Константин Демченко – Шагая в вечность. Книга 1 (страница 3)

Выглядит Александр Евгеньевич соответствующе своей биографии. Практически киношная мужская красота и некая мягкость в чертах лица могут обмануть только в первые минуты общения или тогда, когда он сам того хочет. У внимательного взгляда зеленоватых глаз очень большая палитру оттенков: от детски наивного (я такого, правда, не видел, но мне рассказывали) до стального и прожигающего насквозь, так что желание спорить или хотя бы возражать забивается в большой палец правой ноги. Он серьёзно увлекался фехтованием и плаванием, да и сейчас регулярно занимается и потому подтянут и крепко сложен, а за плавностью движений угадываются сила и готовность выхватить из ножен шпагу и вскрыть аорту посмевшему выйти против него наглецу. При этом острое чувство справедливости и понимание своей ответственности никогда не позволяли ему этой шпагой махать направо и налево – только по делу и только до логического конца, то есть до «смерти» противника. Надеюсь, аллегории понятны.

Кстати, даже за глаза Александра Евгеньевича зовут Боссом, причём с уважением и без признаков иронии, никаких пренебрежительных или оскорбительных погонял не имелось и не имеется, что тоже говорит о многом.

Так вот, когда вся эта беда только начиналась, Александр Евгеньевич решил, что на этот раз добром всё не кончится, и по внутренней системе связи своей организации кинул клич, позвал к себе всех желающих. Понятно, что непосредственно в городе сотрудников было хорошо, если процентов пять от общего количества, но тут уж ничего не попишешь. Как я уже говорил, он был отличным начальником и человеком с большой буквы «Ч», согласитесь, жутко редкое сочетание, поэтому его подчинённые потянулись по указанным координатам, захватывая с собой друзей и родственников и веря, во-первых, в чутьё своего босса, а, во-вторых, что если кто и сможет помочь им справиться с новой напастью, то это он.

Служба безопасности, которая и в «мирные» времена не сидела без дела, вскрыла свои арсеналы и превратилась из группы людей в чёрных костюмах и с пистолетами подмышкой в вооружённое до зубов подразделение, в мини-армию. В месте сбора выстроилась колонна из бронированных армейских «Барсов» и пассажирского транспорта, в небе барражировали дроны, следящие за окрестностями и периодически водящие по сторонам стволами. Везде виднелись парни в одинаковом камуфляже и в брониках, а некоторые даже в боевых костюмах, в каких только спецназ рассекает, мелькали и наземные роботы, шустро ползающие по периметру.

Всего из города выдвинулось несколько сотен человек, в числе которых был и сам Александр Евгеньевич, хотя он мог бы и на вертолёте долететь, но посчитал нужным ещё раз показать, что он не небожитель какой.

Никто из людей не посмел встать на пути колонны, но вирус пушками не напугаешь – дошло до Светлого меньше четверти. Никого их тех, кто умер в пути, не бросили, довезли и похоронили по-человечески, благо на дороге нашлось пару рефрижераторов. Ну ладно, не совсем по-человечески – сожгли и каждого запечатали в отдельный сосуд, а их уже похоронили. Но никто против не был: новые традиции, обусловленные жизненной необходимостью, приживаются очень быстро. И дань уважения отдали умершим, и возможную заразу уничтожили, и живые меньше времени и сил потратили на погребение… А резиденция одного из самых богатых людей страны, в котором в прежние времена жило максимум пару десятков человек, обрела своё собственное кладбище, которое могло поспорить по количеству погребённых с большинством деревенских, пополняемых на протяжении десятков лет.

К моменту, когда люди перестали умирать, осталось меньше пятидесяти человек…

Правой рукой Александра Евгеньевича стал майор Тимур Кяхиди. Про него подробной информации нет, что совсем неудивительно, у него подписок о неразглашении больше, наверное, чем страниц в моей любимой книге. Служил в армии, участвовал в боевых действиях, во всяких там «принуждениях к миру» и «установлениях законного порядка», терроризировал террористов на просторах как минимум трёх континентов. Потом перешёл в одну из спецслужб, где тоже сделал много всего полезного для страны. Эпидемию встретил на достаточно серьёзной должности и, как и Александр Евгеньевич, правильно оценив ситуацию, собрал отряд из надёжных людей и обеспечил его всем необходимым. В силу специфики знакомств отряд представлял из себя сборную солянку из бойцов спецназа разных ведомств, просто военных и военных медиков, служащих полиции. Вирус их тоже, само собой, не жалел, поэтому к исходу месяца Большой Смерти осталось двадцать человек. Двадцать смелых, уверенных в себе и товарищах, верящих своему лидеру, готовых на всё, вооружённых до зубов бойцов. Мощная сила.

