Константин Черников – Сила власти. Книга 1. Кровные братья. (страница 71)

- Что ещё?

- Нам нужно твоё слово чести, что ты никому и ни при каких обстоятельствах не расскажешь о нашем существовании и о том, что я сегодня тебе поведал.

- Даю вам слово чести! – поколебавшись один миг, решительно сказал Эйрик, - Сегодня у меня выпал странный день.

- Это уж точно, - заключил Подмастерье, - Мы верим тебе, друг мой. Но так, на всякий случай, я обязан предупредить тебя – мы очень не советуем эту клятву нарушать, последствия будут печальными. Ты же знаешь наши возможности.

- Нет нужды в угрозах, - гордо выпрямился молодой ярл, - Я ничего не боюсь. А клятву не нарушу, вовсе не из страха. Я слово чести дал!

- Браво, друг мой! Достойный ответ. Мы ещё увидимся и не раз, а теперь позвольте откланяться. Да и вам есть чем заняться. Не теряйте времени. Ригерда может быть в опасности.

Подмастерье поднял обе руки, что-то невнятное пробормотал и исчез в тусклом серебристом сиянии. Остался только едва уловимый палёный запах.

- За дело! – воскликнул Конунг, - Нельзя терять ни минуты.

Окрылённый новой надеждой, Ульф сразу воспрял духом, от его унылого настроения не осталось и следа. Несмотря на усталость у него снова проснулась жажда действий. Он подхватил молодого человека под руку, и они оба стремглав вышли из тронного зала.

Когда массивная резная дверь за ними закрылась и стихли звуки их шагов, Подмастерье неожиданно снова возник на том же месте. Оглядевшись вокруг, он повернулся к самому дальнему углу зала:

- Ты все слышал, Повелитель? – почтительно спросил он тихим голосом.

- Да, мой мальчик. Ты был великолепен.

Из полумрака вышел немолодой, очень высокий и худощавый мужчина в черном плаще и странной шляпе. Его гладко выбритое лицо было словно высечено из камня. В бесстрастных глазах не отражалось никаких эмоций. Его грудь украшал массивный золотой медальон необычной формы, висевший на толстой золотой цепочке. Подмастерье склонил голову в почтительном поклоне.

- Великий Мастер, я думаю, что они поверили мне!

* * * * *

Глава 13 Част 2

Часть 2.

- Плывут! Плывут! Сунеи плывут! – кричали вездесущие городские мальчишки. Они со всех ног бежали вдоль высокого берега Старицы, по направлению к Главной городской пристани. Незадолго до этого они видели, как в широкое устье реки входит долгожданный корабль северян.

Этого события в городе уже давно ждали и дивились, что сунеи так задерживаются. Все в Стар-граде, от мала до велика, знали о предстоящей пышной свадьбе их князя Яррилы и сунейской принцессы Ригерды, прибытие которой ожидалось со дня на день. Князь так же пребывал в великом волнении и нетерпении. Он даже объявил награду тому, кто первым увидит корабли северян с его суженой и её свитой. Все были в предвкушении большого праздника.

Хотя в самом Стар-граде спокойная жизнь восстановилась совсем недавно. Несколько дней в городе бушевала настоящая смута. Возвратившись из Радова, князь с трудом навёл порядок.

Пока Яррила отсутствовал, в городе начались всеобщие беспорядки. Весть об избиении своих «лучших» людей старградцы восприняли весьма болезненно. Городские «верхи» подняли народ, чтобы изгнать князя и любезных ему иноземцев вон из города. Раздавались речи о восстановлении старинных вечевых порядков и прежних городских вольностей.

Разгневанная людская масса, вооружаясь по дороге всем, что попадало под руку, плотным потоком потекла по узким кривым улочкам и широким городским мостовым, собираясь вокруг «Яррилова дворища» - главного оплота княжеской власти. Городской посадник Коснятин, вместе с тысяцким, городской стражей и оставшейся в городе частью княжеской дружины заперлись за крепкими стенами «Дворища». Здесь же укрылись и все сунейские наёмники, сумевшие спастись от народной расправы.

Подстрекаемые «верхами» горожане попытались было взять штурмом княжескую резиденцию. Но стихийный приступ был легко отбит. «Яррилово Дворище» представляло из себя настоящую крепость. Своего рода, маленький город - внутри большого города. Высокие и крепкие дубовые стены с возвышавшимися над ними «выдвижными» башнями, способными вместить с десяток лучников каждая, кованные железом ворота и сильный гарнизон делали его неприступным. Толпа отхлынула, но не отступила.

