Коллектив авторов – Право на пиво (страница 38)
— Мисс Марпл, теперь, пожалуйста, вспомните, что вы делали с десяти вечера восьмого числа до восьми утра девятого?
Девушка на мгновение задумалась, провела своим язычком по губкам.
— Значит так. Вечером мы все, кроме господина Мюррея, сидели в баре, отмечали успешный выход из Гипера. К концу вечеринки, русский начал говорить мне двусмысленные комплименты. Он был явно не в моем вкусе — самоуверенный, красивый самец. Поэтому, сославшись на усталость, я решила уйти. Со мной поднялся и господин Пуаро, которому темп опустошения бара, заданный русским и ариаднским атташе был явно не по плечу.
— Вас не пытался провожать господин Гурский?
— Он сразу понял, что ему ничего не обломится. Кстати, поэтому, он так, наверное, и ведет себя со мной.
— Как?
— Нагловато, на грани хамства.
— Вернемся к тому вечеру мисс Марпл.
— Вместе с господином Пуаро мы вошли в жилой отсек. Там, у открытых дверей своей каюты, стоял господин Мюррей. Мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим каютам.
— Когда вы заходили в свою каюту, господин Мюррей продолжал оставаться в общем коридоре?
— Не знаю. Я привыкла, что мужчины мне смотрят вслед, а не наоборот, — девушка чуть заметно свела лопатки, отчего ее грудь сразу показала все великолепие пятого размера.
— Что было дальше?
— Около восьми утра, по общекорабельному звонку, я вышла из каюты и пошла на завтрак в кают-компанию. На выходе из жилого отсека меня обогнал робот господина Мюррея. А когда я дошла до кают-компании, то увидела там вас, господина Пуаро и робота господина Мюррея. Вот, в принципе, и все.
— Вам, больше нечего сказать следствию?
— Увы.
— Мисс Марпл, ваши показания будут тщательно проверенны. И если выяснится, что вы что-либо утаили от следствия, используя полномочия, данные мне Землей…
— Капитан, и не стыдно угрожать женщине, красивой женщине? — неуловимое встряхивание головой и водопад соломенно-желтых волос облил плечи женщины.
— Я не угрожаю, я предупреждаю.
— Я поняла. Ради Высшей Безопасности Земли, я, капитан Шерлок Холмс… и так далее… Эту формулу десятки раз произносили в фильмах супермены. Капитан, мне больше нечего сказать.
— Господин Бонд, Вы являетесь гражданином Ариадны, к тому же дипломатической персоной, поэтому вы вправе отказаться отвечать на задаваемые мной вопросы и требовать следователя Интерпола.
— Ну зачем же, — высокий, атлетического сложения, черноволосый мужчина, с красиво вылепленным аристократическим лицом, дружески улыбнулся Холмсу. — Я всегда рад помочь Земле решать ее проблемы, — улыбка стала еще шире.
— Господин Бонд, с какой целью вы прибываете на Ариадну. Ведь срок ваших полномочий в Совете Объединенных Планет еще не закончился.
— Меня вызвал Генеральный Министр.
— Господин Бонд, потрудитесь вспомнить, что вы делали с десяти вечера восьмого числа, до девяти утра девятого числа.
— Весь вечер восьмого числа я был в компании господ Пуаро, Гурского и очаровательной мисс Марпл. Примерно в полдвенадцатого ночи мисс Марпл и Пуаро отправились спать. А примерно в час ночи бар покинул и я.
— И куда вы направились.
— В библиотеку.
— В час ночи?
— По вашему логичней в час ночи с русским пить пиво? Захотелось посмотреть фильм.
— Какой?
— «Глубокая глотка», — Бонд извиняющимся движением развел руки, — на меня алкоголь всегда возбуждающе действует.
— Потом?
— Примерно в полчетвертого я отправился спать в свою каюту, где меня и обнаружил ваш молодой помощник.
— Вам больше нечего сказать?
— К сожалению, нечего.
— Что ж, можете идти, господин Бонд.
Атташе упруго встал с кресла и уже на выходе из кают-компании добавил, демонстративно взглянув на часы:
— Через семь часов мы будем на Ариадне, и тогда вам окажут помощь лучшие сыщики нашей планеты.
— Спасибо, господин Бонд, за ваше участие.
— Не за что, господин капитан.
— Ватсон, распечатка по работе электронных замков готова?
