Коллектив авторов – Очерки истории Франции XX–XXI веков. Статьи Н. Н. Наумовой и ее учеников (страница 46)
Создание и деятельность РПФ позволили голлистам сформулировать и воплотить в партийной программе главные политические и социально-экономические идеи де Голля. В рядах РПФ сложились и действовали те политические кадры голлистов, которые сыграли большую роль в возвращении де Голля к власти и установлении V Республики. Когда де Голль в 1958 году стал президентом, многие его бывшие соратники по РПФ заняли руководящие посты в правительстве и проводили политику, основы которой были некогда провозглашены в доктрине первой голлистской партии РПФ.
Наумова Н. Н
Можно ли было спасти Четвёртую Республику во Франции (конституционные проекты 50-х годов и их итоги)[747]
История Четвёртой республики (1946–1958 гг.) достаточно подробно изучена как в зарубежной, так и в отечественной историографии[748]. Исследователи совершенно справедливо задаются вопросом, почему парламентская республика с одной из самых демократических в западном мире конституцией в условиях бурного экономического роста 50-х гг. и общего улучшения материального положения её граждан просуществовала всего 12 лет? Обычно её гибель объясняют наличием двух неразрешимых кризисов – политического и колониального[749]. Но можно ли было спасти Четвёртую республику? Я бы сказала, что нет, ибо вся её история – это перманентный, то усугублявшийся, то вроде бы отступавший, но ненадолго, хронический системный кризис, который проявлялся в нестабильности французских государственных структур, с одной стороны, и, с другой стороны, в неспособности политического класса успешно отвечать на внешнеполитические вызовы, в первую очередь на возникший и расширявшийся процесс деколонизации в условиях стремительно набиравшей обороты «холодной войны». Вслед за известным французским политологом и историком Р. Ремоном эту мысль высказал другой крупный исследователь М. Ферро: «Специфика нестабильности этого времени была связана с тем, что Франция попала одновременно в два исторических водоворота: «холодной войны» и «деколонизации» и «испытала такую политическую качку, какая случалась лишь в труднейшие периоды её истории»[750].
В предлагаемой статье делается попытка объяснить причины нежизнеспособности Четвёртой республики и показать попытки французской политической элиты «вылечить» государственную систему от её основного недуга – правительственной нестабильности и того, что главный критик Четвёртой республики генерал де Голль называл «абсолютным режимом партий», т. е. всевластием нижней палаты парламента – Национального собрания. Причины этой болезни следует искать в самих истоках Четвёртой республики – в тексте её конституции, принятой осенью 1946 г., безусловно, демократической и прогрессивной, включившей в себя целый ряд статей, которые наделяли французских граждан широкими политическими правами и предусматривали осуществление глубоких социально-экономических реформ[751]. Однако не надо забывать, что она разрабатывалась в одну эпоху – ещё сохранявшейся антигитлеровской коалиции и поддерживаемого в стране консенсуса трёх главных политических сил Франции – коммунистов, социалистов и христианских демократов (МРП), а осуществлялась – совершенно в другую.
Основной закон Четвёртой республики был вдохновлен стремлением левоцентристских сил, находившихся у власти («трёхпартийная коалиция» из представителей ФКП, социалистов и МРП), извлечь уроки из краха Третьей республики летом 1940 г. При учреждении Четвёртой республики её сздатели, учитывая печальный опыт предыдущего режима, стремились уйти от доминирующей власти правительства и поэтому наделили дополнительными полномочиями нижнюю палату парламента. Наличие весомых полномочий стимулировало возникновение фактического превосходства парламента, что привело в дальнейшем к полному «параличу» исполнительной власти и, как следствие, к «парламентскому абсолютизму»[752]. По мнению крупного французского историка С. Бернстайна, в ходе послевоенной «институциональной модернизации» французы отказались от авторитаризма Виши и проектов «сильной власти» де Голля; они «склонились к парламентаризму, с которым связывали суть демократической республики»[753]и ожидаемые социально-политические реформы.
В концепции конституции 1946 г. лежала идея «дуалистического парламентаризма», призванная «исправить наиболее очевидные недостатки конституционных законов 1875 г.: недостаточно авторитетного главу правительства и чрезмерную министерскую нестабильность»[754]. Однако Четвёртая республика узнала ещё бóльшую нестабильность, какие бы политические коалиции ни находились у власти: трёхпартийная до мая 1947 г.; коалиция «третьей силы» (социалисты, радикалы, МРП с осени 1947 г. по сентябрь 1951 г.); правоцентристский блок (1951–1955 гг.); коалиция «Республиканского фронта» левых и левоцентристских партий (исключая ФКП) и др. Прав был де Голль, который, по свидетельству его ближайшего соратника Ж. Сустеля, говорил о Четвёртой республике как о «современном режиме, способном породить только иллюзии и робкие попытки»[755]. За 12 лет у власти во Франции сменилось 24 правительства, некоторые из которых функционировали всего несколько дней. Но самым характерным и в то же время очень опасным явлением для политической системы оказались не столько частые смены кабинетов, сколько длительные министерские кризисы (например, 38 дней весной 1953 г.), которые подрывали доверие французов к режиму Четвёртой республики. Изучение текста конституции 1946 г., анализ внутриполитической обстановки во Франции, особенности её партийно-политического устройства позволяют выделить несколько причин слабости и кратковременности существования Четвёртой республики, названной «нелюбимой» одним из французских исследователей её истории Ж. Барсалу[756].
