Константин Бестужев-Рюмин – Ранняя история Русского государства (страница 6)

Окончив с Рогволдом, Владимир пошел на Ярополка. Ярополк не мог выйти против него в поле – так мало было у него войска – и затворился в городе. Послал Владимир сказать Блуду, любимцу Ярополка: «Окажи мне услугу; когда убью брата, буду почитать тебя, как отца, и много чести воздам тебе. Не я начал убивать братьев, а он; я только потому пошел против него, что убоялся за себя». Блуд отвечал послам: «Я буду служить Владимиру», – и начал думать, как бы убить Ярополка; но боялся киевлян и потому стал пугать Ярополка, будто киевляне ссылаются с Владимиром, и советовать Ярополку уйти из Киева. Ярополк послушался и ушел в маленький городок Родню; Владимир же вошел в Киев и осадил Ярополка в Родне. Тогда Блуд начал опять пугать Ярополка и говорить ему: «Видишь, сколько войска у брата твоего? Нам с ним не совладать; помирись с братом». Ярополк сказал: «Пусть так будет». Блуд послал сказать Владимиру: «Сбылось мое обещание, что приведу к тебе Ярополка; приготовься убить его». Владимир, услыхав это, ждал брата с дружиною своею в каменном тереме отцовском. А Блуд в то время сказал Ярополку: «Пойди к брату и скажи ему: что дашь – всем буду доволен». Был у Ярополка верный слуга Варяжко; тот сказал князю: «Не ходи, убьют тебя; лучше пойди к печенегам и приходи с их помощью». Ярополк не послушался и пошел к брату. Когда хотел он отворить дверь, два варяга ранили его мечами под мышками, а Блуд в то время сторожил у двери, чтобы не вошел кто-нибудь из слуг его. Варяжко же бежал к печенегам и с ними приходил на Владимира; едва удалось Владимиру совладать с ними. Взял Владимир жену брата своего, и от нее родился ему сын Святополк.

Великий князь Владимир, Рогнеда и Изяслав. Гравюра по рис. Ю. Шюблера

Пришли к Владимиру варяги и сказали: «Город наш; мы взяли его; дай нам окупу по две гривны с человека». Владимир сказал: «Погодите месяц: соберем деньги». Ждали месяц, и не дал им Владимир, и сказали варяги: «Обманул нас; пусти нас к грекам». Владимир сказал: «Идите». Выбрал из них, которые получше, и дал им в управление города; прочие же пошли в Грецию. Послал Владимир сказать царю греческому: «Идут к тебе варяги, не держи их в городе, а то наделают столько же зла, как и здесь, размести их по разным городам и сюда не пускай ни одного».

Когда Владимир остался один владеть Русскою землею, он поставил перед княжеским теремом в Киеве идолы богов своих; главного из них, Перуна, сделали деревянного с серебряною головою и золотыми усами. Дядю своего, Добрыню, посадил Владимир в Новгороде, и тот поставил идола Перуна над Волховом. Зажил Владимир весело в Киеве. Больше всего он любил женщин, и было у него, кроме четырех законных жен, множество наложниц: 300 – в Вышегороде, 300 – в Белгороде, 200 – в Берестове. И было у него от них 12 сыновей; не забывал он и войны: ходил он на ляхов, на ятвягов (народ, который жил в нынешней Гродненской губернии), и покорил ятвягов. Пришедши в Киев, захотел поблагодарить богов своих и посоветовался с боярами и старцами; сказали ему старцы и бояре: «Кинем жребий на отрока и на девицу: на кого жребий падет, того зарежем богам». Был один варяг, пришедший из Греции, христианин, и был у него сын, прекрасный и телом, и душою; на него-то и пал жребий. Пришли к варягу посланные от бояр и сказали: «На твоего сына пал жребий; он угоден богам; сотворим их волю». Варяг отвечал им на то: «То не боги, а дерево; сегодня есть, а завтра сгниет; они не едят, не пьют, не говорят, потому что сделаны руками. Бог един, Которому поклоняются греки; Он создал небо и землю, солнце, луну и звезды; Он создал человека и поселил его на земле; а эти боги что сделали? Они сами сделаны; не дам своего сына бесам». Посланные рассказали это людям; они взяли оружие, пошли и разметали двор его; он же стоял в сенях. Сказали ему: «Отдай сына, мы дадим его богам». Он отвечал: «Если они боги, то пусть пришлют одного из своих и возьмут моего сына, а вы чего требуете?» Тогда закричала толпа и подсекла сени. Так погибли эти два первые мученика, Феодор и Иоанн. На том месте, где был дом их, Владимир, когда крестился, поставил церковь Божией Матери. Ходил Владимир и на болгар камских (где теперь Казань), и победил их. Посмотрел Добрыня на пленников и сказал: «Они в сапогах, от них не дождемся дани; поищем лапотников». Болгары были, как уже сказано, народ богатый, торговый. Заключил Владимир с ними мир. Болгары клялись: «Сохраним тот мир, покуда камень не будет плавать в воде, а хмель тонуть».

