Константин Калбанов – Капер (страница 34)

Конечно, Шейранов поможет ему со стороны посредством аппаратуры съемочной группы. Но все же неплохо бы, чтобы Кларк понимал, что делает. Ведь придет время, когда Шейранов оставит его, и Патрику придется самому выгребать в этом мире бушующем. Поэтому не помешает передать ему столько знаний, сколько удастся впихнуть в его голову.

– Войдите! – услышав стук в дверь, громко произнес Патрик.

– Капитан, там этот Морган пришел в себя.

– Вот как. – Патрик взглянул в окно, наблюдая сквозь тучи бледный отблеск заходящего солнца. – Впрочем, как раз пора. Ну, пошли поговорим с прославленным адмиралом, – отодвигая от себя бумаги, решил он.

Моргана разместили в трюме, устроив специально для него железную клетку. Впрочем, доверяться ей Патрик вовсе не собирался. Ему нужно было доставить пленника в Пуэрто-Рико живым. Поэтому мало того, что пирата держали в специальных кандалах, так за ним еще постоянно следили двое бойцов. Вот так серьезно. Чтобы ни кораблю, ни себе вреда не причинил.

– Ну как похмелье, адмирал? – подойдя к клетке в свете фонарей, поинтересовался Патрик.

– Ты кто? А-а, припоминаю. Капитан Мерфи.

– Вообще-то Кларк.

– Один хрен, ирландская собака.

– Это да. Я чистокровный ирландец. Ну и как голова? Не болит?

– Есть немного. Чем это меня?

– Этим, – Патрик указал на дубинку у пояса одного из надзирателей.

– Интересно придумано. Итак, чем обязан моему похищению?

– А самому догадаться трудно?

– Испанцы? – дернувшись в кандалах, прикрепленных к балке, с ненавистью едва не выплюнул Морган.

– Они самые, – совершенно спокойно ответил Патрик. – У них к вам весьма солидный счет. Жаждут предъявить и получить оплату.

– А ты, значит, продажная собака, решил им подлизать.

– Хотите меня рассердить? Напрасно. Я на трупы не обижаюсь.

– Ну умереть-то можно по-разному.

– Это верно. И я вам не завидую.

– Это точно. Завидовать тут нечему, – с горькой ухмылкой подтвердил Морган. – Может, явишь милость и прикончишь? Засыплешь солью да представишь им труп.

– Вообще-то мне претит передавать людей в руки святой инквизиции.

– Инквизиции…

Морган оказался мужиком волевым и в истерику не впал. Но, как видно, попасть в руки этих лицемерных святош ему не улыбалось. И как бы он ни владел собой, но заметно побледнел. А кто бы остался равнодушным к такой перспективе? То-то и оно.

– Вы жгли и грабили церкви, пытали и убивали священников. Так чего же вы ждали?

– Считаешь, что ты лучше меня?

– Не считаю. Я знаю, что я и мои парни намного лучше. Вы со своими подручными безжалостно пытали ради пары серебряных монет. Мы же передадим вас в руки палача ради того, чтобы получить возможность помочь своим братьям и сестрам, которых англичане походя отправляют в рабство. Так что разница очевидна.

– Ну так доставь им мой труп. Эти собаки получат то, что хотят.

– Не выйдет. Они хотят устроить вам суд, который затем предадут огласке. А какой прок судить труп? Вот и выходит, чтобы я и мои товарищи по несчастью получили желаемое, мы должны доставить вас живым. Так что можете даже не стараться покончить с собой, у вас не получится. Если только не хотите, чтобы ваши мучения начались несколько раньше, чем мы прибудем в Пуэрто-Рико. Я это к вашим возможным попыткам самоубийства.

– Ведь ты знаешь, что меня ждет.

– Скажем так, я предполагаю.

– И ты сможешь отдать меня этим упырям?

– По мне, так вы куда больше заслуживаете этого, чем ле Пикар. А его я уже передал испанцам.

– Когда?

– Три месяца назад. Сомневаюсь, что вы успеете встретиться.

– Ясно. И ты пришел сюда позлорадствовать? – откинув голову к стене, равнодушно произнес Морган.

– Лично мне вы насолить не успели, поэтому в злорадстве не вижу смысла. А вот просветить вас по поводу будущей судьбы считаю нелишним, поскольку неизвестность намного хуже. Измываться и досаждать вам здесь никто не станет, разве только кандалы и постоянная опека двоих парней. Питаться будете наравне со всеми. Кроме этого, вас каждый день будут выводить на палубу подышать свежим воздухом. Вы, конечно, можете попытаться совратить моих людей и подбить их на бунт, но вынужден вас разочаровать. Мы все до неприличия сильно ненавидим англичан, потому что с их помощью прошли через рабство и плантации сахарного тростника.

– Не утруждай себя. Я все понял.

