Константин Буланов – Хамелеон – 2 (страница 36)

— Это очень радикальное мнение, товарищ Геркан. Слишком радикальное. Нужно другое. — Если в первое время Иосиф Виссарионович и сам подумывал о чем-то подобном, то с каждым новым днем всё более склонялся к мысли о необходимости ведения более тонкой игры. Мало было просто победить. Следовало сделать всё возможное, но вовлечь в данную борьбу хотя бы французов, чьё общество уже вполне себе готово было принять именно коммунистические идеи развития своего государства. Тем более, что положиться советскому правительству непосредственно в самой Испании действительно было банально не на кого. Именно тех испанских коммунистов, что придерживались идеологии нынешнего Советского Союза, имелось в правительстве менее полутора десятков человек, тогда как сторонников троцкизма насчитывалось в десять раз больше. И помогать своими же руками своим идеологическим врагам, у Сталина уж точно не имелось ни малейшего желания. Но и бросать Испанию на произвол судьбы виделось невозможным. Слишком уж сильно это ударило бы по авторитету коммунистических партий по всему миру. Потому он приготовился слушать дальше.

— Имеется и другое мнение. Совершенно противоположное озвученному, — тут же отозвался на пожелание «вождя» словно ждавший этих самых слов Геркан. — У нас на складах до сих пор хранится огромное количество устаревшего иностранного вооружения времен Империалистической войны и немало боеприпасов к нему. Плюс появилась собственная техника, которая уже не может отвечать потребностям РККА, но всё еще применима на поле боя. Те же танки Т-18 и Т-20, истребители И-5 и бомбардировщики ТБ-1, броневики БА-27 и БА-3, некогда закупленные в США грузовики типа Мореланд и Форд-Тимкен. Много чего есть, что обслуживать и ремонтировать с каждым годом становится всё более накладно, а выбросить жалко. Их боевая ценность непрестанно снижается, тогда как ресурсов на своё содержание всё это добро требует не меньше, чем более современные и совершенные машины. Скорее, даже больше! А поскольку без нашего прямого участия в боях испанцы сами никак не справятся с мятежниками, а точнее с теми, кто стоит за их спиной, то какая разница, что именно мы им поставим. В любом случае в конечном итоге окажется утеряно абсолютно всё, просто агония республиканского правительства продлится несколько дольше. Но так мы, и поможем, чем сможем, не в ущерб собственной обороноспособности, и хотя бы сохраним в тайне реальные возможности и характеристики наших самых современных боевых машин. Что, я считаю, уже будет немало! — При этом он и словом не обмолвился о проведении какой-либо оплаты за подобные поставки со стороны испанцев, дабы не навлечь на себя даже тени подозрения в вопросе испанского золота. Тема-то была совершенно секретная.

— А третий вариант, я так полагаю, будет чем-то средним между двух ранее озвученных вами диаметрально противоположных решений? — закончив вычищать свою трубку от пепла и принявшись вновь набивать её табаком, выдал своё предположение секретарь ЦК.

— Всё именно так и обстоит, товарищ Сталин, — мгновенно подтвердил Александр догадливость собеседника. — В принципе, мы можем ограничиться отправкой в Испанию всего двух полков тяжелых танков, но именно с нашими, советскими, экипажами и всеми потребными тыловыми службами. Один весьма желательно выгрузить в Барселоне, а второй отправить в Мадрид через Картахену или же Валенсию, откуда имеется свободное железнодорожное сообщение со столицей. Трех сотен Т-24 более чем хватит, чтобы остановить всякое продвижение мятежников в тех местах и даже заставить их засесть в глухой обороне. А после можно будет нанести скоординированную атаку с двух направлений на Сарагосу и тем самым возобновить прерванное сообщение столицы с Барселоной. Сколь бы ни была посредственна пехота республиканского правительства, если её подпирать сзади и одновременно подгонять тяжелыми танками, имеющихся сил вполне хватит, чтобы надолго затянуть процесс боевых действий, — припомнил он многочисленные факты того, что испанская пехота мгновенно делала ноги далеко в тыл, стоило только танкам вырваться немного вперед. Отчего многие танковые атаки приводили лишь к потерям среди танкистов и техники без какого-либо видимого стратегического или даже тактического результата. — Да, наиболее боеготовые на сегодняшний день части республиканцев понесут при этом огромные потери и скорее всего вовсе прекратят своё существование, что впоследствии будет сильно ощущаться на фронтах. Всё же это именно им придется сражаться внутри населенных пунктов, поскольку, как я когда-то уже говорил — танки города не берут. Боевые машины там попросту закидают связками гранат и бутылками с зажигательной смесью. Как немцы это уже практиковали на Западном фронте во времена Империалистической войны. И я не думаю, что они успели забыть этот опыт, раз уж даже я о нём в курсе. Потому им будет, что передать своим ставленникам из числа местных. Да и средневековая застройка, распространенная в Испании повсеместно, попросту не позволит применять танки на большей части улиц. Больно уж те узкие для прохождения боевой техники. Даже малыши Т-27 далеко не везде протиснутся. Что уж говорить о более крупных и мощных машинах! Потому на штурм домов обязана будет войти только пехота, неся при этом солидные потери. Но это должно позволить выиграть несколько месяцев для подготовки новых войск, включая местных танкистов и артиллеристов. Хотя бы рядового состава! Главное, чтобы при этом нас с воздуха не разбомбили в труху, поскольку зенитное прикрытие танковых полков пока что существует лишь на бумаге. В реальности же, вместо автоматических малокалиберных зенитных пушек мы пока можем похвастать лишь наличием спаренных или же счетверенных пулеметов винтовочного калибра. Даже не крупнокалиберных! Что, прямо говоря, является смертельным приговором для полка в условиях ведения реальных боевых действий против равного противника. А немцев с итальянцами я никак не могу воспринимать иначе. В отличие от испанцев, и те, и другие, не только имеют за плечами солидный опыт большой войны, но и обладают очень серьезными ресурсами, в том числе полноценной бомбардировочной авиацией. Исходя из этого, я могу сказать следующее — ничего сложнее Т-27 или БА-3 непосредственно испанцам отправлять не следует, поскольку они попросту не смогут освоить более сложную технику в силу нехватки времени. И также необходимо срочно договариваться с французами или же чехами о продаже Испании малокалиберных зенитных пушек типа «Эрликон» или «Гочкис», если на это, конечно, позволяют нам надеяться имеющиеся дипломатические отношения с данными странами. Плюс в Швеции было бы неплохо поинтересоваться по поводу поставок их зенитных пушек типа «Бофорс».

