Константин Беличенко – Контрабандист Сталина 3 (страница 42)
— Одно тянет за собой другое. Не всегда есть выбор. Мне тоже не нравиться возить ваш уголь, но приходиться. А вам я ещё и половина не рассказал и не все документы передал — показываю на папки.
— Скажите, а когда вы сможете открыть свои магазины? Мы сможет там продавать произведения искусства для получения валюты? — после неспешного прохода взад-вперед по веранде Сталин.
— Планирую успеть к весне. Меня обязали достроить два этажа. И я думаю, что мы договоримся. Лишь бы не было фамильных ценностей эмигрировавшей знати.
— С общей оплатой пусть Потоцкий занимается, раз вы категорически не желаете привлекать ещё кого-либо. Я отдам распоряжения. — Дальше мы обсуждаем открытие "Торгсинов" в СССР и закрытие Миусского полуострова. Сталин признался, что в аренду он его отдать не может, по политическим мотивам, но сделать закрытой производственной зоной вполне. Я ему предложил создать там и кадетские училища.
— Крупская и её сторонники опять пищать будут — поморщился Сталин.
— Да отправите вы эту… куда-нибудь подальше… с инспекцией по стране.
— А что это идея. Отправим мы её во Владивосток — усмехнулся в усы Сталин.
Дальше я передаю папки собранного материала. В них материалы от доступного жилья до солнцезащитных очков. Где, какие фирмы выпускают, кто автор и приблизительные цены. Последним идёт предварительный договор с Рено, о строительстве сборочного завода машин "Renault 1 °CV Type MH 6×6 Sahara".
— Наши эксперты дали неоднозначную оценку этой машине — Сталин.
— Во Франции тоже. В конце есть оценка, на что нужно обратить внимание. Предлагаю построить завод в Ростове-на-Дону. Пусть потом ваши конструкторы поработают. Соединят рено с татрой, поставят более мощный двигатель и будет очень хорошая машина. А эти две-четыре тысячи первых машин можно продать и по коммерческой цене.
— Вы нам постоянно привозите разные модели разных производителей. Для нашей экономики это не правильно и дорого.
— Стройте ещё рядом и ремонтный завод. Отремонтированные машины ведь можно продать и за границу. И определитесь, наконец, какое у вас в стране движение автотранспорта. Правостороннее или левостороннее.
— Вы принесли папки мне. А я даю вам свои папки. Изучите и дайте мне ваш ответ. Встретимся через два дня — и хитро так улыбнулся Сталин.
Глава 27
Утром наслаждаюсь кофе, с французским овечьим мягким сыром, бездрожжевыми свежими лепёшками и смотрю в окно.
— Силантий, а у тебя уже ничего так лепёшки стали получаться — хвалю повара.
— Надо бы дров хороших побольше заказать, пока дожди не зачастили — отвечает довольный Силантий.
— Заказывай, оплачу. Чёрт. Вот же дубль два — слышу в утренней тишине приезд машин и крики охраны.
В гостиную входят Буденный, Ворошилов и ещё один мужик в военной форме. Правда военная форма на нём, что называется висит. Видно, что не привык её носить.
— Знакомься Сергей Петрович, специально срочно вызванный для консультации с тобой по поводу ходовой части — Будённый.
— Сергей Иванович. Это будет долго. Силантий ставь самовар — жму руку пятидесятилетнему интеллигентному мужику с портфелем в руках. А что ещё мне остаётся делать.
Дальше мы располагаемся за столом, самовар и угощения на тумбочку. Я достал и принёс свои чертежи-рисунки из сейфа. Прежде чем обсуждать непосредственно ходовую часть, напоминаю очевидные истины мне и пока ещё малоизвестные тут. Танк должен быть со сварными и литыми деталями, с широкими гусеницами, обработанный внутри составом от осколков.
— А что за состав? — сразу заинтересовался Сергей Петрович (главный конструктор танка Т-12 С.П. Шукалов. — прим. Автора)
— Я не знаю. Американцы и англичане покрывают им сейчас артиллерийские башни на своих кораблях и новых танках — развожу руками.
— Со сваркой будут большие проблемы — помешивая ложечкой чай Шукалов. Мы сравниваем чертежи ходовой части Т-12, принесенные конструктором и мои.
— И, тем не менее, я бы вам сразу рекомендовал переходить на неё. Трансмиссию лучше сразу планировать впереди, потом коробка передач. Так у вас места в танке будет больше. Дальше двигатель. Сколько мощность двигателя?
— 200 лошадок.
— Достаточно. А вот гусеницы вы зря так задрали вверх. Французы в конце войны их вообще их прятать начали. Посмотрите на Сан-Шамон, Шнайдер в конце войны — дальше я потихоньку "сливаю" ходовую будущего немецкого танка Т-2. Сейчас её вполне смогут осилить, хотя и не без напряга.
— А хвост я бы ваш вообще не делал. Длина 6 метров танка для преодоления основной линии окопов вполне достаточна. Какая толщина брони?
