Константин Беличенко – Помещик. Книга 1 (страница 17)

— Я знал, что тебе понравиться. Я распорядился, чтобы твои заказы делали бесплатно, но ты уж не обижай старика, пиши… почаще.

Отправились они уже без меня во второй половине дня, захватив часть слуг. А я побежал подгонять самоварщиков. Не успел зайти в мастерскую, где часто заказывал медные детали, как тут появился хозяин Стрельников Осип Фёдорович. Тощий как жердь, с непропорционально большой головой, с тёмными пронзительными глазами и широкими крестьянскими руками.

— Дорогой, Дмитрий Иванович появился. Ждали, ждали. Всё сделали, как Вы заказывали. А для чего, такая конструкция служит?

— Да так… надо — так я тебе и сказал. Это в 21 веке любой в этих складывающихся перекладинах раскладушку узнает.

— Говорят к Вам большие гости приехали?

— Да… батя пожаловал — выразился я, не подумавши. А сам, проверяя на боку, как работает механизм. Через секунд… пять только сообразил, что я такое «выдал». Что-то у меня прокол за проколом. Нет надо срочно, всю эту гоп-компанию домой отправлять.

— Неужели сам Иван Акимович тут — прижал к груди руки купец.

— Сам, сам — упавшим голосом сообщаю я, всё равно это уже не секрет. И что теперь будет?

— Так это для него. Понимаю. Так, а что это? — Осип Фёдорович.

— А хотите я вам секрет продам?

— А как же Иван Акимович?

— А я никому не скажу. Вы я надеюсь тоже. Оформите себе привилегию и будите выпускать.

— И что будут брать?

Ну да понимаю купца, и хочется и колется.

— 700 рублей ассигнациями и я гарантирую, что через 2 года вы их точно откупите — напираю я. — И не жалейте денег, всё равно большую часть Вы вернёте, выполняя мои заказы.

— Вы как той змей-искуситель — купец.

Сторговались за 450, но он делает ещё 20 штук раскладушек мне бесплатно, потом. С привилегиями тут дело обстояло намного лучше, чем дома. Так что недели через 2–3 получит. Дальше я ему быстро набросал чертёж разных раскладушек и внутренностей к ним и объяснил что-почём.

— И что, это будут хорошо брать? — засомневался купец.

— Главное сделайте их лёгкими, прочными и складывающимися. Обязательно чтобы они занимали мало места. И предложите военным, а потом покупайте дорогой коньяк и приходите ко мне.

Если раньше меня считали каким-то дальним родственником Мальцева, то теперь с «легкой руки» Стрельникова, я так думаю, пошёл гулять слух, что я внебрачный сын Мальцева. Хоть и записаны у меня другие родители в метрике. Но это я уже узнал через много времени позже.

Глава 8

С «похода по гостям» вернулись не все, только Мальцев с Новаком. Ну как говорят — баба с возу…, мне легче, а то дома не протолкнуться от такой оравы.

— Вы оказывается ещё больший смутьян, чем я думал — Мальцев.

— Помилуйте, Иван Акимович, с чего Вы сделали такой вывод? — опешил я.

— А зачем разбойников-инородцев привечали?

— Вообще, я планировал торговый караван в Крым сводить и считаю, что они вполне надежны.

Мальцев долго смотрел на меня, явно не веря мне ни на грош, а потом произнёс совсем не то, что я от него ожидал.

— Анджей Радомирович а ты знаешь какую он штуку сделал. Нет? Душ.

— Я уже видел его в Людиново — Новак.

— Нет, такого ты не видел. Пошли, покажу. А то вот я подумываю… может мне поставить такой у себя.

Ух, гроза миновала или отложена. Вот же умудрился мне Мальцев внушить почтение к себе, прямо как к отцу.

Потом они вымылись, расселись в гостиной, попивая отвар, который им понравился, с мёдом и позвали меня. Чай-то не захотели.

— Так, во сколько тебе такой домик обошёлся? — Мальцев.

