Константин Ежов – Под знаком сфинкса (страница 31)
– В результате нескольких попыток обычно тебя признавали бесперспективным объектом. Постой, никто не сомневался в твоей ориентации! Так, пару раз, но их быстро другие светлые поставили на место, но не в этом суть. Сейчас ты перестал терять сознание и буквально отпустил все тормоза, и на тебя началась охота. Не специально, но хотя бы из спортивного интереса. А такое порой заканчивается совсем не так, как планировали обе стороны. Вот скажи, ты обрадуешься, если через недельку появится мать близняшек обсуждать вашу предстоящую свадьбу? – не останавливалась Кими.
– Ничего же не было! – выдал испуганно.
– Ерунда! Главное потенциальный жених девочкам понравился! – разбила она мои возражения в пух и прах.
– Мне же ещё нельзя! – попытался вывернуться, с другой стороны.
– Ты ещё скажи – не любишь! – и стала лыбиться мне в лицо.
Не. Ну, так-то она права!
– Ладно. Не нервничай. Последнее и так очевидно, – добавила Кими после некоторой паузы.
– Нет. Почему так сразу… – неожиданно для себя стал возражать.
Самое странное, что это было как раз не в моих интересах.
– Вань, остановись наконец! Хватит лить масло в огонь. Вспомни встречу со своей Машкой! – потребовала она от меня.
– Откуда… – начал было формулировать вопрос.
– От верблюда! Расскажи-ка, что было вокруг? – продолжила она на меня давить.
– Эм-м…
И тут понял, а выдать-то мне и нечего!
– Сдулся! Потому, что для тебя существовала исключительно она одна. И пусть мир подождёт… – последнее она произнесла как-то грустно.
– Постой. Ты чего? – растерянно спросил её.
– Вань, это называется любовь, – выдала Кими вслух.
Пока она этого не говорила, было как-то всё проще. Да, я сам хотел это сказать своему «хвосту». Однако произносить и осознать – это две разные вещи. Но ведь есть ещё и Женька. Последняя мысль меня добила. Осознание того, что под этим именем воспринимаю не ту, из прошлого, а мой нынешний меч… Получается, люблю вообще не человека! Да как так-то! От руки неожиданно прошла волна тепла и удовольствия, сокрушившая сопротивление окончательно.
– А что скажешь о Богомире и Богуславе? – вновь оживилась она.
На этот вопрос ничего не ответил и даже не отреагировал, находясь всё ещё в высоких далях. Осознание мысли – можно любить двух женщин, причём одна из них вообще не человек – никак не укладывалось в голове. Однако это было в реальности, и что с этим делать, пока не придумал. Потом посмотрел на Кими. Слава богу, нет! Хотя могло быть и иначе, не переломай она меня так за эти годы. Конечно, благодарен ей за это, но… Блин, Светка! Не… Не может быть! Там всё не так. Но ведь и первые две никак не пересекаются. Получается…
– У их мамы десятый размер. Им это не светит, но и седьмой, когда подрастут… – пробились до моего сознания её слова.
– Чего? – ляпнул в ответ на это.
– Я говорю…
Чего именно, уже не услышал, наконец потеряв сознание. Просто честно попытался представить близняшек подросшими.
– Ну, ты чего опять? – произнесла с укоризной, склонившаяся надо мной Кими.
Но на это её замечание ничего не ответил, а лишь смущённо улыбнулся.
– Тогда хватит прохлаждаться! – продолжила она, отреагировав на это.
– Да! Пора уже отведать что бог послал! – подхватил тему преувеличенно бодро.
Надо сказать, в этот раз отделался необычайно легко и сейчас не чувствовал присущего событию дискомфорта, это если говорить мягко.
– Что у нас тут? – продолжил, поудобней устраиваясь на своём месте.
Официантка, кстати, перестала чуть ли не ложиться грудью на стол, и потому её декольте больше не мелькало перед носом. Спокойно так следила за готовкой, время от времени кидая взгляды на меня и мою соседку. Я тоже посмотрел на Кими и замер на мгновение, будто увидел её впервые и теперь пытался зафиксировать первое впечатление. Почему-то первой бросилась в глаза шея. Не сказать, чтобы лебединая, но и вовсе не бычья. Вполне себе обычная, если бы не кожа цвета слегка потемневшей бронзы, буквально пышущая молодостью. Хотя… чему удивляться? Если раньше, по общему впечатлению, она выглядела лет на тридцать пять, ну максимум на сорок, то сейчас казалось, что рядом сидит двадцатипятилетняя девушка или даже скорее двадцатилетняя. Озадачил также профиль, а конкретно нос. Исчезла горбинка, и он стал идеально прямым.
Всё это стало заметно из-за причёски. Да! Внешне кажется, будто волосы неряшливо собраны на левое плечо, открывая обзор с моей стороны. Более того, они там сплетены в очень свободную и от этого нереально толстенную косу, завязанную на уровне груди в узел. Оставшийся хвост, большими локонами, ниспадает почти до пояса. Сколько же времени она потратила на создание этого шедевра?! Постойте, но ведь она сказала, что ждала меня… Это что же получается… Дальнейшие размышления на эту тему были прерваны осознанием, что цвет-то у волос не тот. Были же каштановые, если не изменяет память, а сейчас радикально чёрные. Неужели покрасилась? Но как-то они естественно блестят. В этот момент она повернулась ко мне лицом.
