Коллектив авторов – Морские досуги №3 (страница 37)
В итоге в восемь утра, как положено: «Флаг и гюйс до неба!» В девять: «Корабль к бою и походу приготовить, следовать в Тюва-губу на выполнение задачи противовоздушной обороны главной базы Северного флота Североморска». То есть жизнь не удалась, но попытка была засчитана.
Ленинград, 1985 год. Кораблестроительный завод имени Жданова. Здесь достраивается эсминец «Осмотрительный». В обед в кают-компании командир корабля капитан 2 ранга Александр Иванович Бражник проводит инструктаж:
— Начальник, обнаруживший безобразие, нарушение устава или воинской дисциплины и не принявший мер для устранения наблюдаемого бардака, уже только своим присутствием утверждает этот бардак. Причем меры по устранению безобразия должны быть приняты немедленно, а не когда-нибудь потом. Матрос, он как кот, потом уже не помнит. Всем понятно?
И вот вечер, работы закончены. Часть офицеров сошла на берег. У помощника по снабжению Сергея Мещерякова день рождения. Поэтому я отправлен за пивом в ближайший магазин. Завод охраняют тетки вооруженной охраны (ВОХР), вооруженные наганами, мимо которых на территорию завода сложно было пронести даже одну бутылочку пива. Я умудрился пронести дюжину за один раз, для чего пришлось у более толстого товарища взять взаймы китель.
После отбоя начался банкет. Но пиво такой продукт, что в организме долго не задерживается. Надо было выходить эпизодически в гальюн и возвращаться. Для этого был разработан условный стук. Два раза по обшивке двери, два раза по ручке и еще два раза по обшивке. Дверца и откроется (свои, мол). И вот сидим, поздравляем Серегу. И надо же было не обратить внимания на то, что все участники застолья в момент, когда раздался условный стук, были в каюте. Ничуть не сомневаясь, что стучит кто-то свой, один из нас открыл каюту… Командир не вошел, не ворвался, даже комингс (порог) не переступил. Прикрыл аккуратно дверь, сложил ладони рупором и четко произнес:
— Товарищи офицеры! Даю вам на отбой ровно 5 минут. Через указанное время проверю лично. Не дай бог, кто-нибудь завтра будет с запахом!
Мы в каюте сидели, как мыши, — откуда командир мог знать условный стук? Как потом выяснилось, после отбоя командир решил лично обойти корабль. В офицерском коридоре обратил внимание на открывающуюся — закрывающуюся дверь в каюте помощника по снабжению, вспомнил, как на подъеме флага поздравлял его с днем рождения перед строем. Задержался на несколько минут в конце коридора и выяснил, каким образом заветная дверь открывается. Портить день рождения не стал, но деликатно бардак прекратил. Про этот случай после этого ни разу никому не напоминал.
Прошли 33 года. И я с благодарностью вспоминаю командира, мудрого уже тогда. Не хватающегося за шашку, когда в этом нет особой необходимости. Достаточно было веского слова, и все встало на свои места. Но чтобы слово было веским, надо быть Командиром с большой буквы.
Николай Каланов
Прозвище по заслугам
Пожалуй, нигде так не распространен обычай давать друг другу различные прозвища, шутливые звания и почетные титулы, как на флоте. Издавна среди моряков бытует традиционные «штатные» прозвища, каждое из которых соответствует определенной должности. К примеру «кэп» — капитан, «чиф» — старший помощник, «дед» — старший механик, «дракон» боцман и т. д. Но бывало и так, что особо отличившиеся мореплаватели, военные моряки или исторические личности, связанные с флотом удостаивались «персональных» прозвищ и титулов. Многие из них навечно остались на страницах морской истории.
Вспомним некоторые из этих имен.
Португальский принц Дон Энрикес (1394–1460) настоящим моряком никогда не был и дальше Гибралтарского пролива никогда не плавал. Однако вся его жизнь была связана с морем. Являясь главой Ордена Христа, он использовал средства для распространения церковного культа на создание астрономической обсерватории, мореходной школы и крупнейшей морской библиотеки. Принц оказался талантливым организатором далеких морских походов, целью которых было отыскание пути в Индию. Благодаря этим плаваниям португальцы сделали много важных географических открытий в Центральной Атлантике и у берегов Африки. За любовь к морю и страсть к морским наукам моряки окрестили Дона Энрикеса прозвищем «Генрих Мореплаватель». Под этим именем он упоминается в научных трудах по географии и истории мореплавания.
