Константин Черников – Сила власти. Книга 1. Кровные братья. (страница 12)

Но не успел Ульф Прекрасноволосый сделать и пары шагов, как в глубине галереи показался запыхавшийся ярл Эйрик, выполнявший при Конунге функции как начальника его дворцовой стражи, так и, что-то вроде церемониймейстера или личного секретаря. Завидев своего господина, он сразу направился к нему.

- Срочные вести из Склавинии, - доложил ярл, - С утренним кораблём прибыл гонец из Святограда с грамотой к тебе, славный Конунг.

- Из Святограда? – удивлённо вскинул бровь Ульф, - Давненько не было вестей от Велимира. Что бы это значило? Зови гонца сюда.

Конунг вернулся в свои покои. Сурово взглянув на кресло, где ещё несколько минут назад вальяжно сидел его исчезнувший непрошенный гость, он обошёл его стороной и вернулся за свой стол. Вскоре ярл Эйрик ввел гонца. Молодой и статный склавинский отрок в расшитой свите и ярких красных сапогах, низко поклонился правителю Хольмсгаарда и заговорил на хорошем сунейском языке:

- Низкий поклон тебе и долгих лет, славный Конунг. С грамотой я к тебе от Великого Кагана Святограда.

Почтительно протянув Конунгу свиток пергамента, отрок сделал пару шагов назад и замер в почтительной позе.

- Благодарю тебя, - отвечал Ульф, - Хорошо по-нашему говоришь. Посмотрим, что за вести прислал мне мой будущий родственник Великий Каган Велимир.

- Вести не от него, славный Конунг, - немного смущаясь сказал гонец.

- Как это? – удивился правитель сунеев, - Печать то вроде его.

- Прочти грамоту, славный Конунг, - мягко порекомендовал отрок, - Она на вашем языке писана для твоего удобства.

Конунг сломал печать и развернул пергамент. Внимательно прочитав его, он аккуратно положил свиток на стол и задумчиво откинулся на спинку кресла.

- Вот, значит, как оно стало то, - медленно проговорил он, - Отошёл, стало быть, правитель Склавинии в мир иной. Неожиданно. Весьма неожиданно, что и говорить! И не кстати. Святые Ассы, кто бы мог подумать? Это может многое поменять.

Ярл Эйрик с великим удивлением взглянул на своего господина:

- Что такое? – позволил он себе спросить, - Как это отошёл в мир иной? О чём ты, повелитель?

- Ну, обыкновенно отошёл, как и все, - ответил Ульф, - Стало быть пришло его время. Годы его были весьма преклонные, что ж тут удивительного.

- И что же теперь будет?

- Будет новый Каган.

- И кто же?

- Вероятно – князь Севолод, это он грамоту мне прислал. Уже вот, как видишь, и печать Велимира у него. Пишет, что принял престол отца своего на правах старшего в роду сына. Святоградские бояре и волхвы объявили его новым Великим Каганом. Призывает нас жить с ним в любви и дружбе, как при отце его Велимире было. Эх, жаль, что не Яррила стал Каганом! Мы бы с моим будущем зятем много славных дел сотворили.

Тут Конунг вдруг спохватился и обеспокоенно взглянул на склавинского отрока:

- А скажи-ка, дружок, что сейчас в Склавинии делается. Будет ли объявлен у вас траур по умершему Кагану.

- Доподлинно мне сие не ведомо, славный Конунг, - немного растерянно отвечал юноша, - На сей счёт мне никто и ничего не поручал сообщить. Но, по старинным традициям, думаю, что будет. А уж на сколько, то сказать не могу. Бояре, да волхвы решать будут.

- Понятно. Ну ступай, молодец, отдохни с дороги.

Отрок с поклоном вышел из комнаты. Конунг в задумчивости барабанил пальцами по столу. Ярл Эйрик терпеливо ждал.

- Ступай ярл, - наконец поднялся он из-за стола, - Мне одному нужно побыть, поразмыслить немного.

Эйрик молча удалился, а Конунг ещё долго возбуждённо расхаживал взад-вперёд по комнате, собираясь с мыслями. «Очень кстати. Раз будет теперь в Склавинии траур по Велимиру, то, стало быть и свадьба откладывается, - размышлял он про себя, - А раз свадьба откладывается, то и Ригерда пока дома останется. И Мастер со своими Подмастерьями от меня пока отстанет. Отлично. Есть время. Ну а там видно будет, что-нибудь придумаем. Однако, надо дочери сообщить! Вот она точно не обрадуется».

С этими мыслями Конунг покинул свои покои. Сперва, побродив немного по небольшому, хорошо ухоженному саду во внутреннем дворе дворца, Ульф, наконец, собрался с духом и направился в покои своей дочери, принцессы Ригерды. Стражники, стоявшие на посту у дверей, ведущих в комнаты принцессы, приветствовали своего правителя и распахнули двери.

