Коллектив авторов – Очерки истории Франции XX–XXI веков. Статьи Н. Н. Наумовой и ее учеников (страница 99)

Текст нового документа показывает, что президент V республики пошел на ряд важных уступок своим партнерам. Во-первых, статья 2 проекта теперь ясно указывала на то, что Политический союз будет проводить свою внешнюю политику и политику обороны в тесном сотрудничестве с HAТО: «общая политика обороны, проводимая Союзом, будет способствовать укреплению Североатлантического альянса». Видоизменилась и статья 16, в которой говорилось о том, что «европейский парламент отныне будет тесно связан с определением внешнеполитических задач и с проведением единой политической линии всех стран-участниц». Тем не менее парламент не наделялся правом принятия решений.

Несмотря на то что Франция не хотела признавать наднациональные органы, существующие в Европейских сообществах (ЕОУС, ЕЭС, Евратом), в новой версии проекта Фуше она согласилась уступить своим партнерам, стремящимся придать будущему Политическому союзу наднациональные структуры, и учредить должность генерального секретаря. Назначаемый Советом министров, он должен был нести ответственность перед Парламентской ассамблеей; не завися от правительств государств-членов, проводить европейскую политику в Интересах Сообщества и осуществлять функции председателя Совета. Генеральный секретарь должен был выполнять постановления Совета и имел право самостоятельно принимать решения. Его функции являлись сходными с функциями генерального секретаря НАТО.

Однако и «план Фуше II» вызвал сильные нарекания со стороны Бельгии и Голландии. Упреки, направленные в его адрес, состояли в следующем: хотя проект и не затрагивает компетенции Европейских сообществ, в первую очередь «Общего рынка», такая опасность существует в силу предоставления Политическому союзу широких сфер деятельности, например прерогативой Совета министров должна была стать политика сближения, координации и унификации экономической стратегии «шестерки». Для усиления наднационального начала, по мнению французских оппонентов, вместо должности генерального секретаря следовало создать целый наднациональный орган – Политический секретариат во главе с генеральным секретарем, функции которого требовалось определить, а Политическую комиссию сделать исполнительным вспомогательным органом при Политическом секретариате и исключить ее из числа главных органов Союза. Оппоненты Франции выступали против политической Комиссии из-за того, что согласно Французскому «плану Фуше II» она представляла собой не наднациональный, а межгосударственный орган. Наконец, критики проекта требовали наделить Парламентскую ассамблею правом принятия решений. В случае если законопроект, вынесенный на обсуждение Совета, наталкивался на вето какой-либо страны-участницы и не принимался, он ставился на голосование в Парламентской ассамблее.

Правительства ФРГ, Италии, Люксембурга согласились рассматривать второй французский проект как основу будущего договора. Но из-за голландско-бельгийского сопротивления переговоры по созданию Политического союза Европы вновь зашли в тупик. Довольно любопытной оказалась позиция Бонна по проблеме построения политически единой Европы. Можно заметить явное расхождение между официальными заверениями Аденауэра о поддержке голлистских планов Политического союза и его неодобрением на практике как межгосударственного принципа европейского объединения, так и предполагаемой французским руководством «независимой политики» от США. Уверяя де Голля в солидарности с «проектами Фуше», западногерманский канцлер рассчитывал на то, что правительство V республики продолжит отстаивать существующий статус Берлина в межгосударственных переговорах по германскому вопросу[1528]. В то же время, исходя из официальной линии ФРГ на сближение с США и факта тесного сотрудничества с ними в военно-политической области Англии, западногерманский министр иностранных дел на Парижском заседании совета ЕЭС 15 декабря 1961 г. выразил свое согласие с ее принятием как в экономическое, так и в политическое сообщество[1529].

Заключительным аккордом Парижского саммита министров иностранных дел шести стран не без нажима со стороны голлистского руководства стало решение вновь передать полномочия по разработке нового, уже третьего проекта Политического союза Комиссии Фуше, которой предстояло начать свою работу 10 января 1962 г.

Таким образом, завершилась очередная фаза переговоров по созданию Политического европейского союза. Европейцы так и не добились согласия Франции на участие англичан в политических переговорах, а Франция – единодушного одобрения основных пунктов своего проекта. В целом, несмотря на внесенные французской стороной изменения и определенные уступки своим партнерам, многие положения «плана Фуше II» остались неизменными. Прежде всего, несмотря на введение должности генерального секретаря, остался незыблемым межгосударственный принцип создания и функционирования Политического союза Европы, против которого высказывались практически все участники встречи. Именно эта жесткая позиция Франции вызывала к жизни все новые и новые дополнения и изменения в текст проекта Фуше, которые были неприемлемы для Французской делегации, ибо вели к выхолащиванию деголлевской идеи учреждения Политического союза.

