

Выбор, правда, уже невелик, но ведь это не беда. Зато дешево. А еще у нее нет корзинки. Ничего. Вон Асусена стоит. Возьмет у нее рыбу вместе с корзиной, а она потом зайдет к ней домой и заберет. И рыба у нее вполне хороша, не смотри, что дело к жаркому полудню. А сама она отнесет рыбу домой, пообедает и ляжет отдыхать. В этих краях без дневной сиесты никак нельзя.

– Госпожа Анита, и чего это вы удумали рыбу покупать? – всплеснув руками, встретила ее служанка.

– А что такого, Грэсия?

– Да ничего. Просто вы бы меня упреждали наперед, что будете покупки делать, так я бы сама покупать не стала. Куда нам столько рыбы-то?

– Я решила воспользоваться обеденной скидкой.

– Да к чему это? Нам и так со скидкой любой рыбак продаст. Еще и обидится, если не согласимся. Вон, старый Николас перестал со мной здороваться, после того как вы отказались от его скидки и заплатили полную цену.

– У него в доме нужда после смерти его супруги.

– Это да. Да только обидели вы его сильно, потому как не в одних деньгах счастье.

– Грэсия.

– Что Грэсия? Я уж сорок лет, как Грэсия.

– Ну… Не знаю… Придумай что-нибудь с этой рыбой.

– Да уж придумаю. Идите обедать, дитя неразумное, – вздохнув, произнесла заботливая женщина.

…Н-да. Что-то сегодня у нее все никак не ладится. Уснуть так и не удалось. Хотя она о докторе в‑во-обще не думала. Ну вот ни капельки. Проворочавшись всю сиесту, Анита встала сама не своя. Злая и раздражительная. Вот только попадись ей этот… Тот, о ком она сегодня весь день не думала.

После столь неудачной сиесты девушка направилась к своему жениху. Отчего-то ей отчаянно хотелось общения. И непременно с Флавио. Уж больно ее напугало то, что мысли все время сворачивают к доктору. А еще она вдруг поймала себя на том, что обижается на доктора Кларка. На его пренебрежение ею. Как же! Его корабль с рассвета, а может, и с ночи в порту, а он так и не засвидетельствовал свое почтение. Нет, конечно, она обручена и сдержит свое слово. Но… Ведь он обещал!

До резиденции губернатора, являющейся одновременно одним из фортов Пуэрто-Рико, было не так уж далеко. Кстати, именно там служил Флавио, будучи команданте важнейшего городского укрепления. И приближенным к персоне губернатора, не без того. Путь туда пролегал по тенистой аллее набережной. Поэтому эту прогулку можно было даже назвать приятной. С одной стороны, послеполуденное солнце не докучало благодаря тенистой аллее. С другой – легкий бриз овевал лицо, принося относительную прохладу.

Флавио на этот раз оказался на месте, но снова был занят по службе. У него сегодня по-настоящему суматошный день. С явным сожалением он поведал ей о том, что непременно ее навестит ближе к вечеру. Ну и что ей было делать? Конечно, можно заняться вышиванием, но только при одной мысли об этом Аниту охватывало раздражение. В любой другой день, но только не сегодня.

Резиденцию губернатора девушка покидала, пребывая в дурном расположении духа. Да что там, она была едва ли не вне себя от ярости. Какой-то невыносимо тягучий, скучный день, полный неясных и даже необъяснимых переживаний. К тому же она тем больше злилась, чем больше сознавала, что до свадьбы осталось всего ничего, а ее мысли крутятся вокруг другого мужчины.

– Сеньорита Сантос.

Едва услышав этот голос, Анита даже вздрогнула. Подспудно она желала его услышать весь день. Но тем не менее это случилось настолько неожиданно, что она едва не выронила веер.

– А… А-а, это вы, доктор Кларк. Вы уже вернулись, – излишне пренебрежительно произнесла девушка, даже не стараясь облечь эти слова в вопрос.

– Мое почтение, сеньорита Сантос. Но, с вашего позволения, все же капитан Кларк.

– Отчего же? – чуть нервно пожав плечами, возразила девушка. – На мой взгляд, хороших капитанов много, а вот настоящих медиков, способных творить чудеса, единицы. Так что обращение «доктор» более выгодно подчеркивает ваши достоинства, чем «капитан».

– Вы мне льстите, сеньорита. Позвольте вас сопровождать?

– Извольте. А насчет лести, скажите об этом сеньору де Торрес.

– Ну, возможно, мне просто повезло.

– Повезло? Я, конечно, не так сведуща в лекарском деле, но даже мне понятно, что никто и нигде не лечит переломы подобным образом. Да и подобной обработки ран я не встречала. А мне случалось видеть ранения. По-моему, все это новое слово в медицине. Даже если зачинателем является кто-то другой, то вы один из немногих, владеющих этой методой.

– Что же, трудно вам возразить. Вы не так далеки от истины.

– Вот видите. А способны ли вы привнести нечто подобное в морское дело?

– По правде говоря, сомневаюсь.

– Вот именно поэтому вы навсегда останетесь для меня доктором Кларком, но никогда не будете капитаном.

– Признаться, мне приятны ваши слова. Вы домой?