Приведя снаряжение в порядок, Эми решила придать своему боевому походу немного комфорта. Вынув из комплекта индивидуального рациона питания пехотинца (US Armed Force’s MRE kits) влажную салфетку, девушка раскрыла баллистический воротник своего бронежилета. Жара убивала, а тяжёлое снаряжение старательно ей помогало.
Тем не менее, маленький клочок цивилизации, коснувшийся шеи Эми, буквально вдохнул в неё новые силы. Под действием спиртовой основы, небольшой шрам с левой стороны шеи девушки немного чесался, но та переборола коварный позыв. Едва бы ей стоило хоть разок его почесать, как можно было смело запрашивать эвакуацию для куратора служебной собаки.
Природу происхождения зарубцевавшейся раны Эми не знала. Она появился когда-то давно, но когда именно, девушка не помнила. Тем не менее, стоило ей хоть разок его почесать, как лёгкий дискомфорт перерастал в одержимость, требующую чесать, дольше, больше, сильнее. Со временем, девушка выработала привычку перетерпеть в начале, чем метаться в безумной агонии после.
Тем временем Дикс уже утолил жажду и был готов вернуться к работе. В следующую минуту капрал Эванс уже убирала собачий инвентарь. Закончив приготовления, девушка привела экипировку в порядок, дабы лейтенант добрых полчаса не читал ей нудные лекции по безопасности, и отправилась к отряду.
«Полуночник десять одиннадцать» уже разбил привал и собирался немного передохнуть от тяжёлой и скучной боевой операции. Откровенно говоря, определиться, что из этих двух параметров выматывало больше было сложно. Тем не менее, каждый знал, что это его работа. И если даже кто-то из них не верил в страну и флаг, то уж точно каждый верил в себя и в своих боевых товарищей, что доверяли друг другу свои жизни.
. . .
Вот уже на протяжении двух лет Дикс и капрал Эванс совместно служат в армии США в триста двадцать пятом пехотном полку.
Бывший куратор Дикса погиб во время выполнения задания несколько лет назад. В тот роковой день мастер сержант армии США Харви Майерс прибыл на территорию проведения подрывных работ. Отряд сапёров производил поиск мин, после чего помечал.
Те, что удавалось обезвредить, снимали на месте, остальные же готовы были подрывать. Задача кинологической боевой связки заключалась в том, чтобы не допустить нештатных ситуаций при проведении операции по разминированию территории.
Поначалу не возникало никаких проблем. Местная полиция оцепила территории, военные сапёры медленно, но верно продвигались вглубь минного поля. Однако вскоре начались первые проблемы.
К месту проведения операции стал приближаться мужчина в национальном облачении. Руки и тело незнакомца были скрыты под безразмерным балахоном, что, несомненно, насторожило не только Дикса, но и самого Харви.
Пока местная полиция была занята своими делами, мужчина прошёл оцепление и в следующий миг бросился на армейских сапёров. Вынув из-под национального платья руку, мужчина продемонстрировал всем пульт дистанционного управления, провод от которого скрывался в недрах одеяния.
Находившийся в десяти футах от террориста Дикс, тут же рванул в его сторону и в одно мгновение сбил его с ног. Придавив преступника лапами, пёс плотно зажал его кисть в челюсти. Взрыва не последовало, и подоспевший штурмовой отряд задержал террориста.
Самодельное взрывное устройство было некачественно собрано, а, следовательно, не сработало в критический момент. Казалось бы, что именно сегодня должен был погибнуть отважный четырёхлапый герой, ценой своей жизни, спасший целый отряд. Однако у судьбы были совершенно другие планы на этот счёт.
Тем временем локализованный конфликт получил своё распространение. Прорвавшийся на территорию оцепления террорист-смертник стал следствием абсолютнейшего попустительства со стороны местной полиции. Уязвлённые блюстители правопорядка в тот же миг решили реабилитироваться, изобразив активную деятельность, но, по сути, устроив лишь бессмысленную суету.
Именно в этот самый момент возьмёт своё начало череда фатальных событий, что приведёт к трагическому финалу.
Сначала полиция согнала толпу перед собственными кордонами, дабы изобразить стихийный митинг. Естественно, столпотворение было замечено военными сапёрами. В любо момент на территории операции мог произойти взрыв, от осколков которого могли пострадать гражданские.
Обратившиеся к местной полиции, офицеры армии США, попросили полицию объяснить толпе об опасности нахождения близ территории разминирования. Только этого и ждали блюстители местного порядка.
Желая выслужиться перед собственным начальством, что требовало выполнять все просьбы армейских подразделений США, полиция приступила к заключительной части своего представления. Сотрудники полиции, что не позволяли разойтись мирному населению, резко отошли в стороны, в то время как стоящие в оцеплении полицейские начали стрелять в воздух из своих автоматов.
