Константин Филиппов – Маленький шаг в неизвестность (страница 37)

– Никос, ты что, спишь? – рано утром ко мне ввалился Малк. – Вставай, пойдем в мяч поиграем.

– Уже не сплю, встаю, иду, – ответил, выбираясь из кровати. Очень комфортно в ней спалось, даже жаль покидать столь уютное место.

Мой новый друг ждал меня на улице, держа в руках мяч чуть меньше футбольного. Игра, популярная среди подростков, была проста. Обыграть соперника и закатить мяч в ворота. Ничего сложного, на первый взгляд, но единственное правило делало эту задачу не столь легкой. Полоса, в пределах которой можно было финтить, имела в ширину около двух метров. Вышел мяч за линию – отдай его сопернику. Побеждало чистое мастерство с долькой удачи. Малк был техничен и хорошо контролировал мяч, но я смог его пару раз удивить. Примерно оценив силу друг друга, мы были готовы закончить с разминкой и начать более жесткое противостояние, как к нам обратилась подошедшая женщина:

– Мальчики. Скоро начнется распределение по командам. Если хотите работать вместе, вам стоит поспешить в общий зал.

– Потом продолжим, – наступил на мяч ногой.

– Угу, – согласился мой соперник, и мы рванули наперегонки.

Хоть одно радует, с бегом у этого тела неплохо. Думал, что будет хуже, но к нужным дверям мы пришли почти плечо в плечо. За дверями уже сидели представители двух команд. Вообще-то их здесь одиннадцать, но девять укомплектованы полностью, поэтому выбор для нас невелик. За первым столом восседала насупившаяся тетка. Увидев нас, она подняла уголки губ.

– Добро пожаловать в мою команду! Раньше я работала под руководством Защитника пика четвертого ранга Гхошта, получив его одобрение, стала командиром. Теперь набираю собственную группу. Мой девиз: целеустремленность и настойчивость! Только так мы сможем подняться в соревновании команд и заслужить всеобщее уважение!

Повернувшись ко мне, Малк вопрошающе приподнял брови, и я, сунув два пальца в рот, показал, что меня сейчас стошнит.

– Мы очень признательны за это приглашение, – перевел тетке мой друг, – но перед принятием решения хотели бы переговорить с представителем другой команды.

Хотел поправить его, что там тоже представительница, но не стал. Пока шли к другому столу, чувствовал, как буравит спину неприязненный взгляд. Не любит дамочка отказов, ох как не любит. За столом, к которому мы шли, тоже сидела дама, фигуристая, навскидку лет на тридцать. Сев на стул, я демонстративно осмотрел ее с головы до пояса и сказал:

– Можешь начинать презентацию.

– Мальчик, ты ведешь себя слишком нагло, – строго ответила она.

– Ну так заслужи мое уважение. Буду вежлив и почтителен.

– Что?! Наглец!

– Сама невоспитанная хамка!

Пару минут назад никто из присутствующих в этом зале не мог и предположить, что в этих стенах разразится скандал, но он состоялся. Внезапно, ошеломляюще, эмоционально. С криками, воплями и грохотом опрокинутых стульев. Так что неудивительно, что очень скоро я и Малк входили в кабинет начальника карантина.

– Говорите, – окатил он нас очень строгим взглядом.

– Мы хотим быть в команде только у самых лучших! – сразу обозначил свою позицию.

– Самые лучшие командиры укомплектовали свои отряды, – немного смягчилось лицо начальника.

– Мы докажем, что достойны места в их отрядах, и они нас примут! – продолжаю гнуть свою линию.

– Как? – мои слова явно заинтересовали мужчину.

– Мы вдвоем отправимся в туман и принесем оттуда кристалл! Доказав тем самым, что мы достойны большего, чем быть в командах отстающих. Пусть все увидят, на что мы способны.

В ответ было долгое молчание, и наконец начальник решил:

– Хорошо. Я даю разрешение. Пойдете с коротким тросом, на полкилометра. Если у вас ничего не получится, то без подобных представлений будете работать там, где скажу с понижением в окладе на тридцать процентов.

– Договорились! – и я протянул ему свою руку, и Малк повторил мой жест.

Когда же мы вышли из кабинета и закрыли дверь за собой, я посмотрел на друга и сказал:

– Я выполнил свою часть плана, теперь дело за тобой.

Глава 40

– Дед, – в кабинет начальника карантина зашел лидер лучшей команды Гхошт, – почему ты с ними сюсюкаешся? У нас режимный объект. Разговоры про хочу – не хочу ведутся за его границами. Здесь выполняют поставленные задачи без обсуждений и препирательств. Сказали, вот тебе две команды на выбор, выбирай из них, а не скандаль. Разве не этому ты меня учил?

– Ты прав, внук, – пожилой мужчина повернулся к окну. – Но если они придут обратно с пустыми руками, я урежу их заработок на тридцать процентов. Знаешь, сколько это денег?

– С этим авралом совсем забыл про твою скупость, – усмехнулся Гхошт. – Я передам твои слова моей ученице. Это поднимет ей настроение, когда эти обормоты придут извиняться. Но если они преуспеют, что тогда? Тебе придется кроить состав команд из-за них. Людям это не понравится.

