Константин Бахарев – Княжна Мстиславская (страница 44)
Услышав, что Ирина Мстиславская захвачена казацким колдуном, Шуйские переглянулись. Василий прикрыл глаза и поблагодарил господа, что не успели они вмешаться в это дело. А то бы сейчас в изменщиках числились. Вскочил и старый князь Мстиславский.
- Не будет ему выкупу! – яростно закричал он. - Завтра же в погоню сам пойду! Повешу на берёзах всю эту шайку.
- С утра Богдан Бельский за ними поскачет со своими людьми, - сказал Годунов, косясь на царя.
- И стрельцы, и Бельский, и Иван Фёдорович, все гоните за ними, - Иван Васильевич сел на трон и положил руки на подлокотники. – Только мне они живыми нужны! Все живыми. Мало того, что изменщики, против меня замышляли, да ещё и девиц воруют. Быть им на плахе после допроса. Может, ещё на кого покажут, - угрожающе добавил он и осмотрел думских. Все они сидели с ошалелым видом. Такой страшный заговор был возле царя, и кто его задумал – сын князя Старицкого, чьё имя уже давно затёрлось в памяти. А сейчас, гляди, снова палаческие костры запылают. Иван Васильевич на отместку крепок.
Глава 23
Верхним звериным чутьём шёл по следу беглецов старый опытный воин Богдан Бельский. С утра три конных отряда стрельцов ушли: один к Смоленску, один на Нижний Новгород, третий на Тверь потянулся. Мстиславские двумя отрядами двинулись - на Великие Луки и по Серпуховскому тракту. Засновали везде царские гонцы с листами сыскными, где описывали беглецов, с указанием, что с ними малое дитя и девица, переодетая казаком. С такой обузой трудно уйти будет. Да ещё две телеги с добром всяким.
Но Бельский чуял, что непростые тати эти казаки. И в то, что извёл Егор, то есть Юрий Старицкий князя Курбского, он тоже верил. Товарищи у этого колдуна тоже были смышлёные. Вчера перед сном долго смотрел Богдан на чертёж московского царства и спрашивал себя, как бы он поступил, уходя с тяжёлым грузом, как и беглецы. А никуда бы не пошёл первые дней десять, а то пятнадцать. До снега и до осенних дождей ещё далеко. Сел бы в лесу, в пропастине какой буреломной, забился, как медведь в чащу, да подождал, когда охота начнёт остывать. Или потихоньку бы двигался. Им же в Ковно надо, к Лютому поди, направляются, в Литву. Вышли на Серпуховскую большую дорогу, а потом свернут на Ярославец Малый. Его крымчаки сожгли недавно, и рядом всё попалили. Народу мало, караулить некому. Там и будут, лесными дорогами пойдут.
Волчий нюх не обманул Богдана. Уже на следующий день, как выехал он из Москвы с двумя десятками своих дворян, настиг беглецов. Его люди внимательно за следами тележных колёс глядели и высмотрели, как с тракта Серпуховского вдоль речушки, по берегу кто-то недавно проехал. И тут же конные следы от всадников.
- Ну вот и встретились, - ватага Бельского выехала на большую поляну в лесу. Здесь дымился костёр, около двух телег стоял казак, опершись на саблю и внимательно смотрел на непрошеных гостей. Присмотрелся к нему Богдан.
- Я тебя с весны помню, - сказал он. - С кулачного бою. Ты своему колдуну помогал.
Арефий осмотрелся. Дворяне московские близко не подъезжали, крутили головами, искали остальных. Как-то не так всё было. Казак их не испугался, будто ждал.
- Где дружки твои? - спросил Богдан, взяв в руки плеть. Он собрался ударить по лицу Арефия, если бы тот промолчал.
- А здесь мы! - услышал он. С двух сторон поляны вышли казаки, Бельский узнал Егора, дружков его, рыжебородого пирата. А с ними ещё человек тридцать. Все оружные, пистолеты, сабли, сулицы, кистени, дубины. Да это разбойники!
- Так и подумал я, что кто-нибудь догадается нас по лесам у Москвы искать, - усмехнулся Кирила. - Вот и подманили тебя, Богдан Яковлевич.
- Вы что, рвань кабацкая, меня, слугу царского, напугать хотите? - подбоченился Бельский. - С вас шкуру со всех спущу бадогами, на деревьях развешаю.
Он тянул время. Ватага его оказалась в невыгодной ситуации. Хоть и конные, но в лесу против вооружённой пехоты им тяжело придётся. Ещё, наверное, лучники за деревьями стоят. Ну да ладно. Прорвёмся. В Ливонии да с крымчаками потруднее бывало. А сейчас и нахрапом можно взять. Разбойники все из смердов наверняка, привыкли барина слушать, сейчас задавлю их словами страшными, решил Бельский. А то ишь, засаду устроили, сброд дурной.
Но высказаться полностью у него не получилось.
Вперёд вышел мужик с тяжёлым взглядом, но улыбкой доброй. Седой, высокий, здоровенный, кафтан золотым поясом перетянут, в руке булава.
- Что же ты, Богдан Яковлевич, поклоны мне не бьёшь, к ручке не подходишь? - с очень недоброй ухмылкой спросил он.
- Кудеяр, - пробормотал Бельский. От такого и не уйти. Этим разбойникам никто не страшен. Наслышан про них царский слуга. Однако сдаваться не привык.
