Коллектив авторов – Только анархизм: Антология анархистских текстов после 1945 года (страница 44)

Вот в чём система делегирования, как предполагается, должна быть другой: если делегаты начинают обслуживать себя, а не тех, кого они представляют, их можно отозвать. Но на практике добиться этого непросто. Делегатам свойственно «бронзоветь», превращаясь в формальных представителей. Люди, избранные делегатами, вероятно, имеют значительно больше опыта и знаний, чем обыкновенный человек. Будучи однажды выбранными, делегаты получают ещё больше опыта и знаний, что избирателям преподносится в качестве их высокой значимости. Иными словами, ценой отзыва делегата будет потеря опытной и влиятельной личности.

Такие проблемы всплыли на поверхность в немецкой партии зелёных. Своих формально избранных представителей в парламент партия решила рассматривать как делегатов, установив жёсткие ограничения на срок их пребывания в парламенте. Этому воспротивились некоторые из избранных, кто смог, благодаря своей большой популярности, организовать собственные группы поддержки. Более того, с прагматической точки зрения те, кто проработал в парламенте, имеют опыт и хорошо знакомы электорату, что способствует лучшему продвижению «зелёного» дела. Таким образом, подход делегирования оказался под сильным давлением.

Фундаментальной проблемой системы делегирования является неравное участие. Не каждый может принимать участие в рассмотрении каждого дела. Эта проблема решается таким образом, что делегатов вовлекают в процесс принятия решений гораздо шире за счёт других. Затем такое неравное участие воспроизводится и защищает себя. Чем больше уровней оказывается у федерации, тем более серьёзной будет проблема. Федерации тоже не являются волшебным средством разрешения проблемы координирования в самоуправляемом обществе.

В этом кратком обзоре некоторых из наиболее известных альтернатив выборам, подразумевающих прямое участие, я сконцентрировался на их недостатках. Но у этого метода, как и у других, есть и немало сильных сторон, и их следует распространять как дополнения или альтернативы существующей системе. Система консенсуса существенно развилась за последние десятилетия в качестве практического метода принятия решений. Потенциал децентрализации бесспорно велик.

Моя цель – не отвергать эти возможности, а указать на некоторые проблемы, с которыми они сталкиваются. Наиболее серьёзную сложность представляет то, как обеспечить участие членов группы в рассмотрении широкого спектра вопросов, затрагивающих каждого. Как можно координировать (самоуправляемую) деятельность большого числа людей, не наделяя непомерной властью небольшие группы?

Джон Зубе выступает за «панархию», мирное сосуществование разнообразных методов образования добровольных ассоциаций⁴⁵. В таком же духе и демархия может рассматриваться как один из потенциальных вариантов организации общества с точки зрения всеобщего участия.

Демархия

Демархия основана на случайной выборке отдельных личностей для деятельности в группах, принимающих решения, затрагивающие конкретные функции и услуги, такие как дороги или образование. Забудьте о государстве, забудьте о бюрократиях. В полностью оформившейся демархии всё это будет заменено сетью групп, чьи члены выбираются случайно, и каждая из которых занимается конкретной функцией на конкретной территории. Наиболее яркое описание демархии приводится Джоном Бернхеймом в его книге «Возможна ли демократия?»⁴⁶.

Например, при населении от 10 000 до 100 000 человек должны существовать группы, занимающиеся транспортом, здравоохранением, сельским хозяйством, промышленностью, образованием, отходами, жильём, искусством и т. д. или же отдельными аспектами этих сфер, такими как железнодорожный транспорт. Каждая группа будет формироваться на основе случайной выборки из всех, кто добровольно согласится в них участвовать. Численность таких групп будет примерно io или 20 человек, они будут достаточно большими, чтобы в них присутствовали разные мнения, но и достаточно компактными, чтобы были возможны обсуждения лицом к лицу. Сами группы могут прибегать в своей работе к консенсусу, модифицированному консенсусу, голосованиям или иным процедурам ради выработки решений. Они могут обращаться за предоставлением документов, свидетельских показаний, опросов и любой другой информации, которую они хотели бы получить.

