Коллектив авторов – Петр I (страница 101)

В Московии очень мало городов, но много лесов и пустошей, и наибольшая часть страны неплодородна или, вернее, не обработана. Одна из главных причин сего заключается в том, что война привела к обезлюдению, а сохранившееся население настолько порабощено чиновниками, что не имеет никакого побуждения к труду и занимается лишь поддержанием своего существования [день ото дня]. Точно так же, как цари присвоили себе власть по малейшим поводам отбирать земли у бояр, так и сии последние почитают себя вправе делать то же самое с крестьянами, которые вследствие сего не хотят работать и получать доходы. Если каким-либо образом среди них и находится кто-нибудь, скопивший благодаря своему трудолюбию некие деньги, все равно страх перед господином вынуждает прятать их в землю, и они остаются совершенно бесполезными для него. С другой стороны, дворяне, ограбив крестьян, опасаются показывать сии богатства при дворе и чаще всего оставляют их гнить в сундуках или же отправляют в банки Венеции, Лондона и Амстердама. Таким образом, деньги прячутся и дворянами и крестьянами и, не поступая в обращение, не приносят для страны никакой пользы. Царю советовали отменить рабство, в коем пребывают его подданные, однако дурной нрав московитов, которые могут управляться одним лишь страхом, послужил достаточной причиной для отказа от сего предложения.

Оказавшись в Московии, я предпринимал немалые, но бесплодные усилия, дабы получить достоверные сведения о доходах царя, пока наконец с помощью друзей не проник в сию тайну, и намерен сообщить читателю все сведения, до сего относящиеся, за время от 1714 до 1717 года. Сего вполне достаточно для ясного понятия о нынешнем положении сей могущественной империи. Доходы, поступающие царю из всех провинций, разделяются на три рода: личная служба, поставки товаров и деньги. К служилым людям относятся:

1) Казаки, обитающие между Танаисом¹⁵ и Днепром (Борисфеном) ниже порогов, отчего они и называются запорожцами, которые в прежние времена находились под властью поляков, но, чувствуя себя угнетенными, подчинились сначала туркам, однако не найдя в этом ничего лучшего, предались под покровительство царя Алексея. Это произошло по совету их гетмана Дорошенко, чьи потомки ныне относятся к числу самых знатных фамилий.

2) Калмыки также обязаны поставлять царю войска, но используются лишь в редких случаях, поелику при таковых оказиях им нужно давать некоторые субсидии, а оные, согласно подсчетам министров, превышают получаемую от них пользу.

3) Подвластные царю татары, которые также должны являться верхом по первому приказу. Прежде их использовали только на войне, а теперь принуждают ко всяческим иным работам.

4) Рекруты, кои поставляются царю безвозмездно и в нужном для него числе. Прежде, когда еще не было регулярных полков, набор рекрутов производился крайне беспорядочно. За некоторое время до начала кампании военный министр направлял полковникам списки деревень, откуда им надлежало брать для себя солдат, и таким образом военные лагеря наполнялись отбросами рода человеческого, ибо офицеры заботились более о собственной выгоде, нежели об интересах своего монарха. Они пользовались природным отвращением московитов к войне и отсутствием проверок, которые могли бы обнаружить их самоуправство. Однако с тех пор как царь совсем по-другому устроил свое войско, сии злоупотребления были отчасти исправлены: поелику в народе не находилось волонтеров, он издал регламент о рекрутах. Теперь Сенат распределяет сию повинность по губерниям в соответствии с пространством их юрисдикции. Затем каждый губернатор производит расклад по селениям, таким образом, что с 40, 50 или даже 20 берется один человек, и сих рекрутов они должны доставить в Москву или к иным местам сбора, откуда их везут, связанными попарно, в Петербург или же непосредственно в армию. Считается, что каждый год поступает 20 тысяч рекрутов; сие вовсе не удивительно, учитывая обширность царских владений и особливо жалкое содержание армии, соответствующее обыденной жизни московитов. В первые годы службы голод и холод убивают больше солдат, нежели действия неприятеля. В начале нынешней войны, после разгрома московитов под Нарвой, и при других подобных оказиях наборы производились даже среди дворянской прислуги, каковая по обыкновению старых московитов может насчитывать до четырех или пяти сотен в одном семействе; из них брали четвертую или пятую часть. Но поелику теперь для армии уже нет подобной нужды в рекрутах, сие было отменено, хотя и без какого-либо правительственного о том оповещения.

