Коллектив авторов – Полвека в Туркестане. В.П. Наливкин: биография, документы, труды (страница 40)

По заключению условий свидетели должны обратиться к продающему с вопросом «продали ли вы?» и к покупающему «купили ли вы?». Утвердительный ответ с обеих сторон, выраженный непременно в прошедшем времени, делает куплю и продажу совершившимися.

Однако же большинство этих, так же как и многих других, постановлений ислама соблюдается, особенно в настоящее время, очень редко, больше по наружности и тогда только, когда это почему-либо выгодно для одной из сторон.

Прежде, во времена ханов, соблюдение подобного рода положений религии было, правда, строже, но соблюдение это держалось только палкою.

Палка эта была двух родов: вещественная и нравственная. В лице первой являлся кази-раис, в лице второй – общественное мнение, над которым чем-то вроде дамоклова меча висел тот раис, а над ним самим – сонм книжников и фарисеев[356], о которых вкратце упомянем ниже.

На обязанности раиса (должность эта упразднилась с занятием ханства русскими) лежало главным образом наблюдение за правильностью весов и др. мер, за соблюдением жителями данного города постов, ежедневных молений-намазов (их 5) и правил мусульманской нравственности, а также и палочная расправа на месте преступления над провинившимся.

Вот тот краеугольный камень, на котором в течение веков держалось здание наружной нравственности и чистоты нравов и наружного же уважения к основам религии.

Стоило только выдернуть этот камень, упразднить раиса, и часть здания сама собой стала рулиться. На базарах воочию стали обмеривать и обвешивать[357]; куски материи стали делаться все короче и короче, а пьянство, проституция и индеферентные отношения к обрядам религии все шире и шире.

Выше мы упомянули уже о том, что при совершении торговых сделок религия советует торгующимся приглашать не менее двух свидетелей. Совет этот и по сие время исполняется туземцами самым тщательным образом. Не говоря уже о продаже гурта баранов, большой партии материи, участка земли, дома и пр. два-три, а иногда и четыре свидетеля нередко присутствуют при продаже лошади, коровы, теленка, барана или козы, играя в то же время и роль маклеров, устанавливающих цену и приводящих торгующихся к соглашению, за что они, маклеры (далял), получают шерикана, размеры которой от одной чеки доходят до нескольких рублей или даже десятков рублей.

Привычка к присутствию свидетелей-маклеров сделалась настолько велика, что нередко продажа не может состояться только за их отсутствием, благодаря которому обе стороны никак не могут сговориться.

На любом, в особенности же конном или бараньем, базаре вы всегда встретите нескольких сартов подозрительного вида, с хищным и в то же время несомненно голодным выражением лица. Снуя в толпе, они высматривают, не затевается ли где-нибудь торг, вырастают как из земли, не вмешиваются, а буквально врываются между торгующимися, уговаривают их прийти к согласию, которое для них, маклеров, во всяком случае не только выгодно, но и необходимо, дабы иметь возможность получить шерикана, подчас даже и выругают, если торг слишком затягивается, соединяют руки торгующихся воедино, произносят традиционные вопросы: «продали ли»? и «купили ли?», с несколько надменным видом получают три-четыре чеки гонорара и затем переходят далее, к другому теленку или к другой кобыле.

Есть артисты, для которых далялчилик (занятие подобного свидетеля-маклера) сделался почти профессией, по меньшей мере одним из вспомогательных средств существования. Иногда и жаль, и смешно смотреть на сарта, который отсчитывает чеки, часто не зная хорошенько, кому и за что, собственно, он платит, но в то же время нельзя отрицать и того, что ввиду приведенных выше мусульманских законоположений и народных привычек туземца, сложившихся под влиянием ислама, за далялем есть кое-что реальное, тем более что в случае нужды он не имеет права отказываться от безвозмездного отправления своих обязанностей как свидетеля[358].

Розничная продажа мяса, хлеба, овощей, обуви, материй и пр., цены на которые более или менее общеизвестны, производится всегда без посредников, ибо иначе это было бы уже чересчур отяготительно.

Туземных общественных кредитных учреждений не существует. Все операции этого рода находятся в руках частных лиц, по большей части ростовщиков сартов же и индусов. Последние в числе 5-10, а иногда и более, человек имеются в каждом из местных городов и промышляют здесь исключительно ростовщичеством.

Коран относится к этой профессии крайне неодобрительно, но жизнь берет свое, и лихва-сюд взимается ростовщиками в громадных процентах[359].

Ростовщические операции ведутся преимущественно на деньги и на зерновой хлеб; очень нередко, особенно в городах, под залог вещей. Индусы оперируют исключительно на деньги, причем на каждые 16 тенги = 3 р. 20 к. в течение 20 недель берут 4 тенги = 80 к. процентов. Уплата производится еженедельно в размере одной тенги = 20 к.; таким образом, в течение 20 недель выплачиваются и капитал и проценты.

