Константин Беличенко – Помещик. Книга 1 (страница 39)
От его рассказа у меня волосы становились дыбом. Нет, без 200 грамм, такое слушать просто невозможно. Поэтому, мы на короткое время прервались и отдали должное коньяку с кофе.
— Скажите, Сергей Павлович, а почему Вы мне это все рассказываете? — задаю мучивший меня вопрос.
— Ну, я не думаю, что для сына Мальцева это большая тайна. К великому сожалению, проблема и в низком уровне образования. Из 48 губернаторов, на которых сохранились формулярные списки, домашнее образование имели 30 человек, среднее (кадетские корпуса и гимназии) — девять и высшее — девять. Естественно, что губернаторы, а иной раз и министры, есть не слишком компетентны в делах управления. Но если верх бюрократии, губернаторы, поголовно потомственные дворяне, генералы, не отличались высоким уровнем образования, то что же говорить о низшем чиновничестве? В палате уголовного и гражданского суда Московской губернии из 144 чиновников три человека окончили университет, шесть — кадетские корпуса и один человек не закончил курса в Медико-хирургической академии, пятеро закончили полный курс гимназии, 12 воспитывались в духовных училищах, а остальные 117 человек имели домашнее образование или не имели никакого. И это в высшем судебном губернском учреждении столичной губернии! — с болью в голосе жандарм.
— И что, нечего нельзя сделать? — накидываюсь на полковника.
— Предложите. Говорят Вы, богаты на придумки. А вот с образованием и у Вас, тоже есть проблемы — сначала спокойно, а потом язвительно, полковник.
— Хорошо, я подумаю — прав Шварц, на все сто.
После ухода Шварца, и от его таких рассказов, делать уже ничего не хотелось. Поэтому занялся самым «полезным» делом. Завалился на кровать почитать Тульские губернские ведомости. Газета выходит по пятницам, но мне было не досуг раньше. В обращении к читателем сказано, что годовое издание составляет 52 номера. Годовая подписка обходиться тулякам в 15 рублей ассигнациями и «Прибавление», еще 10 рублей. Подписка открыта во всех гражданских и земских полициях. Они обязаны принять следующие с подписчиков деньги, доставить губернскому правлению сведения о том, куда каждому из них Ведомости должны быть доставлены и на чье имя. Особы, живущие в губернском городе, могут получать их прямо в типографии.
У меня за этим следил Гриша, который ходил в типографию.
По «Положению» от 1837 года газета разделялась на две части: официальную (постановление, предписания и казенные объявления). И «Прибавления», которые издавались отдельно друг от друга, с самостоятельной нумерацией листов и возможностью раздельной подписи. Тут печатались неофициальную (известия и частные объявления). За частные объявления устанавливалась плата 1/4 до 1/2 копеек за букву.
Вот они-то, в данный момент, меня и интересуют. Читаю объявление — «очищение воды горьким миндалем». Вот значит, не один я понимаю значение чистой воды. Очень хорошо, хотя не знаю насколько это эффективно. «Способ сохранить долго яйца свежими», «способ предохранять пиво от закисания» — ну это нам без надобности. «Излечение водяной болезни посредством втыкании иголки в брюшную стенку» — по-моему, сомнительное лечение. «Способ делать из негодных шкур и кожи непроницаемую бумагу и картон» — а вот это уже интересней. Надо найти автора, посмотреть и узнать, сколько денег за это хочет. Если конечно, это не туфта. В Европе картон делают с конца 16 начало 17 века, у нас с этим делом похуже.
Но вот если всё же можно будет получить водонепроницаемый картон, то можно наладить небольшую партию патронов. Конечно, пока только для себя, с соблюдением тайны. Иначе промышленники Европы, наштампуют их намного быстрее и лучше. А мы получим бойню наших солдат.
В четверг, наконец, доставили заказанную проволоку от немцев. Тут уже давно и вовсю крутили канаты из пеньки и заказать мини машинку не составило труда. Гольтяков, пообещал сделать хорошую машинку, с автоматической натяжкой за неделю. Я заказал её с расчетом плетения от 3 до 6 нитей за раз и толщиной до двух пальцев. Тут главное правильно отрегулировать натяжку при плетении, тогда нити будут ложиться ровно. Последнее время Николай Иванович, превратился для меня в «придворного» мастера, к которому я часто обращался по разным вопросам. К его брату, мы договорились сходить после моей поездки в Москву.
В полдень пятницы мы собрались у Добрынина. Общество «Тульский Свет» в полном составе и я «сбоку припёка». Солидная компания, 28 человек. Сначала рассказываю про керогаз, тут поняли сразу. Проблем не возникло. Пришли к согласию, что много брать не будут, но выпускать надо. Примус вызвал больший интерес, особенно следили, как я накачивал насосом. Потом подлил спирта и в конце разжёг.
— Ну что же, это хорошая вещь, и мы будем её выпускать — подвёл итог Добрынин. Его избрали председателем общества. — Но возникла проблема, Дмитрий Иванович, нет денег.