5) Матросы набираются почти таким же способом. Сначала их брали только из побережных провинций, таких как Архангельская и Казанская губернии, или по берегам Ледовитого моря, где добывается из морской воды соль, которая выпаривается на огне, благодаря изобилию лесов. Издревле сии люди использовали лодки, сшитые из шкур, но как только они научились строить деревянные суда, их всех перевели в Петербург, что уничтожило солеварни, и царю пришлось ввозить соль из чужих краев, отчего значительно возросли расходы. Ныне, когда еще более увеличилась потребность в матросах, самые дальние губернии также должны поставлять рекрутов, коих берут даже из тех рудокопов, кои работают там с молодых лет. Сии несчастные непривычны к морскому воздуху и мрут от болезней, но еще более от предрассудков, не позволяющих им нарушать продолжительные посты. Более всего на свете царь любит свой флот и прилагает все мыслимые и немыслимые усилия для снабжения оного всем необходимым. Если рекрутские наборы в сухопутное войско предоставляются попечению губернаторов, то по отношению к матросам сие доверяется только гвардейским офицерам Преображенского и Семеновского полков, каковым дается собственноручный царский рескрипт с полномочиями на любые действия даже против воли губернаторов.

6) Московиты обязаны посылать царю всякого рода работников: черепичных мастеров, каменщиков, плотников, кузнецов и т. п. Поелику почти в каждом селении находятся такие люди, обучившиеся своему мастерству на московитский манер, то есть без всякого регулярного образования, и они нужны в новых городах, губернаторы забирают их, как рекрутов, с той только разницей, что от четырех или пяти сотен хозяйств берется лишь по одному, который во время переезда содержится за счет своих земляков, пока не прибудет на место, где царь платит ему по рублю в месяц. Их новая жизнь продолжается до самой смерти; лишь иногда увеличивается жалованье в зависимости от прилежания и умения. Сие не касается тех мастеров, чье дело требует большего умения, – таких как часовщики, ювелиры, медники, сапожники, портные, переплетчики и проч., коих берут везде, где только возможно, отнюдь не затрудняясь перевозить их в Петербург с места постоянного жительства.

7) Поденщики, каковые требуются для сооружении фортификаций в Петербурге, Киеве, Москве, Азове и проч. Для Петербурга людей сгоняют из всех провинций для великих сооружений, строящихся в сем городе, однако во всех других местах работников берут только из своих губерний. Например, в Киевской губернии – для Киева, Нежина, Переславля и Чернигова, а в Азовской – для Азова, Таганрога и Черкасска. Этим людям дают все необходимые средства существования и платят жалованье за полгода, в течение коего они находятся на работах, после чего их заменяют другие. Сей труд есть своего рода пропасть, в коей сгинуло неисчислимое количество московитов. Весьма осведомленные особы утверждают, что при строительстве Таганрогской крепости на Черном море 300 тысяч крестьян умерли от голода и заразных болезней в сей болотистой местности, но еще больше – на работах в Петербурге и Кроншлоте¹⁶.

Продовольственные припасы для войск составляют еще одну, и весьма значительную статью доходов царя. Поставки не всегда одинаковы и меняются в зависимости от обстоятельств и потребностей армии. Прежде, когда приходилось содержать гарнизоны в пограничных городах и войска, находившиеся на своей земле, сии контрибуции налагались на крестьян, и каждый должен был отдавать определенное количество зерна, отрубей и овсяной крупы. Сии поборы были обычно довольно тяжелы вследствие многочисленности войск и гарнизонов, но с тех пор как московиты продвинули свои границы на севере, эти подати не только продолжали взимать с крестьян, но еще и заставляют их возить сии припасы в Петербург и в новозавоеванные места, что является не меньшей тяготой, чем сами налоги, по причине отдаленности перевозок. Вследствие настоятельных жалоб было решено доставлять сии припасы при помощи нарочитых предпринимателей и взимать с населения особливую для сего плату. Таковое средство могло бы послужить значительным облегчением, ежели бы употреблялось с должной добросовестностью, но на самом деле при этом совершалось множество злоупотреблений. Люди, назначенные для совершения сделок с предпринимателями, записывали их на себя под вымышленными именами и устанавливали выгодные им цены, так что каждый мюид¹⁷ муки стоил царю дороже, чем на рынке. По сей причине вместо облегчения для народа произошло столь великое отягощение, что некоторые ударились в бега, бросив свое имущество. Таковые притеснения продолжались в течение изрядного времени, поелику царь чаще всего пребывал в чужих краях, и не находилось таких отважных людей, которые осмелились бы разоблачить перед ним сие плутовство высшей аристократии.