Первая причина нестабильности государственных структур связана с многопартийностью, свойственной Французской республике. Разработчики конституции 1946 г. считали, что для нормального функционирования создаваемой политической системы требовалось «небольшое количество партий, стабильных и чётко организованных, преследующих общую цель национального возрождения Франции»[757]. Речь шла, естественно, о ведущих политических объединениях – членах «трёхпартийной коалиции». Однако, по образному выражению генерала де Голля, «естественная галльская склонность к многословию и политическому дроблению» и существовавшая до лета 1951 г. пропорциональная система голосования привели к увеличению количества партийных группировок. Многие из них были небольшими по численности (например, «независимые республиканцы»), но играли очень важную роль «шарниров», связующих звеньев в разнообразных и «разношёрстных» правительственных коалициях[758]. Историки С. Бернстайн и П. Мильза справедливо полагают, что с 1947 г. во Франции действовали приблизительно те же политические силы, что и в межвоенный период: умеренные, радикалы, социалисты, коммунисты; новые партийные объединения – МРП или РПФ – не смогли изменить традиционную партийную систему, зато довольно быстро «возродились партии-«шарниры» из правого центра»[759]. К середине 50-х гг. число политических объединений увеличилось вдвое; в парламентских выборах 1956 г. участвовало уже 18 группировок, что позволило многим исследователям Четвёртой республики называть их систему «режимом партий»». Наличие многочисленных, обычно враждовавших между собой партий в высшем органе государственной власти – Национальном собрании – негативно сказывалось на деятельности последнего: оно никогда не имело прочного большинства, некоторые законопроекты обсуждались месяцами, прийти к общему мнению было практически невозможно, законы носили компромиссный характер. Известный французский юрист и политолог Б. Шантебу справедливо пишет о том, что «не Правительство и не Парламент действительно управляют страной, а партии, которые объединяются в Парламенте, чтобы сформировать большинство и таким образом приписывают себе министерские полномочия». К тому же, добавляет учёный, этот «режим партий функционирует плохо, так как … их альянс [каждый раз –
Разработчики конституции 1946 г. намеревались обеспечить стабильность и авторитет правительства, приспосабливая английскую модель к французской политической традиции, в частности в том, что касается роли премьер-министра (в Четвёртой республике он назывался председателем Совета министров). «Президент Республики, – писал в докладе член МРП Поль Кост-Флоре, представлявший второй конституционный проект в Собрании, – назначает председателя совета министров, что обеспечивает его независимость. Но прежде чем он сформирует свой кабинет, Национальное собрание должно облечь его доверием, проголосовав открытым голосованием, при этом председатель должен получить абсолютное большинство голосов депутатов, что обеспечит его авторитет»[761]. Это хитроумное решение позволяло совместить назначение премьер-министра президентом, как во времена Третьей республики, с его выбором депутатами, как то предусматривалось в проекте (отвергнутом) первого Учредительного собрания. Правительство, сформированное таким образом, могло быть ниспровергнуто лишь в соответствии со строгим параллелизмом установленного порядка, т. е. в результате отказа в доверии также абсолютным большинством голосов. Введение подобной процедуры становится понятным в контексте политической ситуации, сложившейся во Франции в 1945–1946 гг. Конституция Четвёртой республики основывалась на политической гипотезе, что соглашение между тремя правительственными партиями (МРП, социалисты, ФКП), пришедшими к компромиссу, результатом которого она и явилась, должно было продолжаться в правительственном большинстве. Только согласие крупных дисциплинированных партий могло сделать действительно эффективным механизм двойного абсолютного большинства, требуемого для формирования и смены правительства. Таким образом, в отличие от Великобритании, где монистический парламентский режим[762]связан в первую очередь с политическими институтами, во Франции его функционирование зависело от структуры политических сил. «Исполнительная власть является и не может не являться только строгим отражением Законодательной власти, – писал Б. Шантебу о сути взаимоотношения властей в Четвёртой республике. Если внутри неё существует стабильное и дисциплинированное большинство, те же стабильность и дисциплинированность окажутся и внутри правительства»[763].