— Не получилось у нас поговорить по существу. По фактам. — Стоило краскому замолкнуть, как неожиданно для того произнес Иосиф Виссарионович не совсем те слова, что желалось бы слышать от человека способного едва ли не по щелчку пальцев, как создавать, так и разрушать, человеческие судьбы. — Наверное, вам прежде все же следует передохнуть после долгого пути и после изложить всё в письменном виде. Да, так будет лучше, — кивнул он в пространство, уже не смотря в сторону Александра и лишь попыхивая в задумчивости своей трубкой. В силу занимаемой должности Сталин часто вынужден был выслушивать чужие мнения по совершенно разным вопросам. Но иногда этого самого чужого мнения становилось слишком много в беседе. Прямо как сейчас. А ему требовались факты! Потому разговор и оказался откровенно скомкан и завершен на не понятной для его собеседника ноте. Что тоже было не так уж и плохо, ибо зарвавшихся «пешек» время от времени требовалось спускать с небес на землю. — Товарищ Власик, распорядитесь, чтобы товарищу Геркану предоставили всё необходимое и не мешали работать. И чаю. Непременно угостите товарища чаем с лимоном. Пусть вспомнит вкус наших, советских, лимонов. Заодно сравнит их с испанскими. Любопытно будет узнать, чьи вкуснее.

[1] Указано на основе проводившихся в реальности сравнительных испытаний танков БТ-7 с бензиновым двигателем М-17 и дизельным В2. Дизельный двигатель не перегревался на любых скоростях хода, тогда как М-17 выдерживал всего 2 минуты хода танка на 3-ей передаче (30–50 км/ч), после чего вода в радиаторах закипала, а масляный бак расширялся так, что даже выпучивал броневой лист, вплотную к которому располагался.

[2]B-1 — французский тяжелый танк. Принят на вооружение в 1934 году. Изначально делался с броней толщиной в 40-мм, а после модель B-1бис пошла в серию уже с броней 60–65 мм. В качестве арт. вооружения нес одну 75-мм пушку в корпусе и одну 47-мм пушку в башне.

[3]S-35 — французский кавалерийские или крейсерский танк. Серийно производился с 1936 года. Имело броневую защиту 35–36 мм. В качестве арт. вооружения нес одну 47-мм пушку в башне.

[4]H-35 — французский кавалерийские или крейсерский танк. Серийно производился с 1936 года. Имело броневую защиту 40–45 мм. В качестве арт. вооружения нес одну 37-мм пушку в башне.

Глава 16

Согласие есть продукт при полном непротивлении сторон

— И снова здравствуйте, дон Мигель! — расплылся в широчайшей улыбке Геркан, протягивая руку Крыгину, которого смог застать на всё том же аэродроме. — А я вновь здесь, вновь с мандатом и вновь явился по вашу душу! — Долго мариновать Александра по возвращении того в СССР не стали. Да и вообще решение об отправке военной помощи в Испанию политбюро ЦК ВКП(б) приняло спустя всего неделю после его доклада Сталину. На полмесяца раньше, нежели это случилось при ином ходе истории. Уж чем там руководствовался «вождь» при составлении и продавливании в ЦК своего плана действий, краском не знал совершенно. Однако же выбрал Иосиф Виссарионович несколько урезанный серединный вариант из тех трех, что описывал ему сам танкист. И понеслось!