— Ну, точно я сказать не могу, тем более часть металлических вещей была заранее сделана. Но где-то 1500–1600 рублей ассигнациями — чуть, чуть прибавил я.

— Дорого. Да и домик совсем не велик — Новак.

— Совсем не велик. Дорого — констатирует Мальцев. — А в Москве такую печь, чтобы на угле работала поставить можно?

— Не знаю, смотреть надо.

— Вот и посмотри и составь план.

— Но — было я.

— Неужто много с нас запросишь, а Анджей Радомирович? — и посмотрел на Новака.

— Да тут не в этом дело.

— А в чём?

— Мне даже дом не на кого оставить. С кухаркой не знаю, что делать. Она мещанка. Ездить туда-сюда надо. Фёдора одного на всё не хватает. Людей нет — подвожу итог.

— А как же с охраной? — Новак.

— А — махаю рукой — плохо, но пока бог миловал, но это ненадолго, скоро полезут попробовать.

— Кухарку оформи в услужение на долгий срок. Троих дворовых из служивых я тебе подберу и перепишу, хватит? — повеселевший Мальцев.

Хотя я не знаю и не понимаю от чего. Надо как-то у Новака выпытать.

— И Фёдора навсегда — наглею я. — Привык я к нему. А то пока другим объяснишь что надо, так быстрее рак на горе свистнет.

— Согласен — улыбнулся Мальцев.

Дальше все пошли спать. А я подумал и спрятал раскладушки в погреб. Во-первых, они все равно не доделанные. А во-вторых не охота опять объясняться с Мальцевым, почему не ему. Вот же ручки загребущие.

Когда утром ели горячий суп приехал Фёдор и привёз колбы. Он уже перекинулся парой слов со слугами, тем более что многих знал.

— Ну, собирай свою лампу — Мальцев — посмотрим, что это.

Сборка прошла успешно, но пришлось закрыть ставни, чтобы посмотреть работу.

— Так, сколько ты говоришь, она будет гореть при одной заправке.

— Ну, надеюсь около двух суток — вырвалось у меня.

— Это равно 5–6 свечам — быстро посчитал Мальцев.

— Это если керосин привозной покупать, но нефти много и болотной и в других местах. А значит, со временем лампы их вытеснят свечи. Да и светят они лучше. А это значит, что в большом помещении будет экономия — говорю.

— Да знаю я твою нефть. Её ещё греки тысячи лет назад, разделяли на части, и греческий огонь с неё делали. А у нас Лайтман в Москве в Берг-Коллегии ещё в 1748 с ней работал. Что-то там вычитал в царской библиотеке и её полностью разделил. И давай хвастаться перед всеми. Вот только, что с этим делать? Как денег заработать? Так и не придумал. А на свои «опыты», шельмец, потратил две тысячи рублей золотом. Ох, тогда Елизавета Петровна и разгневалась. Шуму-у было. Вот и не хотят ей заниматься.

— Что, правда? — вырвалось у меня.

— Так, ты правильно посчитал, что мне не стоит этим заниматься самому? — вернулся к теме ламп Иван Акимович.

— Правильно. Лучше стеклом к ним и можно разные формы делать.

Да сколько же тут подводных камней? Причём где-то так густо, а где-то совсем пусто. Англичане просто первые додумались всё описать и под себя подгрести, пока другие клювом щёлкали.

— Ну что же посылаем к Добрынину. Он ещё обижается, что ты его так и не пригласил в гости, хотя обещал — Мальцев.

Твою ж дивизию… и правда обещал… и забыл. Придётся исправлять…

Начали прибывать спутники Мальцева, а за ними Добрынин с адъютантом, который нёс небольшой самовар. Ну вот, похоже, не зря я не покупал самовар, есть мне подарок на новоселье. Сразу стало тесно и сутолочно и опять стол пришлось накрывать. Но на этот раз лёгкими закусками, можно сказать бутербродами обошлись. Надо им шведский стол ввести с канапушками мелькнула мысль. Выставили водку и коньяк. После пары рюмок и здравниц небольшого застолья, теперь уже Добрынин крутился возле печи.