Сарты при мелких займах с каждой тилли = 3 р. 80 к. в месяц берут по ½ тенги = 10 к. При крупных займах на год вместо взятых четырех тиллей возвращается пять или вместо взятых пяти возвращается шесть.

Беспроцентные займы между знакомыми и родственниками бывают, конечно, но сравнительно очень редко.

Замечательно, что прежде, это помнят люди, которым теперь 40–50 лет, при заключении большей части долговых обязательств расписка давалась не должником заимодавцу, а, наоборот, заимодавцем должнику.

В подобного рода расписке писалось: такой-то должен мне, такому-то, столько-то; проценты и срок уплаты такие-то.

Сама расписка до уплаты долга находилась в руках должника как обеспечение в том, что с него не будет взыскано больше того, что он должен в действительности.

Религия и духовенство[360]

Как оседлое, так равно и кочевое население Ферганы исповедует мусульманскую религию суннитского толка, секты ханафия, или азами[361].

В основании мусульманской религии, как известно, конечно, читателю, лежит Коран, заключающий в себе 114 глав разной величины, из коих каждая состоит из большего или меньшего числа стихов[362].

Так как Коран писался Магометом в разное время и несомненно под различными впечатлениями, то не только между отдельными главами, но даже и между стихами одной и той же главы очень часто нет никакой логической связи; вместе с тем названия отдельных глав по большей части очень странные, никогда почти не соответствуют содержанию последних.

Кроме того, некоторые из последующих стихов являются противоречием соответствующим им предыдущим, что заставило пророка сделать оговорку: «Когда Мы отменяем какое-либо знамение или повелеваем забыть его, тогда Мы даем другое, лучшее того или равное ему» (Коран. Глава 1. Ст. 100[363]).

Чрезвычайная сжатость изложения Корана послужила причиной того, что применение его к жизни вызвало необходимость разъяснения массы затрагиваемых им вопросов.

Разъяснения эти, делавшиеся разными представителями мусульманской науки, начиная с первых халифов[364], по большей части записывались и впоследствии были сведены в книги, носящие в настоящее время общее наименование шариата, что в переводе с арабского языка означает – прямой путь.

Провозглашенные Кораном главнейшие, основные догматы религии суть:

1) Единобожие, отрицание идолопоклонства и Троицы.

«…не допускайте каких-либо божеств, равных Богу…». Глава 2. Ст. 20.

«Бог ваш – Бог единый: нет другого Бога, кроме Его, милостивого, милосердного». Гл. 2. Ст. 158.

«Читающие Писание! не допускайте излишества в вашу веру;…Мессия Иисус сын Марии, есть только посланник Бога, есть слово Его, низведенное Им в Марию, есть дух Его. Веруйте в Бога и в посланников Его, и не говорите: троица…не может быть, чтобы у Него были дети…» Глава 4. Ст. 169.

«Не может статься, чтобы Мессия считал для себя унизительным быть рабом Богу, как и приближенные к Нему ангелы». Гл. 4. Ст. 170.

2) Магомет последний и высший пророк. (Печать пророков).

Магомет “не есть отец кому-либо из вас; но он только посланник Бога и печать пророков“. Глава 33. Ст. 40.

“Прежде тебя (Магомета. – В. Н., М. Н.) ни одному человеку Мы не давали вечной жизни; потому, если ты умрешь, то ужели им быть бессмертными?“ Глава 21. Ст. 35.

“Я (Магомет. – В. Н., М. Н.) такой же человек, как и вы: мне открыто, что Бог ваш единый Бог“. Глава 18. Ст. 110.

3) Признание Корана последним и наисовершеннейшим откровением Божиим, причем не отвергаются как книги Ветхого Завета, так равно и Евангелие.

„Это писание, нет сомнения в том, – есть руководство благо-честивым“. Глава 2. Ст. 1

“Скажи: его (Коран. – В. Н., М. Н.) свыше ниспослал Тот, кто знает тайны на небесах и на земле“. Глава 25. Ст.7.

“Мы уже дали Моисею Писание; вослед за ним Мы велели идти другим посланникам; потом Иисусу, сыну Марии, Мы дали ясные указания…“. Глава 2. Ст.81.

„По их стопам следовать велели Мы Иисусу, сыну Марии, подтвердившему то, что пред ним было в Законе, и Мы дали ему Евангелие; в нем правота и свет…“ Глава 5. Ст. 50.

“…дали ему (Иисусу. – В. Н., М. Н.) Евангелие; в сердца последователей его Мы вложили добродушие и сострадание…“ Глава 57. Ст. 27.

4) Бог управляет миром и судьбою человека.

„Слава Богу, Господу миров…“ Глава 1. Ст. 1.