Константин Черников – Испытание Бога (страница 36)
— А я ведь предупреждал тебя, брат мой, что твоё бесконечное поощрение непомерных амбиций твоего сына не приведёт ни к чему хорошему…
— Верно, — поддержала своего супруга Маммету, сидевшая за столом напротив, — Тысячу земных лет, с момента окончания последней Великой войны Домов, на Земле худо-бедно поддерживалось равновесие сил. Случались разногласия, но всё же удавалось избегать серьёзных конфликтов. Теперь же всё изменилось.
— Знаю-знаю… — обречённо махнул рукой Энки, — Все мы тогда согласились с первенством Энлиля, хотя он и не старший в роду.
— Но, он полноправный наследник, — заметил Эрра, — Закон на его стороне.
— Именно поэтому я и уступил настоянием отца. Да, действительно, я и мой Дом были готовы смириться с его главенством, но не с тиранией. Мы не его слуги! Мы не могли терпеть и дальше притеснения наших прав. Энлиль потерял всякое чувство меры в своём властолюбии.
— Властолюбие — это отличительная черта всей нашей семьи, — грустно усмехнулся Эрра, — За это и расплачиваемся…
— Ладно, брат мой, мне сейчас не до споров о морали и недостатках Династии, — прервал его Энки, — Всё зашло слишком далеко. И если мы не остановим Энлиля, то всё это плохо закончится.
— Для кого?
— О, Нибиру! Да, для всех нас! Для всего Шумера и всей Земли. Разве ты этого не понимаешь.
— Я-то, как раз, прекрасно это понимаю. Хорошо, что и ты, наконец, прозрел, Энки.
— Вот только не надо во всём обвинять меня, — вспыхнул глава Дома Орла, — Как будто бы ты сам не поддерживаешь своего сына, Алгара. Он ведь тоже действует вне закона… И не говори мне, пожалуйста, о своём традиционном нейтралитете.
— Алгар получил санкцию с Нибиру! — Эрра вскочил с места, — Наш отец лично назначил его своим полномочным представителем…
— Представителем, но не Правителем, коим он себя уже объявил, — парировал Энки, — Это разные вещи.
Отношения между братьями уже давно были натянутыми и теперь явно назревала очередная ссора. Почувствовав это, Маммету попыталась разрядить обстановку:
— Дорогой мой супруг, и ты — Энки — послушайте! Так мы ничего не решим. Взаимные претензии делу не помогут. Не пора ли нам, наконец, хотя бы на время, забыть о разногласиях и договориться… Пока ещё не поздно.
Её разумные слова и решительный вид как-то сразу погасили разраставшийся конфликт. Оба брата замолчали, собираясь с мыслями. Первым нарушил напряжённое молчание старший брат.
— Твоя прекрасная и мудрая супруга, как всегда, права, Эрра — примирительно проговорил Энки, — Сейчас важнее всего покончить с этой войной. Пока, и правда, ещё есть такая возможность.
— Согласен. И что ты предлагаешь?
— Нам следует заставить Энлиля снять осаду Пирамид. Это единственная возможность всё прекратить. Я знаю своего сына — он не отступится. Его слова — не пустая угроза. Нельзя этого допустить. Думаю, что совместными усилиями мы остановим Энлиля. Он не рискнёт выступить против всех сразу…
— Я согласен. Но… только с одним условием.
— Каким же? — в голосе Энки послышалось напряжение.
— Одновременно с этим Мардук должен капитулировать. Но иное, боюсь, Энлиль никогда не согласится.
— Но тогда наш брат, на правах победителя, потребует суда над Мардуком! — воскликну Энки, — Он будет требовать смертного приговора. Ты же знаешь это.
— Знаю. Но, подумай сам — кто будет выносить приговор?
— Как обычно — Совет Двенадцати.
— Вот именно! А разве по этому вопросу у Энлиля будет там большинство голосов? — спросил Эрра и тут же ответил себе сам, — Разумеется нет. Особенно если мы привлечём на свою сторону ещё и нашу сестру.
— Она в обиде на Мардука… — мрачно заметил Энки.
— И не безосновательно! — воскликнул Эрра, — Мардук, и вправду, виноват. Он заслуживает наказания. Но смертная казнь — это слишком… Я уверен, что нам без труда удастся добиться более лёгкого приговора.
— Похоже, другого варианта нет, — согласился Энки, — Будем надеяться, что я смогу уговорить Мардука, несмотря на всё его упрямство. Но кто уговорит остановиться Энлиля? Ни тебя, ни, тем более меня, он не послушает.
— Это так. Единственный, кто сможет повлиять на нашего братца — так это только отец и никто другой.
— Да, но кто повлияет на него? Энлиль всегда был его любимцем. Он во всём ему потакал. Ты же помнишь… Боюсь Ану может и на этот раз встать на его сторону.
— Возможно. Но есть кое-кто ещё, кого просто обожает наша мать…
— Нинмах!