Внутренние помещения были богато и изящно убраны дорогой заморской мебелью, коврами, витражами и большими напольными вазами с цветами. Во всём чувствовался хороший вкус и изящество молодой хозяйки, которые не часто встречались в этих суровых краях.

Сама Ригерда сидела в окружении молоденьких служанок, в глубине залы на мягком турликингском диванчике с книгой в руках. Увидев отца, она поспешно поднялась ему на встречу. Это была девушка лет двадцати с небольшим, среднего роста, светлокожая, стройная и необычайно красивая. Особое внимание привлекали её роскошные вьющиеся светлые волосы, наследие отца, и выразительные голубые глаза. Одета она было в лёгкое утреннее платье из тонкого белого шёлка, так подходившее к её волосам. Стройный девичий стан перехватывал широкий цветной пояс, а на груди красовалось изящное ожерелье из драгоценных камней. Волосы на голове стягивал тоненький серебряный обруч.

- Доброе утро, отец, - проговорила она тонким мелодичным голосом, - Я не ждала тебя так рано. Что-нибудь случилась?

- Вовсе нет, моя красавица, - отвечал Ульф, нежно целуя дочь в лоб, - Просто хотел ещё раз переговорить с тобой о твоём предстоящем браке.

- Что-то не так, - в голосе Ригерды послышалось волнение.

- Нет, нет, всё в порядке, - поспешил успокоить её отец, - Ты же понимаешь, свадьба дело хлопотное, много забот. Вот и пришёл кое-что обсудить. Давай прогуляемся к источнику.

Взяв дочь под руку, он вывел её в сад. Они, не спеша прогуливались. Чуть поодаль за ними неотступно следовали служанки и два стражника. Посыпанные мелкой морской галькой дорожки, петляя среди деревьев и цветов, сходились к небольшому источнику, бившему из расщелины скалы прямо в глубине сада. Опустившись на резную каменную скамью у источника, Конунг знаком пригласил дочь присесть радом.

- Наши корабли уже почти готовы к плаванию и преданное всё собрано. До склавинских земель путь не так уж и долог. В Стар-граде тебя уже давно ждут и примут с честью.

- Тебя что-то беспокоит, отец?

- Ты, как всегда, проницательна, Ригерда. От тебя ничего не скроется, - усмехнулся Ульф, - Возникла непредвиденная сложность.

- Что за сложность? - обеспокоенно спросила принцесса, - Надеюсь с Яррилой всё в порядке?

- О, с ним всё хорошо, моя милая, не волнуйся. Чего не скажешь о его отце Велимире.

- А что с ним?

- Он, к сожалению, умер. Только что прибыл гонец из Святограда. В Склавинии будет траур.

- Как печально, - искренне огорчилась Ригерда, - Я, хоть и не знала своего будущего свёкра, но, думаю, что он был достойным человеком и мне его жаль.

- Святые Ассы! Это Велимир то был достойным человеком! – воскликнул было Конунг, сверкнув глазами, и тут же осёкся, - Ну да, дорогая. Ты права. Очень жаль….

- А что Яррила? Как он это воспринял? Надеюсь это не помешает нашей свадьбе? – в голосе принцессы послышались неподдельные нотки тревоги.

- Уверен, что нет! Он – человек чести и от своего слова не откажется. Правда, свадьбу, к сожалению, придётся перенести.

- Вот как!? Это почему же? - принцесса вся поникла, - Ты же ведь сказал, что всё готово.

- Это всё из-за траура, моя дорогая. Такая традиция. Да и примета плохая, справлять свадьбу в траур. Я знаю, что вы с Яррилой любите друг друга, но придётся свадьбу перенести. По-другому никак.

- И на сколько же?

- До окончания траура, это уж точно. И пока не известно сколько он продлится. Пока бояре и волхвы в Святограде не договорятся по сроку, придётся тебе ещё задержаться дома. Но тут уж ничего не поделаешь.

- А вдруг Яррила меня за это время позабудет или разлюбит, - вздохнула Ригерда.

- Это решительно невозможно! – заявил Конунг, - Всё было давно решено и с ним, и с его отцом, брак этот благословили Боги. Так тому и быть. Он всем желанен. Кабы не скорбная кончина Велимира, то свадьбу сыграли бы уже в следующем месяце, пока лето. Теперь придётся повременить. Но и только. Свадьба всё равно состоится.

- Хорошо бы, коли так.

- А кроме того, ты же у меня такая красавица! Разве ж добрый муж может такую забыть или разлюбить, - добродушно хохотнул Конунг, - Бьюсь об заклад, что Яррила опечален больше твоего, что не сможет пока заключить тебя в свои супружеские объятья.