Конни Мейсон – Золотая лихорадка (страница 24)

— Говори, Скотт, я все смогу перенести.

— На озере Тагиш найден мертвый мужчина.

— Кто он?

— Этого мы не знаем. При нем не было никаких документов.

— О Боже, — всхлипнула Мэгги. — Пусть он будет кем угодно, только не Чейзом.

— Он так много значил для тебя?

— Да.

— Не расстраивайся раньше времени, возможно, нашли Банди, а не твоего… друга, — предположил Скотт.

— Хорошо, если так, но где же тогда Чейз? Почему никто ничего не слышал о нем?

— Не знаю, Мэгги. Может быть, ты хочешь вернуться в Скагуэй? Я легко могу все организовать, но нужно поторопиться, скоро перевалы завалит снегом, и тогда отсюда уже не выберешься.

— Нет, Скотт, я решила ехать на участок. Я обязана сделать это ради Чейза, — твердо проговорила она. — Когда мы сможем отправиться? Или ты передумал?

— Нет, нет, что ты, — искренне запротестовал Гордон. — Лошадей я купил, можем выехать хоть завтра утром.

— Спасибо, Скотт, ты стал для меня настоящим другом именно тогда, когда я больше всего в этом нуждалась.

— Я всего лишь выполняю свою работу.

— Ты делаешь гораздо больше того, что входит в твои обязанности, и я ценю это. Так, значит, до завтра?

Теплую одежду, взамен утраченной, Мэгги уже купила, оставалось приобрести только кое-какие женские мелочи. Проведя пару часов в лавках, девушка возвращалась в гостиницу, как вдруг почувствовала, что за ней кто-то следит. Резко обернувшись, она никого и ничего подозрительного не заметила, но ощущение опасности все же осталось. Завернув за угол дома, Мэгги несколько минут выждала, а затем снова вышла на широкую улицу… И нос к носу столкнулась с Зиком! Развернувшись, она подхватила юбку и понеслась к полицейскому посту. Никому ничего не объясняя, Мэгги ворвалась в маленький кабинет Скотта и остановилась перед капитаном, дрожа, как осиновый лист.

— Мэгги, что случилось? — удивленно уставился на нее Гордон. — С тобой все в порядке?

— Я видела его, Скотт! — выпалила она. — Я только что видела Зика, он в городе.

— Успокойся, кого ты видела?

— Зика. Одного из напавших на нас с Чейзом бандитов. Не знаю, как ему удалось выбраться с острова, но он в Доусоне.

— Когда ты его встретила?

— Несколько минут назад. Мне кажется, он сладил за мной.

Скотт вышел из-за стола, обнял девушку и нежно прижал ее к своей груди. Она выглядела такой испуганной и беспомощной, что ему хотелось защитить ее от всего на свете. Мэгги понимала, что он хочет лишь успокоить ее, но, когда объятия стали крепче, отстранилась и тихо проговорила:

— Скотт, не надо. Я благодарна тебе за все, что ты сделал для меня, но вряд ли смогу отплатить таким образом.

Лицо Гордона потемнело.

— Я не требую никакой оплаты и обнял тебя только для того, чтобы хоть немного успокоить. Если тебя это обидело, извини. Сейчас мы поедем в гостиницу, а затем я снаряжу всех своих людей на поиски Зика.

— Скотт, я…

— Все в порядке, Мэгги, правда. Мне давно следовало бы понять, что Чейз Макгаррет занимает особое место в твоем сердце. Но хочу, чтобы ты знала, я всегда буду рядом и никому не позволю тебя обижать.

Благополучно добравшись до своего номера, Мэгги разумно решила его больше не покидать. Вечером к ней зашел Скотт и сообщил, что Зика обнаружить не удалось. Мэгги это известие не очень расстроило: в конце концов, ей могло просто показаться, и за Зика она приняла ни в чем не повинного, похожего на него мужчину. Скотт, кстати, думал так же. Следующим утром они без помех выехали из Доусона и направились к золотым приискам.

Участок Чейза и Расти располагался на правом берегу ручья Гоулд Боттом, притока Эльдорадо. А Эльдорадо — приток Боканцы, которая в свою очередь являлась первым ответвлением реки Клондайк. Гоулд Боттом называли еще «сосунком» Боканцы, что на языке старателей означает приток притока. Участок, купленный Расти у разочаровавшегося старателя, был одиннадцатым по счету вверх по ручью и имел площадь в сто квадратных футов.

Уже наступили холода, и Мэгги, несмотря на теплую одежду, все время мерзла. Почти постоянно шел снег, а земля стала твердой, как камень. В пути журналистка ни на минуту не расставалась со своим блокнотом, занося в него свои впечатления. Особенно ее поразило обилие диких животных, которые, ничуть не боясь людей, выскакивали прямо на дорогу. В первый же день она увидела малыша-лосенка, чуть позже его отца, огромного лося, а уже вечером заметила, как из леса выходит пара прекрасных кареглазых оленей.

Путешествие было недолгим, и на исходе второго дня Скотт сообщил:

— Ну вот, Мэгги, мы почти на месте. Проехав мимо ряда хижин и палаток, они, наконец, остановились перед крепким деревянным домом, стоящим у самого ручья. На берегу возвышалась груда гальки, которая ясно говорила о том, что участок уже начали разрабатывать.

