Константин Ежов – Дзюпосле (страница 3)

- Откуда вы знаете эту строчку?

- Доклад синему поясу: сказала по инстинкту, – ответила она чётко, почти холодно.

Голос – лёгкий, чистый, но сдержанный. Никакой лести, никакого заискивания – как у человека, которому нечего доказывать.

Инстинкт? Просто память тела? – мелькнуло у Ильи. Если у неё нет воспоминаний о Старой Эре, то такое объяснение звучит странно. Врёт? Притворяется, как он сам когда-то, приехав сюда?

Но, видя, что на них смотрят, он не стал углубляться в расспросы.

- Ладно. Пойдём со мной.

Девушка чуть помедлила, но шагнула вперёд. В строю прошёл глухой вздох – последний шанс для всех остальных уплыл.

Синицын знал, что Лев Цуканов как-то компенсирует остальным этот проигрыш.

А вот старшие мастера, увидев, что он действительно кого-то выбрал, потянулись поближе. Разглядели девушку, переглянулись – и ухмыльнулись.

- Новичок без киберники и даже без имплантов для Росы, – хмыкнул один. – Наш халявщик сегодня явно с другим настроением.

- Молодые, знаешь ли… у них сил хватает, – с неприкрытой двусмысленностью заметил другой.

- Чёрт, да она ещё и симпатичная. Как я её упустил? Повезло ж этому хитрецу….

- Да ничего, ничего…, – усмехнулся один из синих поясов, явно не стесняясь в словах. – Просто говорю, что у этого малого извращенца сердце Дзюпосле явно замутнено.

Лев Цуканов окинул взглядом девушку.

Её худые плечи чуть дрожали от сквозняка, тянувшегося от приоткрытой двери склада, но в её позе не было покорности. Он сразу понял – эта никогда не тренировалась. Вся причина, по которой сюда согнали заключённых, заключалась в том, чтобы старшие мастера могли выбрать из более широкого ассортимента. Ведь не каждое тело подходит для пути Росы. А если удастся выцепить природный талант – это находка.

Илья же, похоже, решил наплевать на все правила и выбрал совершенно "чистый лист". Что это, глупость или низменные инстинкты взяли верх?

- Синицын, это твой ученик? – Лев прищурился. – Ты уверен, что не хочешь ещё раз пройтись по рядам?

- Не стоит, господин президент. Надо только оформить всё по документам, – твёрдо ответил Илья.

- Ладно, – Цуканов кивнул. – Обычно выкуп из тюрьмы делится пополам между мастером и клубом, но, раз это твой первый ученик, то закрою твою часть сам.

Илья тут же спрятал кошелёк в карман, наигранно запротестовав:

- Да вы что, президент, как можно такое принять!

Цуканов, не слушая, протянул ему увесистый пульт от отслеживающего ошейника, а вместе с ним – планшет с досье девушки. Его голос потяжелел:

- С этими кандидатами всё непросто. Обучай осторожно, пока она не станет официальным учеником. Уверен, что справишься? Может, приставить к ней помощницу постарше? Ты же знаешь – в этом году могут вернуть отсеивание учеников и мастерских с худшими результатами.

В словах слышалась настоящая забота. Всё-таки Цуканов помнил, что Синицын по-прежнему держится лишь на Сфере Стабилизации Основания.

- Я благодарен, но хочу попробовать сам, – мягко, но без колебаний ответил Илья. – Если будет нужно, обращусь.

Он не собирался допускать посторонних, особенно если это касалось Старой Эры.

Цуканов слегка качнул головой и, пригласив жестом, отвёл Илью в сторону, подальше от ушей.

- Слышал, кто-то пытается прикупить твой магазин?

- Верно, президент. Но продавать совершенно не собираюсь.

- И правильно. Продашь – и старый Хохлов тебе это с того света припомнит. Хочешь, чтобы гильдия отклонила их предложение?

- Не нужно. Уже отказал, – отрезал Синицын.

Он не желал продолжать разговор. Всё его внимание было приковано к девушке. Они коротко попрощались, и Илья вывел её из тёмного, пахнущего металлом и машинным маслом склада.

