Коллектив авторов – Очерки истории Франции XX–XXI веков. Статьи Н. Н. Наумовой и ее учеников (страница 33)
Социальный состав избирателей РПФ не полностью соответствовал социальному составу членов партии. По данным К. Пюрше[523], служащих и чиновников среди членов РПФ почти в два раза больше, чем среди ее избирателей (23 % против 13), процент торговцев и ремесленников – в три раза выше (30 против 10). Представителей интеллигенции среди членов РПФ в 10 раз больше, чем среди избирателей (10 % против 1). Процент рабочих среди членов РПФ (19) почти точно соответствует проценту рабочих среди ее избирателей (18). Совпадает также и доля промышленников (6 %). Таким образом, подавляющее большинство членов Объединения (63 %) – представители средних слоев и близких к ним категорий, из них 30 % – торговцы и ремесленники, 14 – служащие, 10 – лица свободных профессий, 9 % – чиновники. За ними следуют рабочие – 19 % и промышленники – 6 %[524]. Так же как среди избирателей, среди членов РПФ высокий процент составляли женщины, «для которых личность де Голля намного важнее программы партии или ее политических целей»[525].
Если средние слои населения преобладали в составе избирателей и членов РПФ, то руководство партии почти целиком состояло из представителей буржуазии и буржуазной интеллигенции.
Высшим руководящим органом РПФ был Исполнительный комитет, в который в 1947–1948 гг. помимо де Голля входили 13 ближайших его соратников. Председатель РПФ Шарль де Голль родился в интеллигентной буржуазной семье и был связан родственными узами с промышленниками Севера. Еще более важное значение имеют «семейные связи генерала де Голля с крупной капиталистической буржуазией»[526]. Родной брат де Голля, видный деятель РПФ Пьер де Голль, был заместителем директора «Банк де л’Юньон Паризьен» – «одной из господствующих групп французского финансового капитала и империализма», сын де Голля женился на наследнице де Ванделей, а его дочь вошла в семью Шнейдеров[527]. Кроме де Голля еще 9 человек из руководства РПФ вышли из среды буржуазной интеллигенции, причем двое (профессор Валери-Радо и профессор Мазо) принадлежали к университетской верхушке. Пятеро лидеров РПФ (Баррашен, де Бенувиль, Бозель, Дьетельм и Шатеней) – выходцы из семей крупных промышленников и торговцев, Фуше – из семьи военных и только два человека – Ж. Сустель и Э. Мишле – из рабочих. В дальнейшем Ж. Сустель стал профессором этнографии, а Э. Мишле – сенатором департамента Сена. Лидеры РПФ представляли ту часть буржуазии, которая была тесно связана с движением Сопротивления. 8 человек из руководства РПФ, в том числе Бомель, де Бенувиль, Мальро и Реми, получили высшие правительственные награды и почетное звание «Компаньон Сопротивления»[528].
Анализ социального состава лидеров Объединения показывает, что 15–20 % из них были непосредственно связаны с крупным капиталом. Остальную часть составляла высокопоставленная буржуазная интеллигенция: А. Бомель – врач, Р. Капитан – юрист, А. Мальротель – писатель, Л. Мазо – профессор права, Ж. Сустель – профессор этнографии. «В Совете руководства РПФ полнее представлены не люди «деловых кругов» Франции, а чиновники, преподаватели и бывшие участники движения Сопротивления»[529]. Однако все они были в той или иной мере связаны с крупной буржуазией. Особенно тесные связи с деловым миром имели А. Бозель, А. Дьетельм, Л. Ноэль. Крупная буржуазия финансировала деголлевскую организацию. К числу главных источников денежных средств РПФ К. Пюрше относит «членские взносы, деньги, вырученные от распродажи марок и почтовых открыток», а также «помощь банков, определенный процент от крупных промышленных и торговых сделок, поступающий в партийную казну, ассигнования на проведение избирательной кампании, получаемые РПФ от Национального совета французских предпринимателей»[530]. Казначеем партии был А. Бозель, крупный промышленник, поддерживающий тесный контакт с торговыми, промышленными и финансовыми кругами Франции. Таким образом, по своей классовой сущности РПФ была не партией средних слоев, а партией, защищавшей интересы крупной буржуазии.
Образование РПФ явилось свидетельством глубоких противоречий и разногласий в лагере французской буржуазии. В то время как часть буржуазии поддерживала политическую систему Четвертой республики, сторонники генерала де Голля, объединившиеся в партию РПФ, выступали против нее. Созданная в начальный период «холодной войны», РПФ заняла место на правом фланге французской политической сцены, однако она значительно отличалась от партий «классической правой», стоявших у власти во Франции в предвоенный период. Рыхлые и слабооформленные партии «классической правой» исходили из принципов буржуазного либерализма и социального консерватизма, выступали против социальных реформ. Напротив, РПФ (как и созданная ранее МРП) представляла собой партию нового для французской буржуазии типа с оформленным членством и строгой дисциплиной. РПФ высказывалась за социальные реформы и искала связей с широкими слоями трудящихся. С точки зрения программных установок и политического курса она являлась буржуазно-националистической партией, считавшей необходимым проведение ряда преобразований в духе государственно-монополистического капитализма с целью возрождения «величия Франции».
