Конни Уиллис – Грань тьмы (страница 109)
— Ну конечно, могли, но… — Старик пожал плечами, уже подходя к квартире с ключом в руках. — А вы, ребята, уверены, что все законно? Вот так врываться в чужую квартиру?
— Все в порядке, сэр. Вполне законно.
— Ну если вы так говорите…
Им не хватало времени, чтоб осматривать каждую квартиру, каждую комнату в мотелях. Они должны были действовать быстро и безошибочно. Так они и действовали.
Агент Карлос Мендес имел необыкновенно острое чутье на проволоку. А эта проволока была протянута открыто, так, что она сразу же бросалась в глаза. Обыкновеннейшая телефонная проволока. Свежеокрашенная под цвет обоев. Провод шел от окна, проходил за шторой, далее тянулся под ковром и исчезал в шкафу для белья. Убрав кучу махровых полотенец, Карлос Мендес увидел это. Интуиция не подвела его. Предупредив других, чтобы ни к чему не прикасались, Мендес снова проследил всю проводку в обратном направлении — к окну. Ясно, проволока служила приемной антенной. Бомба должна взорваться по радиосигналу.
Немедленно, через ближайшее отделение ФБР, в Пентагон было отправлено экстренное сообщение. Все команды обслуживания ядерного оружия находились в состоянии боевой готовности. Группа специалистов была доставлена на небольшом реактивном самолете из Эглинской базы ВВС во Флориде; на аэродроме в Атланте их уже ждали вертолеты, которые приземлились на школьном дворе в четырех кварталах от злополучного дома, а оттуда они доехали до цели полицейскими машинами.
Молодой капитан, который собаку съел на обслуживании атомных бомб, пристально осмотрел металлический предмет.
— Она, куколка, — улыбнулся он другим.
В ответ не улыбнулся никто. Большинство присутствующих побледнели. От одной мысли, что они стоят возле атомной бомбы, всех их проняла дрожь. А эта к тому же была, наверное, на боевом взводе и в любую минуту могла взорваться.
Капитан засмеялся.
— Ну, чего загрустили, господа? Если я допущу ошибку, вы никогда про это не узнаете.
За пять минут он достал бомбу из шкафа.
— Объявляйте отбой, — сказал он с видимым облегчением. — Скажите всем, что мы выдрали у нее клыки. Теперь она безвредна.
— Мистер Винсент?.. Говорит Тэд Шарпс, Атланта. Не желаете ли хорошей вести для разнообразия?
— Не мешало бы.
— Мы нашли третью бомбу.
— Господи, — прошептал Винсент.
— Тут, в Атланте. Ваши люди были правы. Меблированная квартира, нанятая неделю назад. Теперь она безвредна.
— Благодарю, Тэд. Немного легче стало на душе.
— Что ж, осталось найти еще две.
— Вы уже сообщили?..
— Сейчас как раз передаем. Кое-кто чувствует облегчение и в Вашингтоне. Ибо пресса добивается крови Даулинга. Во время паники погибло порядочно людей, и газеты во всем обвиняют президента…
— При чем тут президент!
— Я знаю, но дело обстоит именно так. — Тэд Шарпс сделал паузу. — Боб, кажется, мы имеем ключ к поискам людей, которые наняли эту квартиру.
Винсент затаил дыхание.
— Этот старик, управляющий домом, обладает отличной памятью на людей. Нам надо искать супругов средних лет.
— А приметы?
— Они у нас есть. У мужа лицо побито оспой, а на левой щеке тонкий шрам, хорошо заметный. Управляющий заметил и еще кое-что. Он это назвал гусиными лапками.
— Гусиными лапками? Не понимаю.
— Спросите у своих приятелей — военных. Они знают. Это характерные признаки пилотов, которые летают в открытой кабине. Им приходится щуриться от солнца и ветра. Отсюда те морщинки в уголках глаз, по которым можно узнать летчиков-истребителей еще пропеллерной авиации.
Надежды Винсента успели за короткое мгновение и взлететь до небес, и снова упасть на грешную землю. Пользы от этого не так много. А впрочем…
Тэд Шарпс, видимо, прочитал его мысли.
— А знаете, кто теперь летает с открытой кабиной? Пилоты сельскохозяйственной авиации и трюкачи. Мы уже поставили всех на ноги, чтоб выяснить его личность. Буду держать вас в курсе.
— ФБР. Дженкинс.
— Мистер Дженкинс, слушайте меня внимательно. Я должен….
Дженкинс молниеносно дал сигнал на поиск телефона.
— …для вас сообщение, которое я повторю только один раз. Поняли?
— Одну минутку, пожалуйста. Я только возьму карандаш и…
— Никаких штук. Если через двенадцать часов, начиная с этой минуты, Дэвид Силбер еще не вылетит из страны со всеми указанными ценными бумагами, вы потеряете один город. На имя Силбера заказан билет в компании «Пан Америкэн», рейс девяносто четыре. Он должен вылететь из Сан-Франциско ровно через двенадцать часов. Запомните: или Силбер вылетит этим рейсом, или погибнет город.
Телефон отключился.
Звонили из городка Гранд-Рэпидс, штат Мичиган. Но откуда именно? Чтобы это выяснить, необходимо шесть минут. И когда агенты ФБР примчались к телефонной будке, она уже давно стояла пустая.
— А, чтоб его! Дайте-ка мне Боба Винсента. Он сейчас в Сан-Франциско…
Боб Винсент положил трубку. Ничего не скажешь, они действуют наверняка. Даже если бы мы не поверили Силберу, то должны поверить им. Винсент побледнел: дальше ждать невозможно. Он предчувствовал, что достаточно им задержать Силбера — а для него в самом деле было забронировано место на девяносто четвертый рейс «Пан Америкэн», как на этот раз «зрелище» произойдет в центре большого города. Он долго боролся с противоречивыми чувствами, которые терзали его сердце, но выхода не было.
Им придется освободить Силбера. Но согласится ли правительство выплатить сто миллионов долларов?
В конце концов решение принимать не ему.
Зазвонил телефон.
— Мистер Винсент?
— Да. Я слушаю.
— Мистер Винсент, с вами будет говорить президент. Одну минуту, сэр.
Он затаил дыхание.
— Мистер Винсент, говорит президент Даулинг.
— Слушаю, сэр.
— Государственные ценные бумаги и другие документы, которые потребовали как выкуп, находятся на пути к вам, мистер Винсент.
— Да, сэр.
— Когда вы получите их, мистер Винсент, вы все проверьте в присутствии двух свидетелей.
— Да, сэр.
— Убедитесь, что они там в полном комплекте.
— Да, сэр.
— Когда убедитесь, что все в порядке, передайте бумаги Силберу.
— Да, сэр.
— Освободите Силбера — и немедленно.
— Да, сэр.
— Не выпускайте его из вашего поля зрения. Я хочу, чтоб вы лично сопровождали его в аэропорт и сами посадили его в самолет.
— Да, сэр.
— Для его охраны посадите в тот же самолет двоих ваших лучших работников. Они должны быть при нем, пока он целым и невредимым не прибудет в Лиссабон. Вам все ясно, мистер Винсент?