- Отдай мне Юрия Старицкого, и мы уйдём, - крикнул Бельский. - Зачем убивать друг друга, а ведь каждый мой боец двоих твоих стоит.
Чуть прищурился Кудеяр, посмотрел на Егора. Быстро подошёл к атаману Кирила, начал шептать на ухо. Тот вдруг улыбнулся прямо до ушей.
- Как я тебе его отдам? - сказал Кудеяр. - Он племянник мне по отцу. Хотя, можешь сам с ним потолковать. Отпустит он тебя, так уедешь, а нет, так прикопаем в лесочке.
Кто-то из дворян вдруг решился и молча послал коня вперёд, стремясь ударом сабли покончить со знаменитым атаманом. Но тут же свистнули две стрелы и всадник дёрнувшись от их ударов, завалился набок, сабля упала на траву. Выскочил разбойник в лохматой шапке, ухватил коня под уздцы и увёл в лес.
- Одного твоего уже зарыть придётся, - Кудеяр хлопнул булавой по ладони и посмотрел на Егора. Тот повёл плечами. Рядом с ним стоял невысокий худенький казачок. Вцепился он в рукав кафтана есаула. Да это Ирина Мстиславская! - догадался Богдан.
- Испугался биться со мной! - насмешливо сказал он. - Княжна твою кровь водицей развела! Иди бабьи тряпки стирать!
Дворяне за его спиной захохотали. Разбойники тоже начали ухмыляться. Смелый, бесстрашный до безумия Бельский начинал им нравиться. Егор угрюмо оскалился, снял руку Ирины со своего плеча и сделал шаг вперёд.
- Погоди брат! - Кирила вытащил саблю из-за пояса. - Он жену у моего брата убил. Так что позволь я разберусь.
Егор хотел что-то сказать, но не успел.
- Я и постарше тебя, - Кирила хмыкнул. - Не спорь.
- Так это ты мою сестру зарубил?! - вдруг взревел Костянтин, державший на руках маленького Дмитрия. Он передал ребёнка Яше Бусому и вышел вперёд.
- Ну, Богдан, молись! - Алябьев мрачно взглянул на Кирилу. - И я старше тебя! Так что не спорь.
Разбойники уже начали ставки делать, кто кого побьёт. Дворяне готовились к сшибке. Но тут заговорил Кудеяр.
- Я хозяин здешних мест! - он похлопал булавой по ладони. - И мне решать, как быть!
Осмотревшись, атаман упёр руки в бока.
- Богдан, если ты в бой пойдёшь один, отпущу твоих людей, только коней оставлю, - сказал он. - Если нет, то сразу и начнём.
- А с кем тут мне биться, Кудеяр!? - засмеялся нагло Бельский. - С купцом беглым? С разбойником морским, который баб ворует? Или с казаком, что кровь свою царскую изменой своему роду опозорил?
- Как опозорил? - напрягся Егор.
- Мария Ливонская, что позавчера люди Годунова на твоих глазах в рогожу закатали, да в монашки постригли, сестра твоя родная, младшенькая, - издевательски проговорил Богдан. - Продал ты родную кровь ради разбойников!
У Егора лицо закаменело, губы побелели от ярости и перекосились. Бельский подумал, что вот с ним сейчас и надо драться. В горячке бой держать не сможет.
- А тут мы сами разберёмся, - нахмурившись, сказал Кудеяр. - Это всё моя родня, и я решу, что и как будет. А так как ты бойца себе не выбрал, я назначу. Костянтин, чем биться станешь с царёвым слугой?
Алябьев вытащил из-под длинной полы кафтана свою широкую но коротковатую саблю.
- Согласен, Богдан? - крикнул ему Кудеяр.
Бельский презрительно усмехнулся и кивнул. Едва бывший пират сделал пару шагов вперёд, как Бельский ударом шпор кинул своего жеребца вперёд и незаметным быстрым движением выхватив из ножен свою турецкую саблю, обрушил её на голову Костянтина. Но рыжий хоть и был постарше многих здесь, но в боях побывал многих. Он не стал отражать удар, а ткнул острием в морду коня и отскочил в сторону. Жеребец встал на дыбы, заржал дико, а почуяв собственную кровь, начал биться и прыгать. У Бельского выпала сабля, он никак не мог утихомирить коня. Подбежали два разбойника, схватили за уздечку, и Кудеяр махнул Богдану рукой, дескать, слезай.
Делать нечего. Подобрал Бельский саблю и сразу атаковал Алябьева. Тут всё просто, клинок у него длиннее, значит, колоть издали. Но увёртывался рыжий. И сам даже нападал. Крутились они по поляне, Бельский норовил всё ближе к Егору подобраться. Вот и рядом почти они. Развернулся Богдан и со всего маха резанул наотмашь. Но Егора и стоявшую рядом с ним Ирину казаки, готовые к подлостям, быстро отдёрнули назад и тут же сабли свои выставили. Никто Бельскому пенять не стал, такие проделки в любом бою бывают, сами так делали казаки и разбойники. Дворяне сожалеюще качнули головами.
От пустого удара Богдана развернуло, он потерял из виду противника. А тот был уже рядом. Отведя назад руку, Костянтин пырнул врага в бок своей пиратской саблей. Захлебнулся Бельский от боли, скорчился, поднял лицо, глаза яростью горят.