На другой год после мира (986 г.) пришли к Владимиру послы этих болгар, которые были веры Магометовой, и сказали ему: «Ты князь, мудр и смышлен, но живешь беззаконно; прими закон наш и поклонися Магомету». Спросил их Владимир: «Какая вера ваша?» Они отвечали: «Веруем Богу, а Магомет учит нас: обрезаться, свинины не есть, вина не пить; позволяет иметь много жен и на том свете даст каждому по 70 жен прекрасных». Владимиру приятно было слышать о том, что можно иметь много жен (он любил женщин); не нравилось ему обрезание и запрещение есть свинину, а особенно пить вино: «Пить – веселие Руси; без того не можем быть», – сказал он. Приходили католики и сказали, что их заповедь – пост. Владимир отвечал им: «Ступайте прочь; отцы наши не приняли этого». Пришли хазарские евреи и сказали: «Слышали мы, что приходили болгары и христиане, уча каждый своей вере. Христиане веруют Христу, которого мы распяли, а мы веруем единому Богу Авраамову, Исаакову и Иаковлю». Владимир спросил: «В чем же закон ваш?» Они отвечали: «Обрезаться, не есть свинины, ни заячины; сохранять субботу». Владимир опять спросил их: «Где земля ваша?» Они отвечали: «В Иерусалиме». – «Там ли вы теперь?» – спросил Владимир. – «Нет, – отвечали они, – Бог разгневался на отцов наших, расточил нас по всем странам за грехи наши, а землю отдал христианам». На это сказал им Владимир: «Как же вы, сами отверженные Богом, других учите! Если бы вы и закон ваш были угодны Богу, то не расточил бы Он вас по чужим землям. Хотите ли вы, чтобы и с нами то же было?» Пришел, наконец, философ от греков и сказал: «Слышал, что приходили к вам болгары и учили своей вере; но вера их ведет к погибели. Приходили и католики: их вера малым от нашей различается; только служат они на опресноках или о(б)латках, а Иисус Христос повелел служить на хлебе». Владимир сказал ему: «Приходили еще евреи, говорили, что вы верите тому, кого они распяли. Правда ли это?» – «Правда», – сказал философ и вкратце рассказал ему всю священную историю; потом, когда кончил, показал картину, на которой изображен Страшный суд: праведные направо, с веселием идут в рай, а грешники налево, идут в муку. Владимир, вздохнув, сказал: «Хорошо тем, кто направо; горе тем, кто налево»; на что философ ответил: «Крестись, если хочешь быть направо». Владимир, положа руку на сердце, сказал: «Пожду немного»; он хотел еще рассмотреть разные веры. Потом, одарив философа, отпустил его с честью.

Первые христианские мученики при Св. Владимире. Художник П.С. Сорокин

Созвал Владимир бояр и старцев городских и сказал им: «Приходили ко мне болгары и говорили: „Прими наш закон“; потом приходили евреи, после же пришли греки, хулили все законы, свой же хвалили, много сказывали о бытии всего мира от начала его; красно говорили, и чудно их слушать и приятно каждому; говорили, что есть другой свет, и что, кто вступит в их веру, тот, если умрет, оживет и вовек не умрет; а кто другой закон примет, тому гореть в огне на том свете. Что посоветуете?» Бояре и старцы ответили ему на то: «Ты знаешь, князь, что всякий свое не хулит, а хвалит; а если хочешь узнать правду, то есть у тебя мужи: пошли их, пусть посмотрят, как каждый народ служит Богу». Понравился этот совет Владимиру и всем людям; выбрали десять человек хороших и смышленых и послали их сначала к болгарам – и не понравилось посланным магометанское богослужение. Потом послал их Владимир к немцам, а оттуда к грекам. Пошли они к немцам, посмотрели их службу; потом пошли в Царьград, а тогда было там два царя: Василий и Константин. Когда пришли они, цари спросили: «Зачем пришли?» И, узнав причину, обрадовались и приняли их с честью. Поутру послали цари сказать патриарху: «Пришли русские разузнать о нашей вере; убери церковь, а сам оденься в святительские ризы: пусть видят славу Бога нашего». Услыхав это, патриарх велел убрать церковь по-праздничному, осветить ее всю и приготовить певчих. Когда послы пришли в церковь, им объяснили всю службу; потом отпустили с честью. Когда послы воротились в Киев, Владимир созвал опять бояр и старцев и велел послам рассказать все по порядку. «Были мы у болгар, – сказали послы, – видели, как они молятся в мечетях: стоят без пояса; поклонятся и потом сядут и глядят по сторонам, как бешеные; не весело у них, но печально; нехорош их закон. Были у немцев и видели в храмах их многие службы, но нет у них никакой красоты. Потом пришли к грекам, и повели они нас туда, где служат своему Богу, и не знаем мы, на земле мы были или на небе? Такой красоты на земле нет; мы знаем только то, что там Бог пребывает с людьми. Мы не можем забыть той красоты; каждый человек, когда попробовал сладкого, не может вкусить горького, так и мы». Бояре сказали на то: «Если бы дурен был греческий закон, то не приняла бы его бабка твоя, Ольга; а она была мудрейшая из людей». Спросил Владимир: «Где же мы крестимся?» Отвечали бояре и старцы: «Где тебе угодно».