— 12. Я думаю спереди можно увеличить до 14–15. А вот сбоку снизу, где гусеницы уменьшить до 10. Так же думаю, что экипаж всё-таки будет оптимально пять человек. Командир танка должен руководить, а не стрелять. Ну и про десант вам надо подумать, как он ездить буде — подвожу итог.
— Тогда башню надо будет делать больше. А это новый карусельный станок большого диаметра — задумчиво Сергей Петрович.
— Какой десант? Что за ерунда — Ворошилов.
— Затребуйте фотографии как французике пехотинцы ездили во время войны.
— Да тогда ходовая танка не выдержит — Сергей Петрович.
— То, что вы планируете сидя на заводах и в штабах, и то, что будет в действительности, две разные вещи. Никто во время войны соблюдать особо ваши правила не будет. Лучше знакомитесь с воспоминаниями и фотографиями участников боёв на западном фронте.
— Отойдём — Ворошилов. После протягивает мне два листа исписанной бумаги.
— Ну не знаю. Американцы плотно в конце войны экспериментировали с такими пушками. Даже на самолёты их ставили. Признали их бесперспективными и экономически не выгодными — прочитал я явно "творение" Курчевского про желание наладить производство динамореактивных пушек.
— Так, похоже, что ваша разведка поймала большую дезинформацию — вижу скривившееся лицо Ворошилова. Читаю второй листок. — Глиссерные катера это, наверное, получится. Попробуйте.
— Значит, есть что-то путное у этого прожектёра? Что там с пушкой? Нам очень нужно новое орудие — Ворошилов.
— Смогу, наверное, но пока только 75 мм гаубицу. Но постараюсь и ещё что-нибудь привезти. Ваша яхта будет весной — подбодрял Ворошилова. Похоже, припёрло Красную Армию с артиллерией сильно.
— Постарайся. Я в долгу не останусь.
Наконец они в два часа дня меня покинули, забрав мои рисунки-чертежи. Я вздохнул с облегчением и позвал старого китайца, чтобы он готовил отвар.
К вечеру я отошёл от действия отвара и взялся за папки Сталина. Первая об испытании двух итальянских самолетов Фиат CR.20. СССР закупила два истребителя с моторами, винтами и стрелковыми установками, но без пулеметов, а также комплект специального инструмента. Все это стоило 30566 долларов 40 центов, из которых треть выплачивалась авансом. Отдельно 11000 лир брали за перевозку морем. Испытатели отметили плохую скороподъемность, малый потолок, недостаточную маневренность. При отпущенной ручке управления машина теряла продольную устойчивость, на пикировании проявляла тенденцию к затягиванию.
Мотор А.20 перегревался, не предусмотрели полного слива масла. Недостатком сочли и отсутствие отстойника для воды в бензобаке. А уж запуск двигателя объявили примитивным и просто опасным. Вердикт, что мотор А.20 абсолютно не подходит для русского климата. Все показатели самолёта оказались ниже заявленных фирмой.
В общем, согласен. Кроме Fiat CR.42 и то когда на него поставили 800 с лишним двигатель, ничего особо выдающегося итальянцы в военном самолетостроении не сделали. Более — менее у них были хорошие гидросамолёты и пассажирские. Так и запишем. Делаю отметку карандашом.
Вторая папка, чехословацкий самолет "Авиа" ВН-33. Ничем не лучше, да ещё с огромным звездообразным двигателем Bristol Jupiter VI, выпущенным по лицензии фабрикой двигателей Valter. Собираются купить два штуки. Смысл. Пишу отрицательную резолюцию.
Третья, намечающийся контракт с Ханкелем. Только что закончились испытания двух HD-37. Намечается выпускать его лицензионный вариант.[46] Глупость, да ещё за такую цену. Пишу, что новый истребитель из Таганрога по своим характеристикам будет лучше, и нет смысла в таком контракте. Пусть лучше Ханкель советских инженеров подучит.
Если уж хотят сейчас покупать перспективные самолеты, то пусть обратят большее внимание на гоночные модели. Там много передовых технологий. Пишу заметку о применении новых материалов в самолётостроении и точных приборах. О влиянии качестве бензина и масла. Обязательном применении различных фильтров и не только в авиастроении. О спасательных комплектах для летчиков на западном фронте и об английских командах спасения.
Хорош. А то на следующий раз не останется информации, чем торговать.
Следующий день общался с приехавшим Потоцким, ездили в небольшой банк. Там обменял золото и серебряные кроны на царские червонцы. Не сумел выторговать ни грамма золота больше. Контроль, за оборотом золота всё жёстче и жёстче. Обидно. Заехали и на склад и к Берсону, где он рассчитался за привезённый товар и опять сунул мне немалый список. В этот раз назад мы идём тоже с полным эшелоном. Я беру сахар, мёд, воск, поташ и оружие. Отдельно строкой у нас проходит драгоценное холодное оружие и ювелирные изделия. Там же в банке набрал несколько подсигаров, табакерок и столовых приборов.