Только на улице он заметил – очиститель Росы, стоявший у ворот раньше, уже уехал. А в воздухе стояла особая влажность – словно совсем недавно прошёл дождь.

Чёрт. Вот уж действительно, не слишком достойное появление мастера…

- Кхм, – он кашлянул и, ободряюще махнув рукой, произнёс: – Ночной дождь – это хорошо. Пойдём, мой будущий ученик, прогуляемся. У меня к тебе пара вопросов.

В её голове словно столкнулись два голоса. Один – резкий, почти истеричный: "Вот же ж! Я же говорила – красивым мужикам верить нельзя! Он же бомж!"

Другой – спокойный, холодный, почти ленивый: "Заткнись. По крайней мере, он нас вытащил из этой помойки.

- Да, – тихо сказала она вслух, запахнув на себе выданное гильдией поношенное пальто и ускорив шаг, догоняя Илью.

Глава 2

Они шли молча, только редкий шорох гравия под подошвами нарушал ночную тишину. Влажный воздух, пропитанный запахом сырой земли и ржавого железа, цеплялся за кожу, оставляя на губах солоноватый привкус. Где-то вдали глухо ухнула крышка мусорного контейнера, и этот звук почему-то показался Илье Синицыну особенно одиноким.

Он бросил взгляд на девушку, шагавшую чуть позади. Её лицо оставалось непроницаемым, будто вырезанным из камня. Ни тени интереса, ни удивления, ни раздражения. Илья нахмурился.

Если бы я оказался в будущем и вдруг встретил человека, который понимает старую шутку из моего родного Новоалтайска…. Может, и не разрыдался, как потерянный брат, но хотя бы приподнял брови, усмехнулся… хоть как-то отреагировал.

А она? Ни морщинки на лбу, ни блеска в глазах. Может, реально случайно ответила? Нет… скорее всего, просто осторожничает.

Он решил начать издалека, прощупывая почву:

- Ну… и что привело тебя в тюрьму? – спросил он так, словно речь шла о простом приключении.

В её голове два голоса отозвались почти одновременно. Один – резкий, с нервным смешком:

"Что за вопрос, а? Такая красота тратится на такой тупой рот!"

Другой – холодный, как лёд на зимней реке, обрезал слова напополам:

- Нелегальная иммиграция, – бросила она, не удосужившись даже поднять глаза.

Голос её был сух, как потрескавшаяся глина, и так же безжизненен.

Илья Синицын нахмурился. Нелегальная иммиграция… ничего особенного – в Новоалтайске едва ли не треть жителей были приезжими. Но в её исполнении даже привычные слова звучали так, будто их вытащили из ледяной воды и положили на голый металл.

Он усмехнулся краем губ, вытащил руку из кармана и незаметно нажал кнопку светового шокера на пульте отслеживающего ошейника.

- Ах! – выдохнула она, дернувшись всем телом. Пальцы судорожно сжались в кулаки, ноги вжались друг в друга, словно она пыталась удержаться на качнувшемся полу.

Её глаза – миндалевидные, с острым блеском в глубине – метнули в него молнию злости.

Илья же изобразил панику, развёл руками и даже сделал шаг навстречу, будто готов был поддержать.

- Ох-ох! Прости, случайно… забыл, что пульт в кармане, – проговорил он с наигранным смущением.

В её голове два голоса взорвались почти одновременно:

Безумный: "Врёт, как дышит! Дай я ему глотку перегрызу!"

Холодный: "Тихо. Мы не в том положении, чтобы драться."

Безумный: "Только не говори, что тебя заводят такие "тренировки"!".

Холодный: "Закрой рот."

Илья наклонился ближе, так что она могла почувствовать лёгкий запах его дешёвого табака, и тихо спросил:

- Ну а теперь, думаю, ты ответишь честно. В твоём деле указан только номер. Как тебя на самом деле зовут?

Она замялась, и это было странно – будто этот простой вопрос ударил её сильнее, чем электричество. Лицо на мгновение потемнело от внутренней борьбы.

Думая, что она упрямо тянет время, Илья небрежно пошевелил рукой в кармане, пальцы замерли над кнопкой. И тут она схватила его за запястье – крепко, с силой, которой от неё не ожидалось.