Коллектив авторов – Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА VI (страница 7)

– В пропасть!

Виктору Скайклиффу не пришлось повторять дважды свои слова – вышколенные солдаты все прекрасно поняли с полуслова. Двигающиеся в среднем ряду автоколонны два танка дружно выполнили маневр с небольшим поворотом и аккуратно начали сталкивать горящие машины к краю моста. Раненые и уцелевшие солдаты кучками и поодиночке выбирались из двигавшихся к пропасти танков. Сзади что-то кричали бегущие за автоколонной тяжеловооруженные пехотинцы. Быстро и четко – вот как выполнен был маневр хорошо обученного войска. Благодаря крайнему левому ряду танковая автоколонна не сбавляла хода, несмотря на уменьшавшуюся скорость движения.

– Воздушная атака! – различил Скайклифф голоса своих воинов, когда позади него восемь летающих биороботов разносили пулеметными очередями оборону пехоты.

Магические полущиты на груди, спине и плече правой руки не спасали солдат от прошивающих броню пуль. Очевидно, оружие биороботов тоже несло в себе частичку техномагии, причем далеко не рунической. И командиру южного прорыва следовало что-то делать, прежде чем летающие единицы армии Зайдера лишат его войска солдат.

– Огонь по неприятелю! – отдал приказ командир, и тут же думающие в унисон со своим командиром наводчики и стрелки выпустили в сторону заходящих на повторный заход биороботов кучный залп пуль и снарядов.

Четыре летающие машины, похожие на стрекозу размером с крупную лошадь, взорвались красивыми яркими вспышками сине-зеленых огней.

– Прими их с миром, Техноматрица, – произнес Виктор вслед падающим обломкам. Может, это было и глупо – жалеть биороботов врага, но командир так не считал, поскольку эти создания обладали разумом и, возможно, своеобразной душой.

– Нам нужно не сильно отрываться от пехоты, – подал свой голос водитель командирского танка.

Только сейчас Виктор понял, что его автоколонна не стоит на месте, как мишень в тире, в то время как оставшиеся пехотинцы прочно завязли в боях с биороботами и уже ведут масштабные боевые действия.

Танки, поврежденные первым залпом птицероботов, уже благополучно летели на дно пропасти, а вот находящийся внутри них боезапас детонировал в самый неподходящий момент – когда горящие танки находились близко к опорам моста.

– Четыре вражеских птицеробота сбиты точными попаданиями солдат тяжелой пехоты, – прозвучало по рации.

– Штурмовать препятствие! – тут же отдавал новый приказ Скайклифф. – Теперь от нашей скорости зависит успех всей операции!

Приказание командира было встречено одобрительными выкриками. Шесть «Рафаэлей» успели вслед за машиной командира проскочить опасный участок моста, на котором опоры грозились обрушиться в пропасть. Дорожное полотно из вязкого асфальта извивалось угрем под гусеницами следующих за командиром машин. Виктор Скайклифф слышал в своем наушнике отборнейшие ругательства экипажей машин, чьи гусеницы завязли в мягкой базальтовой каше. Раздался треск, вслед за ним человеческие вопли и череда взрывов.

– Солдаты Демоксии!

– Разворачивай орудия!

– Неприятель обошел нас с тыла! – гул солдатских воплей не желал смолкать, особенно когда неожиданно появившийся неприятель начал вести открытый огонь из переносных тяжелых ракетниц. Отважные солдаты повстанческой армии пытались заслонить летящие в сторону танков ракеты своими телами. Но все усилия оказались напрасными. Трехступенчатая боеголовка ракетных снарядов, снабженная сверхбыстрым сверлом, в секунду пробивала корпус двадцатитонных «Рафаэлей». Тела несчастных солдат, встававших на линии огня, тем более не представляли препятствий для ракетных снарядов. Как нож сквозь сливочное масло, ракеты пролетали сквозь людскую плоть, оставляя в телах большие отверстия. Хорошо спланированная атака неприятеля была проведена с мастерским расчетом. Вот что бывает, когда разведка дает неточную информацию о состоянии сил противника. По плану Скайклиффа его армия должна была танковыми силами пробить главные ворота Алдоранга, расстрелять пушки дистанционной и ближней обороны, а также по возможности провести залп по крепости Зайдера и внутренним стенам Алдоранга. Пехотинцы в тяжелой броне должны были зачистить поврежденную территорию и вступить в затяжной бой с ворманами Зайдера.