— То есть как? — вырвалось у меня.
— И Вы, в этом виноваты не меньше — Иван Ломов.
Они что, белены, объелись или с ума сошли? Обвожу всех собравшихся взглядом. Может они меня «кинуть» решили? Хотя какой смысл?
— А подробней можно? — прихожу в себя через несколько мгновений.
— Сейчас большая часть нашего произведённого товара находиться в Лейпциге на ярмарке. Оттуда тоже привезут в основном оборудование, инструменты и только часть товаров — Черников.
— Не Вы ли, Дмитрий Иванович, нам постоянно твердили: надо модернизировать производство, покупать лучшие инструменты и оборудование — Морозов.
— Стоп господа. Это всё правильно, но что Вы, заплатите мне? — надо было сначала договариваться о цене. Вот я баран.
— Восемь тысяч. По четыре тысячи в месяц — Добрынин.
— Я ожидал большего.
Дальше мне принялись рассказывать о вложении своих капиталов. Получилось действительно солидно. Только на Лейпцигскую ярмарку они отправили 500 подвод доверху забитых товаром. Скупили весь керосин, до которого могли дотянуться и тоже отправили. Налаживание контактов с Моздоком, Нижним Новгородом и Коломной по доставке керосина, тоже влетит им в копеечку. Постройка дополнительно судов, бочек и много другого.
— А сколько производится керосина? — задаю вопрос.
— Точно не знаем, но 10 тысяч пудов, в прошлом году было — Баташев.
С учётом один к трём, плюс ещё немного тонн 60–65 всего переработали.
— А чего так мало? — задаю резонный вопрос.
— А кому он раньше был нужен, в таких-то количествах? — Ломов.
В принципе резонно. Действительно, сколько там его аптеки купят?
— А что Вы говорили про бензин прошлый раз? — Черников.
— Вот Вы везите, а потом поговорим. А то мне не нравиться с оплатой — парирую ему.
— Так нехорошо, Дмитрий Иванович. Всё-таки мы же решили быть все вместе — Добрынин.
— Но и Вы, платите мне мало. И это с учётом того, что большую часть денег я оставляю в Ваших же мастерских.
Препирательство длилось долго, но купцы меня прижали. Вот мне наука будет! Надо с ними торговаться в присутствии Мальцева. Пришлось им рассказать про «Зиппо», еле сошлись ещё на 6 тысячах.
— Вот не надо наглеть. Сейчас Вы, переделываете кремневые пистолеты, на капсульные. Это казенный заказ и за него вы уже получаете деньги. Вот и пойдёт оттуда эта часть, двойная выгода.
Ещё я выбил с них обещание не привлекать меня к снаряжению войск в Моздок. Обсудили и некоторые другие вопросы.
— Вот видите, Дмитрий Иванович, какие у нас большие расходы. Так же в городе летом запланировано большое строительство, в частности здание банка. А Вы жалуетесь, что вам денег мало… Мы надеемся и на дальнейшее сотрудничество — на прощание Добрынин.
— А Вы мне партию зажигалок, не забудьте — «вернул» ему любезность, помня рассказы Шварца.
Глава 3
— Кеша, Кеша, хороший — зову соболя, с которым я почти подружился. Он и до этого, наверное, был ручной, поэтому смена хозяина его сильно не испугала. Да и кормил я его лучше. Постоянно подкладывая сало, косточку и подливая, молока в глиняную поилку. Для него готова длинная и тоненькая цепочка, которая позволит путешествовать вдоль закреплённого тросика. Ну не знаю, как получится на практике, но ничего более «умного» я не придумал.
— Трофим, как ты смотришь поменяться с сапожником Давыдовым участками и домами? — дождавшись соседа коровы с теленком, спрашиваю.
— Нет. Не хочу. Тут я корову выгоню и мне её видно, а так придётся самому пасти.
Ничего не дал разговор и с другими соседями рядом, почему-то все находили какие-то отговорки. Что-то тут явно не чисто? Но я всех заранее предупредил, чтобы до конца месяца забрали животных, а на следующую зиму и не рассчитывали.
Пришлось идти, напротив, через дорогу. Но там надо скупать два участка, которые после жёсткой торговли обошлись в 300 рублей. Согласился, с отсрочкой переезда хозяев и что они разберут и заберут свои дома.
Тут я сунул два червонца Обновену, предоставил ему для поездок Савву с Фёдором, и пусть оформляют участки на меня. Увы, но против той коррупции, которая существовала сейчас, переть было бесполезно. Но тут упёрся опять Давыдов, что это дорого и он не сможет их отработать. Сошлись, что я построю мастерскую, а он будет управляющим. Но что же, похоже, что сапожник сам себя перехитрил? Или я себя тешу иллюзиями? С другой стороны под моей «крышей» ему не надо будет платить налогов, да и в остальном спокойнее и безопасней. В общем — мрак и ужас. Куда я лезу? Я же хотел холодное оружие выпускать, а занимаюсь чёрте чем. А время идет, уже скоро весна 1849 года.