Испуганная толпа ринулась прочь. Давя, толкая и, едва ли не затаптывая друг друга, местные жители рвались прочь из оцепления через узкий коридорчик из ограждений. Довольные собой сотрудники полиции в очередной раз проглядели, как через оцепление проник человек.
Невысокий мужчина, местный житель, держал за руку свою дочь. Волей случая он оказался вне толпы, что в суматохе рвалась к выходу. Стоило им слиться в едином столпотворении, как шанс того, что их затопчут, возрастал кратно.
Желая вывести своего ребёнка из толпы, мужчина решил пойти в противоположную сторону. Перейдя ограждение, он уверенным шагом побрёл на открытую местность, двигаясь прямо в сторону не разминированной части территории.
Первым незваного гостя увидел именно Харви Майерс. Поначалу сержант пытался окликнуть местного полицейского, но те были заняты фотографированием себя на фоне толпы. Руководство потребовало отчёт об их плодотворной ответственной работе, чем они и занимались.
Опьянённые властью полицейские стреляли в воздух короткими очередями, дабы мотивировать гражданских зевак уходить быстрее. Естественно никто из них не слышал, да и не хотел слышать сержанта Майерса. Шанс того, что кто-либо из них обратит на него внимание, улетел вместе с пулями.
В свою очередь мужчина с ребёнком на стрельбу отреагировал очень оперативно. Поспешив убраться как можно скорее, он разительно увеличил скорость своего шага.
Не имея других возможностей предотвратить неминуемую катастрофу, куратор служебной собаки бросился наперерез мужчине с ребёнком. Размахивая руками и крича, Майерс всячески пытался привлечь внимание незадачливого самоубийцы.
Дикс, помчался рядом, с той же скоростью, что и его хэндлер. Ещё полшага и местный житель с дочерью прошли бы точку невозврата, пересекнув черту разминированной зоны, но Харви успел …
Подойдя достаточно близко, сержант Майерс закричал, что есть сил. В ту же секунду молодой отец обернулся, в его глазах читался страх и непонимание. Сержант активно жестикулировал, говоря о том, что впереди мины и идти нельзя. Показывая рукой на толпу и полицейских, Харви предлагал ему вернуться.
При всём желании понять сержанта, молодой отец мог лишь догадываться о том, что от него хотят. Местный житель не знал английского от чего просто стоял, глядя на военного и его собаку. Судя по всему, тот хотел отправить его с дочерью обратно в толпу. Но зачем? Так ведь короче.
Стараясь не спугнуть местного жителя, Харви стоял на месте, плавно приманивая его к себе, но тот не спешил отвечать на его призыв. Дикс неподвижно лежал рядом с куратором, не спуская взгляда с мужчины, сжимавшего руку девочки.
Потеряв надежду уговорить молодого отца жестами, Харви сделал шаг к нему навстречу. В ту же секунду, мужчина быстрым движением завёл дочь за свою спину. Это и стало роковой ошибкой, ведь в этот самый момент, здесь и сейчас маленькая девочка оказалась за чертой безопасной территории.
Инстинктивно Майерс крикнул от страха за ребёнка, чем ещё сильнее напугал семейство. Молодой отец попятился назад, протолкнув дочь глубже на опасную территорию.
Включив рацию, Майерс еле слышно призвал саперов срочно подойти к нему, взяв с собой кого-нибудь, говорящего на арабском языке.
В следующую минуту, глядя прямо в глаза молодому отцу, Харви отрицательно покачал головой. Двигаясь очень плавно, он успокаивающе покачал руками вверх вниз, уговаривая его никуда не бежать и просто стоять на месте.
Спустя несколько минут, позади сержанта послышался звук быстрых шагов и лязг амуниции. С каждым мгновением, приближающихся шагов, на душе Майерса становилось чуть легче, ведь помощь была уже близко. В очередной раз, судьба решила сыграть шутку, но на этот раз очень злую и трагическую.
Разогнав толпу, полиция довольная собой принялась оглядываться по сторонам. Увидев странную ситуацию у ограды, сотрудники правоохранительной службы пришли в ярость. В очередной раз местный житель позорил их перед иностранной армией.
Разъярённый полицейский уверенным шагом направился в сторону отца семейства, что-то крича ему на рабском языке и размахивая руками. Повернувшись к очередному незваному гостю, Майерс принялся размахивать руками, изображая крест на уровне груди и крича, чтобы тот остановился.
Полицейский также как и молодой отец, не был силён в английском и понял американца совершенно в обратном смысле. Видя, что местный не шевелится, полицейский принялся стрелять в воздух, чем напугал того ещё больше. Инстинктивно попятившись, местный житель толкнул дочь ещё глубже в направлении мин. Если бы он только знал, что прямо сейчас собственноручно толкнул дочь прямо в кровавые лапы коварной смерти.
