Константин Беличенко – Контрабандист Сталина 3 (страница 43)
Почти как в песне — в том же месте, в тот же час. Этот раз у нас поздний обед у Сталина и полдник у меня. Сталин угощает меня рыбными блюдами, хотя вроде и не четверг.
— Скажите Сакис, а вы ещё можете купить такие же рыбацкие баркасы? Потоцкий их очень расхваливал — и отрезает кусок маринованной селедки. Сам Сталин ест самое простое блюдо, селедку с луком и вареным картофелем. Точно. Это же будет одно из обвинений Власика, что он гонял самолёт в Мурманск за свежей селёдкой для Сталина.
— Это возможно. Я даже придумал как. Ваш чернозём продать в Испании и на вырученные деньги покупать баркасы.
— А что для этого надо?
— У меня нет таких судов. Чтобы это было выгодно надо брать большегрузные и достаточно новые, скоростные. А они не дешёвые.
— У меня есть документы, по которым возможно получить 900 тысяч долларов в Швейцарии. Но там надо провести целую секретную операцию. Я предлагаю вам треть, на которую вы сможете купить большегрузные корабли — в своей медленной манере произнёс Сталин.
— Остальные?
— Закупите для нас интересующее нас оборудование.
— Господин Сталин давайте сначала разберёмся с Миусским полуостровом. Закрытая зона это конечно хорошо, но некоторые вопросы меня абсолютно не устраивают — я рассказываю притчу, как из-за перекалённого болта разбился самолёт.
— Вы это к чему?
— А к намечающийся тенденции увеличения выпуска продукции любыми способами. Плакат на плакате — догоним и перегоним капиталистический запад. А погонщики у вас, такие как Халепский, которые мало что понимают в технике и производственных процессах. Или из политуправления, которое сплошь английские шпионы и выполняют их задание — в конце совсем тихо произношу.
— Вы это мне второй раз говорите. А сейчас па-па-дробнее — сузил глаза Сталин.
Я обернулся. В проёме маячил Власик. Услышать он вряд ли услышит, а вот на любые мои действия среагирует мгновенно.
— Вы знаете, почему провалилась ваша революция в Венгрии? А куда исчезло половина на… экспроприированные ценности? Тогда всё свалили на русских, и какое отношение у вас сейчас с Венгрией — я стараюсь говорить совсем тихо, чтобы только смог разобрать Сталин. — А там постарался ваш главный комиссар Александр Корда, который работал и работает на Черчилля. Сейчас он выполняет миссию на "фабрике грез".
Смотрю, как Сталин сильно задышал носом, явно вспомнив, что-то своё.
— Тоже самое произошло и с Финляндией. Ваш Отто Куусинен, так же работает на Черчилля, как и Карл Радек.[47]
— Это точно? — как-то несколько обречённо Сталин. Видно, что эти новости серьёзно его опечалили.
— На 99 процентов. Поэтому они вас так толкают на мировую революцию. Вы лишь инструмент в их руках. Не повторите ошибок Николая I и Александра I. Ничего хорошего России война в Европе вам не принесёт. Вам туда идти не стоит, даже если на вас нападут.
— Вообще-то мы бы хотели восстановить СССР в границах Российской Империи. Как вы думаете получиться? — несколько провокационный вопрос задал мне Сталин.
— Если вы мне ответите, зачем вам беспокойные Польша и Финляндия, а так же дунайские и задунайские княжества? Вы так и дальше собираетесь проводить политику и экономику царской России?
— М-да. А какую модель устройства видите вы?
— Та, что проверенная временем. Английскую. Все наукоемкие и ценные производства, сосредоточенные в метрополии, а маломощные, добывавшие и сельскохозяйственные в колониях, в вашем случае в республиках.
Сталин взял мои папки и стал их быстро просматривать. Я же пока наслаждался жареной рыбой, запивая ягодным морсом.
— Вот вы пишите, что надо быстрее вводить алюминиевые и металлические легкие сплавы. А вы знаете, что для их производства требуется много электроэнергии?
— Знаю. Я думаю, что надо повторить как в Италии. Они строят не сильно большие электростанции на горных реках Альп, объединяя их в единую сеть. Поэтому они сейчас и лидеры по производству алюминия. Правда у них там, рядом и большие залежи бокситов. Я думаю, вы это сможете сделать на Урале или Кавказе. Бокситы довольно распространённое сырьё. А не перегораживать свои судоходные реки. Это же не только перегораживание рек, но и постройка водохранилищ. Из-за этого произойдёт уменьшение рыбных ресурсов, изменение климата и многое другое.
— Это будет стоить намного дороже — Сталин.
— Будет при строительстве. Но электростанции строятся не на год и не на два. В конечном итоге вы всё равно выиграете. А если загубите основные реки, то загубите всё.
— А там где нет горных рек?
— Тепловые, ветровые, геотермальные или ещё какие-нибудь — дальше разговор пошёл больше, как я вижу сотрудничество, если мне передадут Миусский полуостров.