— Одиннадцатый Верхний, мисс, — торжественно провозгласил Гордон, помогая Мэгги спешиться. — Мы на месте, но меня беспокоит то, что из трубы не идет дым, — сказал он, указывая на дом. — Может быть, Купер уже уехал?

— Ты знаешь Сэма Купера? — удивленно спросила Мэгги.

— Да, мы встречались в Доусоне, еще до того, как Расти Рид нанял его присматривать за участком.

— Значит, ты знаком и с Расти! — обрадованно воскликнула она.

— Я знаю его, но не очень хорошо. Пойдем в дом, может, Сэм все-таки здесь и просто экономит дрова.

Скотт подошел к дверям и постучал. Никакого ответа. Он постучал сильнее — по-прежнему ничего. Чуть толкнув дверь и обнаружив, что она не заперта, капитан обернулся к Мэгги и предложил:

— Сначала я войду один, а ты пока подожди тут.

Девушка кивнула. Некоторое время она слышала только шаги Скотта, а затем раздался его голос:

— Мэгги, можешь войти.

Она остановилась у порога, давая глазам привыкнуть к тусклому свету, проникающему через единственное маленькое оконце, и лишь минуту спустя разглядела закутанного в одеяла мужчину, лежащего на койке в углу. Рядом с ним стоял Скотт.

— Это Сэм Купер? — спросила Мэгги, подходя ближе.

— Да.

— Он жив?

— Да, он еще дышит.

Опустившись перед кроватью на колени, девушка болезненно сморщилась. Она увидела худого морщинистого старика со слипшимися, влажными от испарины волосами. Сэм явно температурил, и дыхание со свистом вырывалось из его легких.

— Ему нужен врач, — сказала Мэгги, поднимаясь на ноги.

— Да, но где его здесь взять?

Не успел он договорить, как старик открыл глаза. Изумленно глядя на Скотта и Мэгги, он с трудом выдохнул:

— Кто вы?

— Капитан Гордон, королевская конная полиция Канады, и Мэгги Эфтон, репортер из Сиэтла, — ответил Скотт. — Давно вы в таком состоянии?

— Хвораю с лета, но все время был на ногах, а вот неделю назад слег. Можно мне водицы чуток?

Мэгги немедленно подскочила к ведру, налила в жестяную кружку воды и поднесла ее к губам Сэма. Сделав несколько глотков, старик закашлялся и едва отдышался после жестокого приступа. Скотт поправил ему подушку, а затем незаметно взял девушку за локоть и отвел к противоположной стене комнаты.

— Воспаление легких, — угрюмо констатировал он. — Перевозить его сейчас нельзя. Дорога долгая и тяжелая, он умрет, не доехав до Доусона.

— Ты прав, — согласилась Мэгги. Она поняла это сразу, как только увидела Сэма, и тогда же приняла решение: — Скотт, раз бедняга не в состоянии путешествовать, позволь мне остаться с ним. Я буду хорошей сиделкой и останусь здесь до тех пор, пока он не поправится.

— Я, конечно, восхищен твоим мужеством, Мэгги, но это, прости меня, полная нелепость. Ты не можешь тут остаться и не заговаривай больше об этом, — категорично заявил Гордон.

Мэгги вздохнула. Подобные слова ей говорили уже не раз.

— Я достаточно взрослая для того, чтобы самой принимать решения, — спокойно произнесла она. — Ну что со мной может случиться? Еды у нас достаточно, вода рядом, а когда Сэму станет получше, мы сразу же вернемся в Доусон.

— Что может случиться! — воскликнул Скотт. — Господи боже мой, Мэгги, да ты даже не представляешь, сколько опасностей таит в себе Аляска. Может повалить сильный снег, и вы окажетесь замурованными в этом доме, как в склепе; может резко упасть температура, а гризли и волки! Об этих непрошенных гостях ты подумала? Я уж не говорю о двуногих, которые страшнее всех медведей, вместе взятых. Прошу тебя, Мэгги, будь же благоразумна. Давай-ка лучше укутаем Сэма и поскорее отправимся в Доусон. Думаю, он сможет удержаться в седле, если лошадь пойдет шагом.

— Не обманывай себя, Скотт. Ты прекрасно понимаешь, что дорога убьет его. И потом, что же будет с Одиннадцатым Верхним? Ведь участок останется совсем без присмотра.

— Да, тут ты права. Его вполне могут захватить и присвоить. Несмотря на то, что участок зарегистрирован, новые хозяева с легкостью докажут, что он был брошен.

— Ну вот! Значит, о моем отъезде не может быть и речи. Я буду жить здесь, пока не поправится Сэм или… пока не появится Чейз, — решительно проговорила Мэгги.

Капитан Гордон внимательно посмотрел на девушку и понял, что может спорить с ней до посинения, но все равно ничего не добьется. Мэгги Эфтон слишком упряма и горда, и… жаль, что она не принадлежит ему. Эта неожиданная мысль заставила Скотта невесело усмехнуться. Мэгги никогда никому не будет «принадлежать», она может быть партнером, товарищем, но имуществом — никогда.