Известные мореходы эпохи географических открытий за свои труды заслуживали от современников пышные почетные титулы. Так, первооткрывателя Индии Васко да Гама (1469–1524) именовали «адмиралом Индийских морей» (знаменитого Колумба (1451–1606) обещали назвать «адмиралом Океана-морей», «главным адмиралом океана», а называли просто «безумный генуэзец»).
Во времена океанской корсаро-пиратской эпопеи предприимчивые «джентльмены удачи» в кровавых схватках завоевывали себе громкие прозвища. Например, английских корсаров Френсиса Дрейка (1540–1596) и Уолтера Рэли (ок.1552–1618) уже при жизни именовали «железными пиратами королевы Елизаветы». Талантливого авантюриста и лихого «пиратского адмирал» Генри Моргана (ок.1635–1688) боялись все жители Панамы. Под его властью находилось 2000 человек и более десятка судов. Он захватывал богатую добычу не только в открытом море, но и с успехом грабил прибрежные города. К концу жизни судьба сделала Моргана главнокомандующим морскими силами Англии на Ямайке, и он стал бороться против… своих дружков-пиратов. При этом проявил столько изобретательности и беспощадности, что получил кличку «Жестокий».
В лондонской картинной галерее висит портрет другого «хозяина моря» Уильима Дампира (1652–1715). На золоченной раме надпись «Пират-натуралист». Эта колоритная личность (даже для того времени) умело сочетала пиратскую и научную деятельность. Во время трех кругосветных плаваний, в промежутках между разбоями, Дампир вел метеорологические, этнографические, ботанические и зоологические исследования, собрал уникальную коллекцию гербариев. Став членом Британской Академии Наук, он написал ряд интереснейших книг о своих путешествиях и находках (но не о грабежах!).
Морская история помнит не только всемирно известных «рыцарей пенькового ожерелья», но и о простых капитанах судов. Вот история об одном из них.
Кто не знает легенду о «Летучем голландце»? Это прозвище капитана, который за неверие в бога и дьявола был осужден навечно скитаться со своим кораблем по морям и океанам. Этим прозвищем на флотах часто называли смелых и опытных капитанов. Одним из обладателей почетного прозвища стал голландский «мастер» Баренд Фоккерс. А получил оно его вот за что. В начале XVII века, когда моряки плавали только в светлое время суток, редко кто отваживался ходить ночью, даже под малыми парусами. Из-за этого увеличивались трудности рейсов, а их длительность была неопределенной. Капитан Фоккерс первым рискнул не прерывать плавание ночью и не убирать ни одного паруса. Матросские байки сказывали, будто он так ценил попутный вечер, что заканчивая свою вахту, запирал шкоты на специальный замок, чтобы (не дай бог!) вахтенный помощник не уменьшил парусов. Презрев все опасности, капитан сделал сенсацию, совершив обратный рейс от Батавии до Амстердама всего за три месяца, вместо привычных десяти. С тех пор во всех портах его называли не иначе как «Летучий Голландец».
Особенно много прозвищ и остроумных званий появляется среди военных моряков. Они запечатлены в книгах по военно-морской истории и даже упоминается классиками мировой литературы.
Например, почетное звание «Пенитель моря» имел знаменитый американский корсар, шотландец по происхождению Пол Джонс (1747–1792). Его биография и подвиги столь романтичны и увлекательны, что Поль стал прообразом героев многих художественных произведений, таких как романов: А.Дюма — «Капитан Поль», Г.Мелвилл — «Израиль Поттер», книг Ф. Купера, стихов У. Уитмена и других писателей и поэтов. Смелый и решительный моряк, любитель рискованных операций, он прославился в сражениях против английского флота во время Войны за независимость США. Историки утверждают, что однажды в жарком бою на его корабле были разбиты почти все орудия, а половина команды убита и покалечена. На предложение англичан сдаться Джонс ответил: «А я еще и не начинал сражаться!» Поскольку «пенитель моря» выиграл и это сражение, ответ его вошел в историю. После окончания войны славный моряк отказался от доходного места и спокойной жизни. в 1788 году он поступил на службу в качестве командира корабля в «Российский Императорский Флот Ее Величества Екатерины II». В этом же году, будучи уже в должности командира эскадры Пол Джонс выиграл бой с турецким флотом, за что был награжден орденом и произведен в контр-адмиралы. Участвуя в боевых действиях он подтвердил репутацию отважного адмирала и искусного моряка, чем вновь доказал, что не зря его прозвали «Пенителем моря». По преданию, когда зимой адмирал уезжал из России к себе на родину, на нем была красивая соболиная шуба, подаренная великим Суворовым за личную храбрость.