– Что? – последовал сразу от Кими вопрос.
Видимо, у меня было то ещё лицо, в смысле удивлённое.
– Глаза… Они цвета серого льда, – другого сравнения просто не приходило в голову.
– Слава тебе, господи, не прошло и полгода, как заметил! По-моему, они мне больше идут, чем прежние, карие.
– Угу, – ответил, совершенно ошалев.
Она не только помолодела. Общие черты сохранились, но в целом будто ее отфотошопили и довели до идеала. Потому и не признал при встрече сразу. И да, в том видении Кими так и выглядела. Но я же тогда видел не только её лицо…
– Четвёртый девичий, это совсем не одно и то же, что он же, женский, – пробормотал себе под нос, но терять сознание от воспоминаний даже и не собирался.
А жизнь-то налаживается!
– Откуда ты?! – воскликнула она тут же и густо покраснела, похоже, услышав.
– Какой никакой, я всё же «светлый». Только у меня вопрос: зачем?! – ответил ей, смотря прямо в глаза.
– Ну, уж не ради тебя! – выдала она, явно обидевшись.
А у меня эта версия была основной… Может, по ушам ездит?
– Тогда объясни? – решил-таки докопаться.
– Взгляни на близняшек, – потребовала Кими от меня.
– Они здесь причём? – попытался недоумённо уточнить.
– Притом. Я же рассказывала про десятый размер груди их мамы. Это даже для неё много, при её росте в метр восемьдесят пять и далеко не худосочном телосложении. Но их папе очень нравится, вот и приходится жить так. Они же пошли в него, а он и ростом пониже, – начала она свои объяснения, но понятней особо не стало.
– Не улавливаю связи, – сделал ещё один намёк на непонимание ситуации.
– Они не хотят свой седьмой, а слияние со стихией у них, ну, никак раньше не выйдет, если вообще получится, прежде чем такое счастье вырастет. Даже если делать обычную пластику, после всё равно всё вернётся и не факт, что будет всё красиво. Как бы не наоборот! Если бы ты знал Любаву Ростиславич, то понял бы ситуацию.
Эх, Кими, ты даже не догадываешься, насколько близко мне с ней пришлось столкнуться, а теперь ещё и общаться…
– Перевести их в мастера – в том и смысл их обучения. А они стали упираться, не зная возможностей своих учителей. Тогда-то можно спокойно сделать пластику и уменьшить, что бог послал, до желаемых величин. Было бы у них происхождение попроще, а не княжеское, то у Дорогобудовых ничего даже не ёкнуло их переломать. И ходили бы и с седьмым размером груди, но тут… Сейчас ситуация стала иной. Я пример, что не всё будет потеряно и после слияния, – наконец закончила объяснение своего преображения Кими.
– Всё равно ничего не понял, зачем тебе было моё мнение о близняшках, – спросил её недоумённо.
– Давай серьёзный разговор отложим, но ты всё же приглядись к ним, – ответила она.
Потом, так потом. Выходит, она и не в курсе, примеров улучшайзинга уже гораздо больше, чем один, в её лице. Может, с новой Ростиславич познакомить? Хотя, наверное, не стоит, тем более она на эту фамилию прав уже не имеет, да и вообще пока ни на какую. И зовут Алиной. Тем более есть уже бы пора начинать, а не только лясы точить.
Первым делом вспомнил про васаби, но… Просто не знал, сколько его в соевый соус добавить. А ведь оно не улучшается, пока пребываю в сомнениях! Эх, не зря всё-таки в прошлой жизни изучал методы достижения точности, вот сейчас и применил полученные знания на практике. В том смысле, что сначала отщипнул совсем небольшой кусочек.
Дальше задача вот никак не упростилась! Суши тоже были совсем непривычного вида. На прямоугольной тарелке лежали рисовые шарики и всё. Остальная начинка лежала на других блюдах, по-отдельности, и только от тебя зависело, с чем скомплектовать: с тунцом, креветкой или огурцами.
И да, кусочки были явно нигде не украдены. По объёму любой из них переплёвывал рисовый шарик. Насколько помню наставления, если покажется сложным такой бутер зараз зажевать, не возбраняется поделить. К примеру, тофу – на более мелкие части, для личного удобства. С него, кстати, и начал, решив положиться на почти полное отсутствие у соевого сыра вкуса.
Я его и в прошлой жизни всего пару раз пробовал, а здесь только в «Медной горе». Что в нём азиаты находят, не понимаю. Эх… Всё-таки палочками пользоваться некомфортно, но это с привычкой, говорят, пройдёт. Теперь обмакнуть в полученный соус. Не. Оказалось, слабовато. Почти не ощущается остроты. Нужно добавить ещё васаби. Может, следующий суши с огурцом собрать?