– Не придется, – отмахнулся от этого довода пожилой мужчина. – Лидеры подойдут к ним и скажут, что все места в командах заняты, они возьмут их к себе, только когда у кого-то закончится контракт. Это беспроигрышное соглашение, внук.

– Подойдут? – фыркнул Гхошт. – Кому нужны такие наглые и дерзкие работники? Сегодня у них в голове одно на уме, завтра другое. Они не предоставили себя Берте, а она отличный работник. Все уже знают про этих хамов. Медики сказали, что когда они к ним попадут, то почувствуют на себе их отношение к наглецам, не уважающим старших, тем более что с Бертой они в замечательных отношениях. Она ведь по образованию медик. Оскорбили ее – оскорбили их.

Начальник карантина лишь пожал плечами в ответ.

– Это их жизнь. Хотят страдать – пусть страдают.

Известие про двух оборзевших малолеток быстро облетело карантин, и многие приходили посмотреть на нас. А мы на учебном полигоне слушали обязательный инструктаж. Хмурый дядька рассказывал про то, что обычному взгляду в тумане ничего не разглядеть. Лишь выйдя из тела, можно увидеть кристаллы. Рассказывал про безопасное расстояние, про страховку и правильное крепление. Приводил примеры самых распространенных ошибок. Информации было много, и я внимательно ее слушал. Это ведь как устав, написанный кровью. Одна ошибка может привести к гибели не только одного человека, но и всей группы. После того как инструктор озвучил правила, он, не задерживаясь, ушел, и мы с Малком переглянулись.

– Пошли.

И мы пошли к машине, где уже лежали манки и эксклюзивная, шестигранная ловушка, стоимостью с двухэтажный домик в живописном месте. По словам Малка. Родившись в обеспеченной семье, он не имел проблем с деньгами и тайно купил ее на свои сбережения на черном рынке. По идее, он должен был посоветоваться с отцом, получить от него разрешение и взять побольше помощников, но четко зная, что услышит в ответ, подросток решил сделать все по-своему. Желание обрести потерянную боевую форму, нет, непреодолимая страсть получить ее обратно, заставила его наплевать на все инструкции и предостережения. Тем более что отец Малка еще вчера вечером куда-то уехал, и сказать стоп было некому.

Водитель мельком взглянул на нас и, дождавшись, когда мы сядем, завел машину. Ехать было не далеко, и всю дорогу мы молчали. Где-то в глубине души я считал, что, возможно, поступаю поспешно и неправильно, но давать обратный ход было уже поздно. Все-таки в моей жизни появился первый друг в этом мире, а по дружбе порой приходится совершать поступки, идущие вразрез с собственным мнением, тем более что мне было его не переубедить. Если откажу, он в одиночку туда попрется. Ладно, что сделано, то сделано. В сторону неуверенность и сомнения, сейчас они будут только мешать. Нам теперь главное поймать то существо, которое ему было так нужно. В манках был записан звук, на который в прошлый раз пришла тварь, отчекрыжившая половину боевой формы Малка. Пришедшая в голову мысль, что со мной может произойдет то же самое, заставила поежиться.

– Приехали.

Машина остановилась, и мы вышли наружу.

– Как зайдете в туман, у вас полтора часа, – напутствовал нас водитель. – Если к этому времени не появитесь, включу лебедку.

До тумана было метров сто. Скинув одежду, надели защитное снаряжение и прикрепили к широким поясам короткий трос, позволяющий уйти в туман на полкилометра.

– Начали? – я взял в руки ловушки и, увидев решительный кивок, двинулся вперед. Надеюсь, что у нас получится.

Зайдя в туман, вышел из тела, проверил окружение и поднял руку, показывая, что метров двадцать можем идти спокойно. Мы шли таким образом до тех пор, пока не почувствовали, что дальше никак. Ограничение длины троса. Вытащив воздушные фильтры из носа, вдохнул воздуха и тут же вернул их на место. Мерзкий и отвратительный запах. Немного отойдя назад, приготовили ловушку и включили манки. Теперь нам остается только ждать. Выйдя из тела, я смотрел по сторонам, думая про Голод. То, что он перерабатывает чуждую этому миру энергию, – это хорошо, но ее вкус, вызывающий рвотные позывы, – это плохо. И подсластителя к этому блюду нет. Поэтому от осознания, что придется дышать этой гадостью, становится дурно, и совершенно не радует, что от этого я стану сильнее. Совершенно! Пронзительные звуки расходились во все стороны, и очень скоро на них отреагировали. Что-то похожее на клубок ниток, размерами чуть больше футбольного меча, направилось в нашу сторону. Нити-щупальца, вытягиваясь и извиваясь, хотели добраться до манков, но я успел создать защитную форму и отодвинуть их в сторону ловушки. Ненадолго замерев, клубок ниток продолжил движение в нужном направлении, и как только он оказался над ловушкой, вернувшись в свое тело, хлопнул Малка по плечу. В тот же момент из граней ловушки вылетели широкие, многослойные ленты, за считаные мгновения обретая твердость. Схватив образовавшийся кокон, в котором трепыхалась наша добыча, повернулся в сторону, откуда пришли, и тут меня накрыла волна ужаса и паники. Показалось, что за спиной появилась жуткая тварь, распахнувшая огромную пасть, и ее слюна уже капала на макушку. Не выдержав, я заорал и бросился бежать, полностью отключив сознание и здравый смысл.