Константин Беличенко – Помещик. Книга 1 (страница 57)

— Ну, что сотник, убедился?

— М-да.

Он то, может и убедился, а вот у меня вдруг возникли сомнения. Если тут замешены англичане, то не думаю, что тут банальное продажа девушек в Турцию. Что-то тут явно посерьёзней и с далеко идущими целями для них.

— Ну а кто такой, этот Когальников? — задаю вопрос. Мы присели на лавку около дома.

— Хорунжий Павел Когальников из станицы Нижне-Чир. У него вдруг откуда-то… теперь, понятно, откуда с…, появились большие деньги. Он начал покупать и привозить крепостных крестьян из центральных губерний. Скупает земли, мудрит с общинной землей и личными наделами в округе. Помогает ему во всём казак Лобов, и дьяк Попов — сплюнул сотник. — Ну, хоть вы их угомонили.

— Понятно, что плохой казак. То-то вы с ним объединятся, не хотели — да, на окраинах империи ещё меньше закона соблюдают. Кто сильнее или с деньгами, тот и прав. Учтём.

— Слушай, а хорошо у тебя люди вооружены. Может, поделишься? — перескакивает сотник на другую тему.

— Может и поделюсь, если поможете корабль захватить.

— Какой корабль? Тут в основном баркасы ходят — удивился Щерба.

— Да нет, сейчас именно корабль будет. Как тут хоть место называется?

— Хутор Седова и Цыплакова, а река Грузский Еланчик — потом помолчал. — А с семьёй Катракис, что решим.

— Это где? — показываю карту. Ага, значит, на местности я всё перепутал. Мы где-то между Таганрогом и Мариуполем. — Да ничего решать не будем. Захватим корабль и выпустим твоих контрабандистов. Нужны они мне.

— А то, что ты убил одного, как?

— А то, что они помогали девушек в Турцию переправлять, как?… Сам решишь. Хочешь виру заплати со своей доли, а хочешь, повесь — усмехаюсь. — Я бы честно… их повесил, за такую помощь. Не дай бог, завтра война с Турцией… Первые же предадут.

— Думаешь, будет война?

— Почти уверен.

Мы помолчали, думая каждый о своём.

— Если захватим корабль, как делить будем? — Щерба.

— Мне груз, бумаги и пленников. Тебе корабль.

— А не много барин, тебе будет? — рычит атаман.

— Самый раз. Да и весь груз забрать я не смогу. А без моей помощи, тут и там, ты корабль на себя не оформишь. Заберут.

— И зачем мне корабль?

— Деньги зарабатывать. А как, я научу.

— Ты меня не с кем не спутал. Я тебе что, торгаш?

— А кто сказал, что я тебе торг предлагаю — изумляюсь я.

— Э… а что?

— Вот захватим, потом и объясню — рассказывать, что тут ещё и ляхи замешаны каким-то боком, я не стал. Может и надо, но решил, что хватит с сотника и таких сведений. Выяснил, что сюда сотника позвал, сбежавший от нас молодой грек. Вся семья Катракисов, кроме рыбалки, занималась и контрабандой, покупая с турецких судов товар в море в нейтральных водах. За это мзду платили в Керчи.

— Стоп, а где их баркас? — забеспокоился я.

В результате выяснилось, что баркас стоял арестованным в Таганроге с тканями и шерстяными коврами. Не как не могли сойтись на размере взятки чиновникам.

— Вот жулики, что те, что другие — только и выговорил я.

— Так что, Дмитрий Иванович, поможешь мне с баркасом? А я тебе с кораблём — и Щерба хитро прищурился одним глазом.

— Э… то есть, ты изначально это планировал, как только твой вахмистр зачитал мандат — догадался я.

— Да, а что? Ты мне, я тебе.

— Да-а. А теперь я тебя спрошу, а не много тебе будет?

— Нормально. Тебе же нужен шпиён и бумаги? Нам, точно нет.

— А как же… — растерялся я.

— А чего тут разведывать. В Керчи к войне не готовы. Ни пушек, ни укрепления, ни войск нет. Что в Таганроге, что в Ростове, такая же история — махнул он рукой. — Так, что нам шпиён не нужен, а людей я могу потерять.

Всё больше убеждаюсь, что в империи общий системный кризис. Как она держится и не разваливается, а наоборот прирастает территорией, мне понять очень сложно. Ну, что же придётся соглашаться.

— Подожди. Ты же говорил, что не торгуешь?

— Я и не торгую. Но надо же мне как-то сотню собрать и вооружить, вот и приходится — неопределенно помахал пальцами правой руки.

— Молодец. Ладно, давай так. Я попытаюсь помочь, но результат не гарантирую.

— Идёт. — Мы жмём друг другу руки в знак согласия.

Дальше занялись хозяйскими делами и подготовки к встрече «дорогих» гостей.

На третий день, вдалеке заметили двух мачтовое судно, идущее довольно быстро, но уже начинающее убирать паруса. И это при том, что погода была не слишком ветрена. Если бы мы её не ждали, то и скорее всего не сразу и заметили. В отличие от картинок, судно имело грязно-серые паруса, сливающиеся на фоне неба. Корпус тоже был в серо-чёрных тонах. Я так понял, что сделали всё возможное, чтобы придать малозаметность. Зато капитан, явно знал куда шёл.