— Точно, брат. Мама любит её больше всех. Не удивительно — сыновей у неё много, а дочь единственная. Помнишь, как мы с тобой в детстве добивались благосклонности отца, благодаря заступничеству старшей сестры?
— Я тебя понял, Эрра, — задумчиво проговорил Энки, — Мы уговорим Нинмах, она поговорит с Анту, а мама всегда имела подход к отцу… Может сработать. Отличный план.
— Вне всяких сомнений. Не думаю, что это будет сложно. Несмотря на все прегрешения твоего неугомонного первенца, Нинмах никак не может быть заинтересована в уничтожении всего Шумера. Да и наш отец вряд ли захочет для него смертной казни, в качестве наказания. В худшем случае Совет проголосует за изгнание. Но, согласись — это лучше казни. У Мардука будет время подумать, а Шумер будет спасён.
— Теперь осталось дело за малым — уговорить Нинмах помочь нам.
— Лучше это сделаю я, — вызвался — Эрра, — Из-за проделок Мардука она вряд ли будет сильно расположена к беседам с представителем вашего Дома.
— Согласен, брат. Только не тяни. Это нужно сделать немедленно.
— Конечно. Время не ждёт.
На том и порешили. Братья ещё коротко обсудили некоторые детали и план своих конкретных действий. А затем, Энки отключился.
Тем временем, на расстоянии тысяч лиг от резиденции Энки — в Лараке — бурными темпами развивался роман божественного Алгара и Эвы, правнучки его Первосвященника Адапы. Поначалу, после своей первой безумно страстной ночи, они ещё таились от посторонних глаз и встречались тайно. Но постепенно все тайное становилось явным.
К большому неудовольствию своего окружения, Муратов всё сильнее и сильнее терял голову из-за своей красавицы-лулу. Он снова был влюблён, как мальчишка. Конечно, Эва, не была Богиней и во много уступала неподражаемой Иштар, с которой не могла соперничать ни одна смертная женщина. Но в одном она превосходила Великую Богиню совершенно точно — в человечности. В мире аннунаков всё было слишком рационально, чопорно, подчинено жестким традициям и незыблемым правилам. Конечно, чувства и эмоции тоже были им не совсем уж чужды, но они играли у них далеко не такую важную роль, как у людей. Аннунаки по своей природе были существами гораздо менее эмоциональными. Почему-то Муратов не ощущал у них такой же душевной теплоты, как у людей. В этом смысле «копии» оказались лучше оригиналов.
Ну, поскольку Алгар лишь внешне был аннунаком, а в душе оставался всё тем же Муротовым — обычным человеком, то и всё человеческое было ему ближе и роднее по своей природе. Именно поэтому рядом с простой женщиной он чувствовал себя легче и комфортнее, чем с Богиней. С Эвой он мог хоть немного расслабиться и побыть самим собой. С Иштар же он должен был всегда оставаться Алгаром…
Поэтому, перепоручив большинство своих текущих дел, он стал всё больше и больше проводить время со своей новой возлюбленной. А вскоре они и вовсе перестали таиться. А что? Великий Правитель мог позволить себе всё, что угодно и не обязан был ни перед кем отчитываться. Тем более связь с какой-то там лулу вовсе не считалась супружеской изменой. Так… странная блажь, не более того.
Другое дело — если бы Алгар захотел объявить её своей официальной наложницей… вот тогда бы это был серьёзный скандал. И дело не в самом факте. Закон вовсе не запрещал знатным аннунакам и Великим Правителям брать себе наложниц. И, хотя в последнее время такое практиковалось не так уж часто, но это никого сильно не удивило бы. Однако, по тому же Кодексу законов Нибиру, дети господина от наложницы признавались такими же законными, как и отпрыски официальных жён. Просто их права были не в приоритете в сравнении с последними. И в этом было, по сути, единственное отличие между ними. Так что, брать в официальные наложницы, как и в законные жёны, следовало исключительно только представительниц божественной расы.
Что было совершенно естественно и раньше вообще никогда не обсуждалось. Но в последние сары, на фоне резко участившихся случаев долговременных связей аннунаков с людьми, этот пункт был специально внесён в Кодекс и получил силу закона. Официальная связь с лулу приравнивалась теперь у аннунаков почти что к связи с животными. Подобное поведение хоть и не считалось преступлением и не было наказуемо, но всячески не поощрялось. И уж, разумеется, такое никак не могло быть узаконено.
Так что, на этом фоне, неожиданное желание Эвы прозвучало для принца Алгара, словно гром среди ясного неба. Во время одной из их бурных ночей Муратов в порыве страсти неосторожно сказал, что он готов ради неё на всё и спросил — о чём она мечтает и чего бы она хотела? Ответ был удивительным:
— Я хотела бы стать твоей женой! — решительно заявила Эва.
Nota bene
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.
У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на