Больше говорить было не о чем, поэтому Патрик, не прощаясь, развернулся и пошел прочь. Выйдя из помещения, отведенного под арестантскую, он прошел мимо закрепленных тюков и ящиков с различными товарами. Глупо было бы побывать в Европе, иметь при себе свободные средства и не прикупить кое-что необходимое. Конечно, он собирался заняться каперством, и тогда ему все достанется практически бесплатно. Но, во‑первых, когда это еще произойдет, а колонию нужно развивать. Во-вторых, купцы ведь не возят товары под заказ. Так что многого попросту не будет доставать.

Миновав отсек с товарами, он вышел на довольно просторный и свободный участок нижней палубы. Относительно свободный. Вдоль бортов были уложены пушечные стволы. Стояло несколько ящиков. В деревянных каркасах покоились два громоздких, диаметром не меньше полутора метров, маховых колеса будущего стана. Вот здесь-то он его и будет собирать. Привлечет отца и сына Уолшей.

Только когда его нога нащупала первую ступеньку трапа, ведущего наверх, Шейранов понял, что думает обо всем этом, только бы не думать о Моргане. Что ни говори, но передавать его инквизиции… Хм. А не испытывает ли он чувство вины? Очень похоже. И то, что он выходец из гуманного и просвещенного общества, тут не играет никакой роли. Кларк из этого жестокого семнадцатого века, но и ему как-то не очень. Нет, он не отступится, но факт остается фактом.

Хм. Если он не может разобраться в себе, то что же говорить об остальных. Да, они католики. Вот только никогда не видели разгула инквизиции, что очень даже присутствует в испанских владениях. Впрочем, чего это он? Здесь и сейчас казни – сродни шоу его времени. Так что сомнительно, чтобы нашлось много тех, кто походил бы на Кевина и Мартина, коим претит мысль о передаче кого-либо в лапы инквизиции.

Впрочем, нужно будет поговорить со священниками. Пусть поработают с командой. А то не хватало еще, чтобы Морган совратил кого-нибудь. Человек слаб и падок на грехи. Так что заручиться поддержкой со стороны священников не помешает. Тем более, одного из них Патрик собирался оставить на корабле в роли капеллана.

Этих двоих Кевин буквально вырвал из рук англичан, просто и без затей перебив конвоиров и умыкнув их из-под ареста. Конечно, действовал он слишком рискованно. След раньше времени мог привести к «Глории». Но, с другой стороны, винить его в этом нельзя. Опять же, священники им не помешают. Страсть как не хотелось видеть у себя на острове испанских церковников. Вот пусть эти двое и начинают отрабатывать свой хлеб прямо сейчас.

Кстати. Пора бы уже изменить название корабля. А то бригантина так и продолжает рассекать волны под чужой личиной. Но сегодня, пожалуй, уже поздно. Море погрузилось в сумерки. Они здесь более долгие, чем на Карибах, но все же времени не хватит. Так что завтра с утра будет самое то.

Глава 7

Дуэль

Солнечный луч скользнул сквозь щель неплотно занавешенных штор одного из окон спальни, плавно покачивающихся от дуновения легкого утреннего бриза. С улицы доносился веселый гомон тропических птиц. Впрочем, она никогда не слышала других. Для кого-то Вест-Индия – это далекие заокеанские сказочные земли, где золото и серебро просто валяется под ногами. Для нее же это родина. И другой земли она никогда не видела. Да чего уж там! Она никогда не покидала этот остров. Да и от города дальше, чем на пару миль, не отъезжала.

Окончательно проснувшись, Анита сладко потянулась и с легкостью, столь присущей молодости, вскочила на ноги. Подошла к окну, выходящему на набережную. Ее просторная спальня находилась на втором этаже. Два окна, расположенных одно напротив другого, выходили на северо-восток и юго-запад, поэтому в ее комнате всегда присутствовало солнце. А еще было очень приятно спать благодаря постоянному сквозняку. Окна вообще практически не закрывались. Разве только в непогоду.

Она бы с радостью раздвинула шторы и выглянула в окно, выходящее на гавань. Но не могла себе этого позволить. Окна выходили на многолюдную набережную. Правда, непосредственно у дома росли деревья, дорога проходила чуть дальше. И все же, будучи в ночной рубашке, не больно-то выглянешь. Не приведи Господь, кто увидит, стыда не оберешься.

Поэтому Анита лишь слегка раздвинула шторы, только чтобы иметь возможность взглянуть на гавань. Вот уже неделю она вот так всматривается в корабли на рейде. Это становилось эдаким утренним ритуалом, иначе и не скажешь.

И что за напасть? Казалось бы, она помолвлена с Флавио. И вроде бы сама хочет этого брака. Но отчего-то из головы все никак не идет тот ирландец, доктор Кларк. Он и мил собой, и остроумен, и тверд, когда это требуется. А еще весьма решительный мужчина. Далеко не всякий решился бы на тот риск, на который он пошел ради спасения Флавио.

Нет, не ради именно него, потому что, когда Кларк согласился ему помочь, они не были даже знакомы. Но ведь это еще лучше характеризует его. Злые языки поговаривают о том, что этот выскочка еще и не на такое решился бы, дабы заполучить благосклонность губернатора. И никто не вспоминает о возможном гневе дона де Варгоса, обладавшего весьма крутым нравом.