Одним морозным утром майор вышел к Светлому со своим отрядом. Майор Александра Евгеньевича знал, что неудивительно, учитывая его профессию, а вот удивительным было то, что один из сотрудников Александра Евгеньевича, тоже бывший военный, знал майора. И порекомендовал обоим посидеть за чашкой кофе и поговорить предметно.

Александру Евгеньевичу нужны были люди, а майору нужны были стены и крыша над головой. На их счастье, оба были разумными людьми, а потому сумели договориться. Майор признал Александра Евгеньевича главным, а Босс, в свою очередь, признал его главным в сфере безопасности, и оба ни разу в дальнейшем не пожалели о своих решениях. Эсбэшники Босса с радостью пошли под руку опытного командира, арсеналы объединились, община выросла в полтора раза и укрепилась.

Майор суров, но справедлив, за спинами подчиненных не прятался, но действовал с пониманием своей ценности как командира. То есть готов осознанно пожертвовать одним, чтобы сберечь десять, или собой, если не будет другого выхода. Он пользуется почти таким же уважением всей общины, как Коваль, но его ещё и побаиваются. Относятся к нему с хорошей такой, здоровой опаской. Внешний вид тоже способствует – косая сажень в плечах, мощная мускулатура, не бодибилдерская, а рабочая, боевая, широкие скулы, вечная небритость, яркие голубые глаза… В общем, воплощённая брутальность.

Ну а левой рукой, если можно так выразиться, работает Илья Глебович Чернявский. Глебыч для своих. Не местный, из Минска, был в командировке, когда всё началось, и выехать не смог. Как раз направлялся в аэропорт, когда таксист умер, даже не успев прижаться к обочине, хорошо, что автоматика перехватила управление. Прихватив чемодан, поспешил в аэропорт пешком, но далеко не ушёл – происходящее кругом просто вопило, что самолёты, скорее всего, уже не летают. Решил переждать, свернул с шоссе, набрёл на дом в лесу и остался там до января. Дольше не выдержал: и запасы кончились, и изнутри точило жгучее желание добраться до дома, к жене и детям. Хоть он и понимал, что вероятность этого равна примерно нулю, но сделать с собой ничего не смог.

Совершенно случайно он набрёл на Светлое, его приютили. Первое время он так и порывался продолжить путь, но потом смирился. Особенно после информации, которую раскопали в сети наши эсбэшники. Нет, про родных ничего не нашлось, последние записи и фото были датированы декабрём, но в целом с Минском всё было плохо – от него просто мало что осталось. Там, как и во многих других городах мира, не ограничивались отстрелом на границах города, били по площадям. Глебыч чуть в депрессию не впал. Но Босс сумел привлечь его к работе – со временем вся хозяйственная деятельность общины замкнулась на Илье. Скучать стало некогда. Так и стал он нашим завхозом или министром быта. Почему министром? Так он у себя дома на государственной службе был чиновником не из последних. Только не из тех, что бумажки перекладывают да девок по саунам зажимают, а тех, у кого ненормированный рабочий день, гора ответственности на плечах, и голова кучей проблем забита. А то, что внешне он походит на персонажа мультфильма – маленький рост, объёмный живот, непослушные рыжие волосы, торчащие на макушке (остаётся только пропеллер приделать), – лишь помогает ему в работе. Плюс он всегда просто наполнен энергией, щедро делясь ею с окружающими. К нему невозможно относиться негативно.

Нельзя не сказать несколько слов о нашей обители, без которой даже такая отличная команда, наверное, не смогла бы достичь того, чего достигла сейчас.

Резиденция Коваля представляет собой загородный дом в три этажа площадью под три тысячи квадратов и участок земли около четырёх гектаров, а всё это богатство окружает трёхметровый забор из природного камня шириной метр. Дом, территория вокруг него, ограда и пространство за ней усеяны датчиками движения, объема, температуры и вибрации, каждый квадратный метр просматривается камерами. Наличествуют и активные системы защиты – ультразвуковые и микроволновые излучатели, станнеры и ещё что-то импульсно-электрическое и немного секретное.

Сам дом, при том, что он очень красивый, современный, с панорамным остеклением от пола и до крыши, тоже проектировали с прицелом на обеспечение максимально возможной защиты, и потому он очень хорошо подошёл к новым жизненным обстоятельствам. Во-первых, панорамные стёкла пуленепробиваемые, а во-вторых, закрываются защитными экранами, оставляя небольшие окна, скорее похожие на бойницы, стены, понятно, тоже не простые. Тут не то, что автомат – гранатомёт не страшен. В доме есть независимые источники энергии, как бензогенераторы, так и солнечные панели и ветрогенераторы, артезианская скважина, имеются оружейка службы безопасности и личная коллекция Александра Евгеньевича, где на чёрный день имеется и холодное, и огнестрельное, и всяко-разное экзотическое оружие.