- Трусы! Засели как зайцы за крепкими стенами! - гневно кричали старградцы, особенно усердствовали родственники казнённых в Радове, - Ничего, никого живьём не выпустим – измором возьмём! Кровь – за кровь! Исстари завсегда так было.

- Поджечь это логово тирана! – вторили им подстрекатели в толпе.

Но все попытки прорваться внутрь или поджечь «Дворище» окончились неудачей. С наступлением ночи толпа слегка поредела. Яростный пыл немного угас и осаждённым удалось, под покровом ночи, незаметно отправить гонцов к князю, в Радово.

Возвращение князя стало для бунтовщиков полной неожиданностью. Явившись внезапно по утру со второй половиной дружины и остальными сунеями, Яррила быстрым неожиданным ударом рассеял толпу, освободил от осады свою резиденцию и восстановил порядок. Непосредственных зачинщиков удалось быстро вычислить и повязать. Князь приказал бросить их в поруб до суда, который намеревался провести уже после свадебных торжеств.

Но, чтобы окончательно снять напряжение, ему всё же пришлось пойти на переговоры с городскими «верхами». Следуя совету Будая, он сумел задобрить и подкупить «лучших мужей» города. Князю пришлось заплатить значительную виру за каждого убитого и пойти на некоторые уступки городской вольнице. А главное – пообещать новые торговые привилегии и признать особый, полунезависимый статус города. Князя вынудили поклясться в том не только Светлым Духом, которого многие ещё не признавали, но и принести старинную клятву на мече. Мир был восстановлен и «верхи» с готовностью заверили князя в своей всецелой поддержке.

Заручившись полной поддержкой Стар-града, Яррила теперь мог открыто заявить о своих притязаниях на Верховную власть. Объявив Севолода бастардом-узурпатором, не имеющим законных прав на престол, он провозгласил себя Великим Каганом Склавинии. Столица Севера - Стар-град, со всеми своими посадами, первой присягнула ему на верность. Были немедленно разосланы гонцы во все города и земли Севера с призывом поддержать «законного» Кагана Яррилу в его борьбе за Святоград с «узурпатором» Севолодом. Особые надежды князь возлагал на Ново-град.

Разумеется, Яррила рассчитывал и на значительную военную помощь своего будущего тестя – Конунга Ульфа Прекрасноволосого. Все ждали прибытия свадебного эскорта принцессы. Весь город, кто как мог к этому готовился.

И вот, наконец, на горизонте появился долгожданный сунейский парус. Поднявшийся переполох быстро докатился до «Яррилова дворища» и вскоре уже сам князь, одетый в простую домашнюю рубаху из рядной ткани и кожаные штаны, в сопровождении нескольких «нарочитых» мужей, примчался на пристань на взмыленных лошадях, встречать лично свою ненаглядную. Вслед за ними поспешил и боярин Будай, поприветствовать своих бывших соплеменников.

С высокого берега реки князь ещё издали заметил одинокий шнек. Огромный прямоугольный парус был уже убран и небольшой узкий корабль с высоко загнутыми с обоих концов носами, скользил во речной глади на двадцати парах вёсел, за которыми сидели крепкие сунейские воины.

Яррила был несколько озадачен. Сердце его невольно ёкнуло в нехорошем предчувствии. Было от чего. В Стар-граде ожидали прибытие пышного кортежа принцессы, дочери могущественного сунейского Конунга, со всем двором и большой дружиной, которую правитель Хольмгаарда обещал прислать в помощь своему зятю.

Теперь же, вместо десятка длинных дракаров к пристани подходил лишь одинокий небольшой шнек. Это означало одно – свадьбы и значительной военной помощи, по крайней мере в ближайшее время, не предвидится. Но почему? Что могло случиться? Эти вопросы больше всего волновали сейчас старградского князя.

На корабле, тем временем, поднялась небольшая суета. Несколько человек из команды снимали деревянную голову змеи, украшавшую высокий нос судна. Это был старинный знак доброй воли. Северяне всегда так поступали, когда прибывали к дружественным берегам, чтобы «змея» не пугала друзей и не «гневила» местных богов. Когда корабль уже подходил к самому причалу, на носу появился статный молодой воин с длинными светлыми волосами, который держал в руках щит, повёрнутый обратной стороной. Это тоже был знак добрых намерений.