На судне невозможно было различить названия, так как она довольно сильно сидело в воде. Но самое неожиданное, что на ней развивался российский Андреевский флаг.

И что мне теперь делать? Хотя с другой стороны, а что я ждал, английский флаг в территориальных водах России? Сейчас ещё не Крымская война.

Когда начали готовить ячейки для стрельбы на берегу и маскировать, Щерба окончательно поверил, что мы особый ертаул. Так, только пластуны действуют, заявил он. А вот нарезного оружия, у нас явно не хватает, чуть больше двадцати. Да и обычного тоже. У казаков, оказалось только двенадцать гладкоствольных ружей, плюс два от Когальникова и два греков. Не сотня, которой ещё и нет, а банда какая-то, матюгнулся я. С другой стороны, я не прав. Я же знаю, что сотник собирает казаков, и они оружие покупают за свои деньги. Хорошо, хоть помочь согласились. Интересно, а как бы я без них такое судно захватывал?

На пистолеты надежды нет, слишком расстояние большое. Вот и выходит, что моя четырехстволка, самое серьезное оружие. Но создали ударный отряд с пистолетами и саблями, им и двойная оплата.

Рассматриваю судно в подзорную трубу. Корабль по размерам, наверное, чуть больше двадцати метров в длину, а шириной раза в три меньше длины. Высокие мачты смещение ближе к центру. Сзади небольшое помещение. Твоё ж… На корабле находятся по четыре небольших пушки, на каждом борту. И главное заряженные. Канониры находятся рядом с ними. Я, конечно, всех предупреждал, но не думал, что их будет столько. На палубе человек пятьдесят, а с учётом нашего везения явно есть и ещё. Как бы их не оказалось больше, чем нас. Около руля стоят, трое. Один, тоже рассматривает, в подзорную трубу берег.

А вдруг, это наша пограничная шхуна делает обход или ловит контрабандистов? Придётся срочно менять план.

Выводим Качукова в его одежде на причал. Руки привязали плотно к туловищу, а сверху надели его кафтан. В рот засунули кляп. Повесили саблю, за пояс пистолет. Что-либо добиться большего от него не удалось, да и сомневаюсь, что он что-то ценное скажет. Похоже, он своих хозяев боится больше чем нас или ненавидит сильно русских, если поляк. Пытать его, я Щербе не дал, мне важнее захватить судно.

С Качуковым иду я и ещё один переодетый казак. Я и не планировал этого делать, но опять обстоятельства, заставляют быть впереди всех. Мне принимать решение об атаке и мне придется, если что отвечать за последствие. Эх, тяжела, шапка Мономаха. Вместо меня остался командовать Щерба, остальные знают, что делать и куда стрелять.

Для выхода пришлось даже польское полосатое платье одевать. У меня мариэтта, двуствольный пистолет за спиной и два за поясом. С одного бока венгерско-польская сабля, с другого сумка с зарядами для пистолетов. Казак одет почти так, только у него за поясом два пистолета и всё. На спине прицепили наш щит. Ему главное успеть накинуть канат на кнехт причала. Я с Качуковым остановился чуть подальше на причале.

Глава 13

Названия корабля я так и не увидел, что меня очень поразило. Судно с убранными парусами идёт по инерции, направляемое моряками с большими метров шести шестами, стоящими по бортам матросами. Очень ловко подрулили к причалу. Тут в самом устье река наибольшая по ширине, около пятнадцати метров. Дно в речке каменистое, вода довольно прозрачная и видно дно. Это уже потом, когда шахты и заводы нарушат подземный ток вод, многие небольшие речки поменяют русло. А другие превратятся в болотные стоки. Сейчас же глубина метра три, максимум четыре, да и то вряд ли. Течение не сильное, но есть. Дальше река сужалась и немного мелела. Меня сразу насторожило уверенное поведение капитана корабля. Говорило или о большой практике и выучке команды или то, что судно уже тут не раз швартовалось.

Наши… хотя где тут свои, где чужие сразу и не разберёшь.

Казак ловко закрепил сначала один конец с носа, а второй с кормы.

— Принимай гостей — раздалось с судна. Поставили сходни.

Вот это неожиданность. Я тут штурмовать корабль готовлюсь, а тут гостей привезли.

— Давай — кричу я и машу рукой.

На причал сошло трое. Если судить по одежде, то господин и двое его слуг, больше похожих на солдат. Моряки стали передавать их вещи, составляющие несколько саквояжей-чемоданов расположенных на палубе. По-моему кивку, казак принялся помогать приезжим.

— Добрый день господа. Позвольте представиться доктор Джозеф Белл из Эдинбурга — подошёл к нам высокий, жилистый человек. С темными волосами, внимательными глазами и худыми плечами. Это придавало ему ещё и визуальную высоту. Двигался он резко и нескладно. Голос резкий и «скрипучий», как у не смазанной телеги. По-русски говорил достаточно хорошо, но сразу чувствовался иностранный акцент. В руках держал большой коричневый саквояж.