Поскольку не проводятся выборы и нет представителей, проблемы неравной формальной власти, бессилия избирателей, регуляции участия и тому подобные к демархии не применимы – по крайней мере в своём обычном понимании. Формальное участие вместо этого достигается посредством случайного отбора в «функциональные группы», а именно группы, занятые вопросами в конкретных ограниченных сферах. Случайный отбор для каждой группы проводится только среди пожелавших участвовать добровольно, так же как и политики должны быть добровольцами. Разница заключается в методе выборки: тут это случайный отбор, а не выборы.

Немногие станут добровольцами для участия в любой потенциальной группе. У большинства, вероятно, есть свои особые интересы, например почтовые службы, искусство, производство строительных материалов и оказание помощи людям с ограниченными возможностями. Такие люди могут стать добровольцами для службы в соответствующих группах, а также оказывать им услуги, комментировать политические решения и иным образом организовываться для продвижения одобряемой ими политики.

Демархия искусно решает проблему участия. Признавая невозможность каждого человека осведомлённо участвовать в решении каждого вопроса, она избегает всего, что могло бы напоминать орган власти, принимающий решения с далеко идущими последствиями по широкому спектру вопросов. Вместо этого у функциональных групп весьма ограниченная компетенция. Люди, более всего озабоченные каким-то одним вопросом, могут получить возможность повлиять на политику в этой области. Они могут оставить остальные вопросы на усмотрение других групп и людей, наиболее ими озабоченных. По сути, это процесс децентрализации при принятии решений на основе тематики или функции, а не географии или демографии.

Конечно же, оставляя принятие решений тем, кто наиболее заинтересован в соответствующей области, мы рискуем столкнуться с опасностями: эгоистичные группировки могут захватить власть и отлучить от неё всех остальных. Это обычно и происходит во всех типах организаций, начиная с правительств и корпораций, и заканчивая общественными движениями. Демархия справляется с этой проблемой посредством требования случайного отбора. Роль человека, официально принимающего решения, не может быть гарантирована никому. Более того, сроки функционирования строго ограничены, поэтому несменяемый руководитель или группировка просто не могут возникнуть.

Вырисовывается и ещё одна проблема. Не возникнут ли предвзятости в отобранных группах из-за того, что добровольно участвовать вызовутся только определённые люди? Не будут ли в большинстве групп, к примеру, доминировать белые мужчины среднего возраста? В этом не будет проблемы при условии надлежащего применения случайного отбора. К примеру, представьте, что для участия в группе из 10 членов при равном представительстве полов добровольцами вызвались 80 мужчин и 20 женщин. Тогда метод будет просто заключаться в случайном отборе 5 мужчин из 80 и 5 женщин из 20. Тем самым половой баланс в группе будет соответствовать всему населению, пусть даже степени добровольного участия и будут разными.

Что если люди не станут добровольно участвовать? Что если некоторые группы не наберут достаточно добровольцев для заполнения своих квот? В некоторых случаях это будет признаком успеха. Если то, как идут дела, приемлемо для большинства людей, то тогда не будет и особой необходимости становиться членом группы, принимающей решения. Напротив, в спорных сферах участие вряд ли будет проблемой. Если такие темы, как аборты или генная инженерия, вызывают страстные дебаты, то тогда озабоченные ими отдельные личности и группы сочтут для себя полезным рассказать об этих вопросах как можно большему количеству людей и побудить их участвовать в случайных выборках. В самом деле, любое непопулярное решение может мобилизовать людей участвовать в выборках. Более того, эти мобилизовавшиеся люди должны будут включать в себя разные категории: мужчин и женщин, молодых и пожилых и т. д. Как результат, в наибольшей степени участие и осведомлённое обсуждение будут присутствовать в сферах наибольшей озабоченности. В других же случаях большинство людей с радостью предпочтут предоставить решение этих дел другим.

Особый интерес представляют люди, попытавшиеся применить случайную выборку на практике. Нед Кросби основал Джефферсоновский центр исследования новых демократических процессов, где проводились практические эксперименты со случайными выборками граждан, из которых формировались «коллегии политических присяжных» для рассмотрения сложных политических вопросов⁴⁷. Похожие проекты предпринимались и в Западной Германии с начала 1970-х годов под руководством Петера Динеля в Университете Вупперталя⁴⁸. Группы случайно выбранных граждан, собранных для этих проектов, назывались «ячейками планирования». Эти ячейки занимались такими вопросами, как энергетическая политика, городское планирование и информационные технологии.