— А не воспользуетесь ли вы ситуацией и не ударите нам в спину, когда нам будет тяжело? — Сталин. Этот вопрос в той или иной форме он мне постоянно задаёт.
— А смысл. Что я с этого выиграю. Предавший один раз, предать и другой. Кто тогда со мой или моей семьёй будет иметь дело.
— В политике это обычное дело.
— Но я то, не политик и не собираюсь им быть. Россия была и будет в той или иной форме. Такие связи налаживаются десятилетиями, а дружба может продолжаться столетиями. Я хочу, чтобы у дома Манос остались всегда дружественные связи с Россией.
— Да греки всегда относились дружественно к нашей стране. Я подумаю.
Глава 28
Ну, наконец, я вырвался из Москвы. Кроме груза в эшелоне едут остальные китайцы и 60 "врагов народа". Всё сейчас политически неблагонадёжные. Сорок человек взрослых и двадцать уже достаточно больших детей. Можно бы конечно и больше, но вот размещать их в Африке пока негде. Да и с занятостью населения там ещё не очень. Так что будем перевозить малыми группами. Потоцкий в этот раз тоже едет с саквояжем иностранной валюты, чем очень смущен и опечален, такой ответственностью. Ему в конце подводить итоги нашей деятельности. Это дает мне немалый повод для шуток. На него в этот раз "навесили" столько проблем, что мне его аж жалко. Как он всё это сможет решить при таких ограниченных ресурсах, я не понимаю. Да, в общем-то, и не хочу.
Предоставленную информацию по Межлаку, одного из руководителей железной дороги, я просматривал не один раз. Хорошо, что он сам уже пять лет не был в Швейцарии. Придётся мне заказать себе круглые очки и чуть подкрасить волосы. Будем пытаться получить его деньги. Триста тысяч мне сейчас ой как пригодятся, плюс ещё закупка и перевозка груза. Вот так вот размышляя, и строя планы мы добрались до Таганрога. Отметил себе, что надо бы сделать ремонт и поменять обстановку в своём вагоне.
— Знакомить это товарищ Стовбур, председатель Мариупольского городского Совета — не успел я появиться в Таганроге, как меня позвал Москатов.
— Здравствуйте. Меня зовут Сергей Иванович. Что у вас случилось? — а сам зло смотрю на Москатова. Знает же, что я стараюсь остаться как можно меньше узнанным.
— Это же вы предлагали перенести завод. Мы так и сделали. Скоро заканчиваем строительство моста. Если рельсы мы с трудом, но нашли, то вот паровоз и вагонов нет. В план по наркомату пообещали поставить, но реально мы сможем получить только года через три. Мы просим вас привезти паровоз и минимум три вагона.
— В принципе это реально, если у вас есть чем платить?
— Мы реквизировали ценности у бандитов и сочувствующих им элементов. На их продажу получено разрешение о приобретение паровоза и вагонов.
— Но там же размер колеи другой — вот блин. Не мытьём так катаньем, подгоняют меня, чтобы я быстрее занялся реализацией их ценностей.
— Ничего. Мы уже придумали как. Приварим дополнительные колёса к имеющимся.
Ну не знаю. Может, что у них и получится. В результате переговоров на эту и другие темы на борт "Огней Смирны" попали ещё два больших ящика набитый драгоценной столовой посудой из золота и серебра. Причём малоценную часть я оставил в Таганроге. В вагоне мне серебреный сервиз тоже не помешает…
— Пётр Дмитриевич давайте ещё раз рассмотрим чертежи вашего нового самолёта — обращаюсь к Самсонову в его кабинете на заводе N31.
— А что не так? — напрягся он.
— Весной вы должны будете предоставить новый истребитель в Москве. Если справитесь, то вас ждут награды, дополнительное финансирование и обеспечение — Потоцкий.
— Это точно? — Дмитрий Степанович Чекалов, директор завода.
— Пообещали. Особенно если вы создадите образец лучше HD-37 Ханкеля.
В результате долгого совещания изменяется вся конструкция моторамы и сам самолёт. Получится полутораплан, за основу взят четырехместный разрабатываемый образец. Площадь крыла уменьшили до 30 квадратных метров, как и саму форму крыльев. Длину самолета сократили на метр. Вместо перкали на крыльях фанера. Внизу рамы проходит 4мм броня, от начала до второго стрелка. Два бензобака по 250 литров подняты вверх, над летчиками. Они тоже защищены 4 мм бронёй, включены в каркас с моторамой. Двигатель полнят выше, а радиаторы вниз, как у Юнкерса 87. С ними заводу придётся поработать, как и с двигателем. Двигатель М-5 нужно сделать более экономичным и попробовать увеличить число оборотов. Там проблемы с карбюраторами и бензонасосом. Задача довести дальность полёта до 800 километров, с нагрузкой бомб до 400 килограммов и тремя пулемётами. Скорость не менее 300, а лучше 350. В общем, не простая это задача сделать улучшенный Р-5.