Новое заседание Комиссии Фуше состоялось, как и предусматривалось, 10 января 1962 г. К этому времени голландское правительство разослало своим пяти партнерам меморандум, в котором предупреждало, что откажется рассматривать новый французский проект без участия в переговорах британской делегации[1530]. С ним солидаризировалась Бельгия, видевшая в Англии противовес для сдерживания влияния крупных континентальных европейских держав в будущей европейской политической конфедерации в случае победы французских проектов. Таким образом, Франция вновь столкнулась с противостоянием основополагающим принципам «европейской политики» де Голля со стороны ряда государств-членов ЕЭС еще до их ознакомления с переработанным и дополненным третьим проектом Фуше:

Новый французский проект – «план Фуше III» – преамбулы и 18 статей[1531]. Из всех сделанных в нем изменений и дополнений следует, на наш взгляд, выделить наиболее существенные. Расширялась компетенция Европейской парламентской ассамблеи, получившей право обсуждать вопросы внешней политики, обороны и образования (в ст. 10 первого проекта Фуше она могла вносить Совету только простые рекомендации); вводился новый орган Союза – Кабинет министров иностранных дел. Тем не менее главным органом Политического союза по-прежнему оставалась межгосударственная структура – Совет министров.

Из всего перечисленного видно, что де Голль продолжал бороться против принципа наднациональности в «европейском строительстве», который решительно отстаивали два его партнера по «Общему рынку» – Голландия и Бельгия – и к которому склонялись ФРГ, Италия и Люксембург.

Третий французский проект подвергся резкой критике со стороны всех пяти участников Комиссии Фуше. Вновь подчеркивалось, что структура Политического союза скорее должна иметь наднациональный характер, чем характер межгосударственного сотрудничества, которое не отрицалось как дополнение к наднациональной деятельности новой организации. Пять членов ЕЭС высказались за превращение Европейской политической комиссии в наднациональный орган: они предлагали заменить должностных лиц, назначаемых правительствами государств-членов и отстаивающих интересы своих стран в Сообществе, независимыми чиновниками, для которых приоритетным являлось развитие и углубление европейской интеграции[1532].

На следующем заседании Комиссии Фуше 25 января 1962 г. пять государств-членов ЕЭС внесли предложение развивать будущие структуры Политического союза в направлении федерации с одновременным расширением полномочий Европейской парламентской ассамблеи. Она должна была избираться прямым и всеобщим голосованием, иметь генерального секретаря, независимого от правительств отдельных стран, и независимый Секретариат. Партнеры Франции по ЕЭС приняли решение выработать общий текст договора, отличный от предложенного Фуше и дополненный высказанными ими предложениями. Его обсуждение предполагалось провести в феврале-марте 1962 г. Глава бельгийской делегации Олве назначался ответственным за выполнение принятого решения.

В свете происходивших событий, развивавшихся отнюдь не по голлистскому сценарию, 15 февраля во время встречи в Баден-Бадене Аденауэра с де Голлем канцлеру ФРГ удалось убедить французского президента несколько изменить текст третьего проекта Фуше. Де Голль не возражал против включения в преамбулу договора по созданию Политического союза Европы заверения в верности НАТО. Он вновь пообещал, что «обсуждение экономических проблем в Совете не ущемит права существовавших институтов ЕЭС»[1533].

Второе чтение «плана Фуше III», измененного после встречи де Голля и Аденауэра, состоялось на заседании Комиссии Фуше в Кэ д’Орсе 20 февраля 1962 г. Одновременно с французским обсуждался текст, выработанный совместно пятью партнерами Франции. В тексте альтернативного проекта говорилось о тесной связи Европейского политического союза с внешней политикой США и НАТО. Он предусматривал учреждение новой должности – генерального секретаря, имеющего право наложить вето на выполнение решений, принятых Советом министров, и отводил существенное место Европейской парламентской ассамблее, которая наделялась правом принятия решений. Предполагалось введение мажоритарной системы голосования в Совете, что шло также вразрез с голлистскими установками.