Константин Горюнов – Бармен Пустоши. Книга 4: Чужие грехи (страница 7)
– Страшно? – спросил он тихо.
– Нет. Уже нет.
– А что?
– Не знаю. Какая-то пустота внутри. И в то же время – все кипит.
– Это нормально. Перед рейдом всегда так.
– Знаю.
Они сидели молча, слушая ночь. Где-то в доме Крис заиграла тихую мелодию, грустную и светлую одновременно.
– Красиво поет, – сказал Алексей.
– Красиво.
– Знаешь, я рад, что она появилась.
– Я тоже. – Диана подняла голову, посмотрела на него. – Странно, да? Человек, которого мы не знали, а уже кажется своим.
– Сталкеры. Они все такие. Быстро становятся родными. Или быстро уходят.
– Крис не уйдет.
– Откуда знаешь?
– Знаю. Она из тех, кто остается.
Алексей поцеловал ее в висок.
– Пошли спать. Завтра тяжелый день.
– Идем.
Они поднялись и пошли в дом. За их спинами догорал закат, обещая новый день, новые испытания и, может быть, новую победу.
А в доме уже все спали. Только Крис сидела у окна, перебирала струны и смотрела на звезды. И тихо-тихо пела песню, которую сочинила только что. Песню о дороге, о друзьях и о том, что даже в самом темном лесу есть тропинка домой.
Глава 4. Гонец из-за стены
Ночь пролетела незаметно.
Диана открыла глаза за час до рассвета. В комнате было тихо, только Алексей посапывал рядом, да где-то в доме скрипнула половица – Маклауд уже не спал, наверняка сидел на крыльце с неизменной сигаретой.
Она осторожно выбралась из-под одеяла, натянула штаны и куртку. Титановые пальцы нащупали ремень, застегнули пряжку – уже привычно, почти автоматически. Почти.
На крыльце действительно сидел Маклауд. Курил, смотрел на горизонт, где только начинало светлеть небо.
– Не спится? – спросила Диана, садясь рядом.
– Насплюсь еще. – Он затянулся, выпустил дым в утреннюю тишину. – Ты чего поднялась?
– Проверить все. Выходить скоро.
– Все готово. Я еще вчера рюкзаки перебрал. Патроны, аптечка, взрывчатка, сухпай. По списку.
– Верю.
Они сидели молча, глядя, как просыпается Эпицентр. Где-то залаяла собака, запели первые птицы, ветер донес запах дыма – кто-то уже топил печь.
– Слушай, командир, – Маклауд заговорил негромко, – я тут подумал… Насчет Крис.
– Что именно?
– Она с нами идет. А ты ее почти не знаешь.
– Ты ее знаешь.
– Знал. Когда-то. Люди меняются.
– Крис не из тех, кто меняется. – Диана посмотрела на него. – Ты сам это знаешь. Иначе бы не согласился, чтобы она с нами шла.
Маклауд усмехнулся уголком рта.
– Умеешь ты вопросы задавать.
– Это не вопрос. Это констатация факта.
– Ладно, убедила. – Он затушил окурок, спрятал в банку из-под консервов, приспособленную под пепельницу. – Просто… она мне Кэста напоминает. Тем же юмором, той же бесшабашностью. Иногда кажется, что он рядом.
– Это хорошо.
– Хорошо. Но больно.
Диана положила руку ему на плечо. Титановые пальцы легли тяжело, но Маклауд даже не дернулся.
– Знаю, – сказала она. – Сама через это прошла.
– Пройдешь? Через такое не проходят. Просто учишься жить рядом.
– И это тоже знаю.
Из дома вышла Крис. Сонная, взлохмаченная, в одной майке, с гитарой наперевес.
– О, а вы чего не спите? – Она зевнула, прикрывая рот ладонью. – Рано еще. Солнце только встает.
– Солдаты не спят, – философски заметил Маклауд.
– А я не солдат. Я творческая личность. Мне положено спать до обеда.
– Творческая личность будет спать после рейда, – отрезала Диана. – Собирайся. Завтракаем через час.
– Есть, командир! – Крис картинно отдала честь и скрылась в доме.
Маклауд проводил ее взглядом.
– Точно Кэст. Та же манера.
– Привыкай.
– Привык уже.
Завтрак собрал всех за большим столом. Зина нажарила яичницу с тушенкой, нарезала хлеба, заварила чай. Ели молча, сосредоточенно – перед рейдом много не болтают.
Пашка и Лена крутились под ногами, понимая, что взрослые уходят, и пытаясь урвать побольше внимания. Лена уселась на колени к Маклауду и просидела так все время, пока он ел. Пашка крутился вокруг Алексея, задавая миллион вопросов:
– А вы далеко идете? А мутантов убьете? А привезете мне что-нибудь?
– Привезем, – пообещал Алексей. – Ты главное слушайся Зину.
– Слушаюсь!
– Врешь, – усмехнулась Зина. – Вчера весь огород перекопал, хотя я просила цветы полить.
– Это я клад искал!
– И нашел?