Наумова Н. Н
Французские коммунисты об учреждении партии Объединение французского народа (апрель 1947 г.)[531]
Две партии – коммунистическая (ФКП) и голлистское Объединение французского народа (РПФ) – в годы Четвертой республики (1946–1958) играли роль главных оппозиционных сил режиму, установленному во Франции Конституцией 1946 г. ФКП слева и РПФ справа жестко, язвительно, порой несправедливо, но ярко, с противоположных идеологических позиций критиковали практически все мероприятия многочисленных, неустойчивых и часто менявшихся кабинетов министров. Одна из таких правительственных коалиций, включившая в свой состав представителей соцпартии (СФИО), радикалов, Народно-республиканского движения (МРП) и «умеренных», просуществовавшая с осени 1947 г. по осень 1951 г., называлась «третьей силой». Так правительственные группировки позиционировали себя в отношении двух других, массовых и влиятельных, сил – коммунистов и голлистов[532]. При этом коммунисты и голлисты не менее жестко и негативно относились друг к другу, позволяя, таким образом, режиму IV Республики удерживаться «на плаву» и проводить последовательную политику государственных преобразований.
Первое же совместное, но по различным причинам и не в едином блоке, выступление ФКП и РПФ по вопросу об учреждении Европейского оборонительного сообщества, поставленному на ратификацию Национального собрания (август 1954 г.), привело к провалу планов интеграционистов создать «европейскую армию» и на десятилетия отодвинуло перспективы складывания в Западной Европе военно-политической интеграционной группировки. Резкая критика слева и справа внутренней, а также колониальной политики правительств Четвертой республики расшатывала устои режима и усугубляла политический кризис, в котором оказалось французское общество к 1958 г.[533]
В предлагаемой статье будет рассмотрен небольшой хронологический отрезок времени – апрель 1947 г., когда по воле де Голля появилась новая партия – РПФ. Но именно тогда, сразу и четко, определилось отношение французских коммунистов, пока еще членов правительственной коалиции и самой крупной политической силы Франции, к оформившемуся в партию голлистскому движению. Отсюда вытекает и цель статьи – показать процесс образования РПФ через призму его восприятия коммунистами.
После принятия в ноябре 1946 г. новой Конституции во Франции установился парламентский режим Четвертой республики. С января 1947 г. у власти находилась «трехпартийная коалиция» из самых влиятельных послевоенных объединений левого и центристского толка: ФКП, СФИО и буржуазно-католического Народно-республиканского движения. Все они были массовыми партиями, стремившимися к политическому и экономическому возрождению страны, чьи члены активно участвовали в движении Сопротивления, особенно коммунисты.
В годы Временного режима (1944–1946) лидеры этих группировок входили в правительственные коалиции, именно тогда и названные «трехпартийными». Они действовали под председательством генерала Ш. де Голля, создателя движения «Свободная Франция» в Лондоне, позже объединившего различные течения французского Сопротивления и возглавившего Французский комитет национального освобождения, который в 1944 г. был переименован во Временное правительство. Де Голль пользовался невероятной популярностью: свыше 80 % опрошенных после Освобождения французов высказывали ему полное доверие[534].
В обстановке послевоенных преобразований де Голль попытался претворить в жизнь свои политические воззрения на будущее конституциональное устройство Франции. Он осуждал «режим партий» за его «слабость» и «неустойчивость». По его мнению, политические лидеры Третьей республики, поддержавшие правительство Виши в июне 1940 г., лишили себя права представлять Францию, а люди, сражавшиеся вместе с де Голлем за освобождение родины, ‐ «единственные законные наследники республики»[535]. Считая себя носителем «исторической законности» и «восстановителем Государства», он намеревался как глава Временного правительства установить «сильную властьглавное звено и условие всех последующих преобразований. Полагая, что глава «сильной власти» должен выражать интересы всей нации, а не «частные политические интересы», и желая остаться верным голлистскому единогласию периода войны, де Голль отвергал все предложения создать новую партию[536]. В 1944–1946 гг. голлисты либо присоединялись к другим политическим объединениям, исключая ФКП (Шабан-Дельмас и Дебре – к партии радикалов, Тернуар и Мишле – к МПР, Мальро – к ЮДСР), либо, как Сустель и генерал Кёниг, формально числились беспартийными. Многие из них входили в созданные де Голлем в сентябре 1944 г., а потом после выборов в Учредительное Собрание (октябрь 1945 г.) правительственные кабинеты.