Конни Мейсон – Золотая лихорадка (страница 67)

— Ты собираешься позволить Чейзу удочерить Бет? — невинным голоском спросила она, по-прежнему пребывая в неведении относительно того, кто настоящий отец малышки.

— Ему незачем ее удочерять, — тихо проговорить Скотт. — Бет — дочь Чейза и никак не может быть моей, потому что Мэгги никогда не изменяла своему мужу, даже тогда, когда они еще не были женаты. Она любит его с первой их встречи, и если Чейз думает иначе, то он глубоко ошибается. Его ревность совершенно необоснованна.

Вирджи уставилась на Скотта, словно видела его впервые. Он такой добрый и, пожалуй, даже красивей Чейза. И как это она раньше не подумала о том, какой прекрасной они со Скоттом будут парой. За последние несколько недель они очень сблизились, и Вирджи были приятны его разговоры и… его поцелуи.

Чейз испытывал примерно те же чувства, что и Вирджи. Хлопнув по плечу Расти и чмокнув в щеку Кейт, он подошел к «треклятому коннику» и проговорил:

— Гордон, я должен извиниться перед тобой. — Гордость — горькая пилюля. Благодарю тебя за ту помощь, которую ты оказал Мэгги в прошлом. Знай, ты всегда будешь желанным гостем в нашем доме.

Мужчины пожали друг другу руки. Может быть, близкими друзьями они и не станут, но все же начало положено.

— А что касается тебя, — прорычал Чейз, поворачиваясь к Вирджи, — то твои интриги стоили нам с Мэгги долгих недель разлуки и страданий. Ты знаешь, о чем я говорю.

— Чейз, что ты имеешь в виду? — обеспокоенно спросила Кейт. Ей не хотелось верить в то, что ее племянница способна на какую-то подлость.

— Постой, Чейз, — вмешался Скотт. — Прежде чем ты ответишь, я хочу сделать объявление.

За два месяца он неплохо узнал Вирджи и пришел к выводу, что она хорошая и милая в основе своей девушка, просто направленная не по тому пути. Рано лишившаяся родителей она могла полагаться только на себя, свою ловкость и сообразительность. Но если дать ей шанс, то Вирджи станет такой женщиной, которой любой мужчина может гордиться.

— Вирджи согласилась стать моей женой, — продолжил он, шокируя всех своим заявлением. — Я решил купить землю в Монтане и осесть здесь. Мне нравится этот штат.

Кейт, удивленная, но довольная, перевела взгляд со Скотта на Вирджи. Она знала, что Гордон долгое время был влюблен в Мэгги, но верила, что ее хорошенькая и упрямая племянница сумеет его удержать.

— Я очень рада этому, — сердечно сказала она. — Своих детей у меня нет, и я люблю Вирджи, как родную дочь. Береги ее, Скотт, она еще такая молоденькая.

— Желаю вам обоим удачи, — сдержанно поздравил Чейз. — Вирджи — та еще штучка, но, думаю, ты с ней справишься.

— Чейз, — укорила его Мэгги. — Ну зачем ты так? Я уверена, что Вирджи уже сожалеет о том, что сделала. Желаю вам всего наилучшего, — сказала она, поворачиваясь к сияющей паре.

Вирджи, прильнув к руке Скотта, бросила на Мэгги благодарный взгляд. Ей действительно было стыдно за свое поведение, особенно теперь, когда в ее жизни появился такой необыкновенный, чуткий мужчина, как Скотт Гордон.

— Как скажешь, дорогая, — проворчал Чейз. Сердце его отнюдь не смягчилось, но он не хотел расстраивать Кейт. Да и что толку во взаимных упреках? Теперь они с Мэгги вместе, а о Вирджи пусть беспокоится Скотт. Ух и хлебнет же он горюшка с маленькой ведьмой!

Этот день в жизни Мэгги оказался самым счастливым. Иранга не зря провела столько времени на кухне, стол просто ломился от всяческих яств. Совершился трогательный обмен подарками, были пропеты гимны, а потом честная компания уютно устроилась у камина, ведя неторопливые задушевные разговоры. В общем, все было как в настоящей рождественской сказке.

Разошлись уже за полночь. Войдя в спальню, Чейз загадочно улыбнулся и сказал:

— У меня тоже есть для тебя подарок, дорогая.

— О, Чейз, это нечестно, — запротестовала Мэгги. — Я ведь для тебя ничего не приготовила.

— Неправда! — решительно отверг ее возражения Чейз. — Ты подарила мне счастье спать с лучшим репортером и издателем штата. Я очень горжусь тобой, Мэгги.

— Значит, ты не будешь возражать против того, чтобы я возвращалась домой с вымазанными чернилами пальцами и тратила время на газету?

— Нет, если ты будешь возвращаться ко мне. А теперь закрой глаза, я хочу сделать тебе сюрприз.

Мэгги крепко зажмурилась и почувствовала, как что-то скользнуло ей в ложбинку между грудями.

— Открой глаза, — разрешил Чейз.

Мэгги повиновалась и в восхищении уставилась на отполированный золотой самородок, висящий на изящной цепочке.

— О-о-о, какая прелесть!

— Не прелестнее того места, на котором она покоится, — сострил Чейз. — Хочу, чтобы эта вещица всегда напоминала тебе о нашей жизни на Клондайке, о бесконечных месяцах снега и льда и тех трудностях, которые ты так мужественно переносила.

— Трудности да, но не забывай и о восторге, — напомнила ему Мэгги, и ее янтарные глаза затуманились от воспоминаний. — Ведь, кроме льда, был еще и восторг.

— Лед, восторг и самая замечательная женщина на свете. Только моя среди той замерзшей пустыни.

— Возвращайся в постель, любимый, — обольстительным шепотом позвала Мэгги. — Мы можем ощутить тот же восторг и здесь в Монтане. Мы одни, а за окном полно снега.

— А в нашей постели — восторга, — пробормотал Чейз, готовый любить Мэгги снова. И снова. И снова. Всегда.

Больше книг на сайте — Knigoed.net