— Да, сэр.
— Так. И что же мы имеем. Каюта А1. Первый раз замок сработал в девятнадцать тридцать четыре. Открывали изнутри. Значится, господин Бонд, отправился в бар. Второй раз замок сработал в три тридцать семь. Господин Бонд после «Глубокой глотки» вернулся в каюту. Третье срабатывание в восемь пятьдесят семь — это он открыл тебе. Что имеем по библиотеке? Первое открытие в час десять. Снаружи. Второе — в три двадцать восемь. Изнутри. Как показал наш электронный доктор Айболит, Мориарти убили примерно в два-полтретьего ночи. Значит у господина Бонда алиби. Он в это время возбуждался другим.
Каюта А2. Замок сработал в три часа дня, восьмого. Снаружи. — Мориарти пришел с обеда. Затем только в полдвенадцатого ночи, изнутри — Мориарти буквально перед приходом мисс Марпл и Пуаро вышел из своей каюты. Затем в двадцать три тридцать две — профессор зашел в каюту и захлопнул за собой дверь. И вот в восемь часов семь минут — робот пошел сообщать в кают-компанию радостную в кавычках весть. А когда, спрашивается, вышел убийца?
— Сэр, а почему робот пошел сообщать о случившемся только в восемь утра, ведь убили-то профессора в два часа ночи.
— Это мы спросим у робота. А сейчас мы проверяем алиби пассажиров. Каюта В1. Открытие изнутри в двадцать десять — господин Пуаро понес свой желудок на издевательство в бар. В двадцать три тридцать, открытие снаружи — Пуаро вошел в свою каюту и тут же ее закрыл. Затем открытие изнутри только в восемь ноль две — Пуаро отправился в бар, где его буквально на пороге обогнал робот Мориарти. Что ж, получается и у Пуаро алиби. Когда убивали профессора, он дрых под возмущенный аккомпанемент своего желудка.
Каюта В2. Открылась в семнадцать пятнадцать восьмого февраля изнутри — господин Гурский отправился потрясать наш бар. В четыре ноль пять замок открыли снаружи — непобедимый русский ввалился в свою каюту.
Теперь по бару. Замок снаружи открывался в семнадцать двадцать — в бар ворвался Гурский, в девятнадцать сорок — бар облагодетельствовал господин атташе. Затем в девятнадцать пятьдесят пять — это очевидно мисс Марпл и, наконец, в двадцать пятнадцать — это пришел господин Пуаро. Теперь замок только выпускал — в двадцать три двадцать Пуаро и Марпл, в ноль часов пятьдесят одну минуту — господина атташе и в три пятьдесят одну — господина Гурского. Что ж и у этого парня алиби. Остается обворожительная мисс Марпл.
Теперь каюта ВЗ. Первый раз замок открылся изнутри в девятнадцать сорок девять — мисс Марпл пошла в бар. В двадцать три тридцать три замок открыли снаружи — мисс Марпл вернулась. Затем открытие каюты в восемь ноль пять — мисс Марпл отправилась завтракать в кают-компанию, где по пути ее обогнал робот Мориарти. Стопроцентное алиби.
Итак. Что же мы имеем? Профессора пассажиры убить не могли. Остаемся мы с тобой и роботы кают первого класса — Мориарти и Бонда.
— Но роботы убить не могут. Там такие блокировки…
— Знаю. Значит — только я и ты. Я в это время был в кабине управления. Покинуть ее, как ты понимаешь, я не мог — автоматика бы не позволила, — Холмс перевел взгляд на Ватсона.
— Кэп, это не я. — Помощник побледнел, глядя то на лицо капитана, то на его значок.
— Я знаю. Твоя каюта находится внутри кабины управления. Покинуть ее, не пройдя мимо меня, ты не мог.
— Точно, сэр, — парень облегченно улыбнулся. — Как это я сразу не допер.
— Тогда кто? А, Ватсон?
— Не знаю, сэр.
— Все те же пассажиры.
— Но у них же у всех алиби.
— Значит чье-то алиби дутое. А мы просто пока этого не видим. Зови робота Мориарти.
— Присаживайся… м-м-м, Сэм, — Холмс сразу не смог вспомнить, как зовут робота.
— Слушаюсь, сэр, — биоробот, с виду молодой, лет двадцати, черноволосый парень, одетый в голубую фирменную униформу, спокойно опустился в кресло.