Но не все прошло так гладко: неучтенный в плане налет авиации загнал в ловушку основную часть армии, подорвав две опоры моста и образовав на пути танков пятнадцатиметровую пропасть. А теперь позади пехоты появились новые силы Зайдера. Причем именно позади. Теперь танки не могли точно взять прицел из-за плотного скопления людской массы и дальности прицельного расстояния, и раздавить врагов гусеницами тоже не представлялось возможным, поскольку этому мешала собственная пехота, идущая сейчас лицом к лицу с врагом. В последних рядах пехоты повстанцев возникли рукопашные бои с прибывшими на мост солдатами Демоксии. Сине-голубоватые цвета доспехов повстанцев колоритно смотрелись на фоне напирающих с тыла монстров в серых доспехах с примесью оранжевого. Серые головы рыб-латигеров, рычавшие в подбадриваемом крике, часто показывали свой голос. Призванные с помощью магии в службу своим солдатам эти создания Нижнего мира покоились на широких черно-оранжевых четырехстворчатых погонах краснокожих людей-ящеров. Четырехлезвийные топоры Сил Потрошителя и двухметровые Горящие Мечи Пламени легко и быстро прорезали броню повстанческой пехоты. Щиты, укрепленные защитой черепахи, не смогли противостоять заговоренным орудиям ближнего боя, тем более что офицеры Демоксии, громящие южную часть армии повстанцев, имели на лезвиях своих орудий больше одной руны Трехглавой Гидры – магического знака нижних и верхних миров, многократно усиливавшего силу удара и степень поражения несущего лезвия. Реки крови, затопившие ряды повстанческой армии, вперемешку с отрубленными частями тел, текли под ногами армии мутантов. Не прошло и минуты боя, а в рядах оборонявшихся повстанцев были сотни мертвых солдат. Двадцатитонные «Рафаэли» пылали разноцветными огнями, как кошмарные факелы. Двадцать две тяжелые машины остались зажатыми в капкан, из которого не виделось выхода. Ракетные расчеты Демоксии корректировали траектории залпа, который должен был стать последним.

– Заряжай!

Выстрел по параболической траектории, произведенный пока что еще целыми «Рафаэлями», имел мало шансов на успех, тем более что до ракетометчиков все равно было не достать в условиях горящих впереди машин и дерущейся массы солдат. Но атака произвела должный эффект, позволив повстанческим солдатам продержаться еще какое-то время. Произведенный залп из восьми орудий попал в самую гущу рвущихся в ближний бой мутантов Демоксии. Теперь уже град серо-оранжевых тел слетал в пропасть. Разрывные снаряды вперемешку с напалмовыми головками отбросили армию мутантов на добрый десяток метров назад. Объятые синим пламенем горящих химикатов краснокожие мутанты, держась за поврежденные конечности, изо всех сил старались удержаться в строю, но шлейф взрывной волны сметал их в пропасть. Секундное превосходство дало повстанцам время на составление прочного оборонительного порядка. Солдаты вовремя нацелили свои тяжелые переносные пушки с кассетными плазменными зарядами. Шквальный огонь со стороны оборонявшихся прорубал брешь в строю краснокожих мутантов. Выпущенные арьергардом мутантов ракеты взорвали последнюю восьмерку «Рафаэлей». У повстанцев оставалось еще полторы тысячи человек. И каждый из этих бравых воинов был готов к отличной огневой обороне. Кипящая кровь горящих мутантов в простреленных доспехах щедро поливала асфальтовое дорожное полотно каменного моста. Южная армия барона лишилась танков и потеряла половину своих солдат, а вот треть армии все еще оставалась в живых и отчаянно боролась за свою победу.

Медленно, шаг за шагом пехотинцы ополчения продвигались в сторону армии Зайдера, отступая от заготовленных планом событий. Но отходили солдаты не просто так: тяжелые пулеметы мутантов не оказывали должного воздействия на броню пехотинцев барона. Металлические пули в большинстве случаев просто отскакивали от амуниции повстанцев, в то время как раскаленные частички плазмы и металлические наночастички находили брешь в драконидовых сероватых доспехах врага. Объятые пламенем мутанты Зайдера имели уязвимые места в своей броне в местах суставных сочленений на шее, животе и спине – именно туда затекала раскаленная масса плазмы.

– Держать оборону! – раздался клич в армии Демоксии, брошенный одним из наступавших в первых рядах.

– Танки! – тут же прозвучал ответный клич в рядах повстанцев.

И словно демокоты из огня Нижнего мира, на ряды пехотинцев барона обрушилась масса пятнадцатитонного механизма под названием «Сколопендра». Имеющий восемь шарообразных колес из прочного и тяжелого полимера, десятиметровый танк «Сколопендра» со скоростью пули ворвался в ряды повстанческой пехоты, подминая под себя тела сопротивляющихся пехотинцев. Выдвигающиеся на поверхности полутораметровых колес мелкие и крупные шипы превращали попадавших под танк пехотинцев в кровавую кашу, перемалывая с одинаковой легкостью кости и доспехи. Повинуясь чьему-то приказу «окружить!», пехотинцы барона тут же обступили танк со всех сторон. Кто-то приготовил для длинного танка магнитную мину, но поставить опасный снаряд так и не успели: из борта танка выдвинулись стволы двадцатимиллиметровых пушек, и «Сколопендра» открыла кучный огонь с четырех сторон по всем окружившим её солдатам.