Коллектив авторов – Красная Эстония. Свобода – наша реликвия (страница 31)
Спокойно, моя голубушка, сейчас я тебя покину. Последний выстрел… и тут же сразу испарюсь.
Спокойно, Олев, спокойно. Ну, дадим третий.
– Четвертое! Огонь! – будто на полигоне кричит Лайсаар и хватается за шнур.
Огонь!
Вот дьявол, на этот раз промазал, только в каком-то другом смысле, наверно, стрелял не зря.
Олев Лайсаар гладит рукой разогретый, покрашенный серой краской ствол, снимает угломер, швыряет его в кусты, резко поворачивается и со всех ног бросается наутек.
Вийрсалу и Пяртельпоэг видят, как по горящей деревне к деревьям у дороги бежит боец. Но они видят и как оттуда, по склону от огородов, где только что были три наши орудия, карабкается цепь немецкой пехоты. Там заметили бегущего и застрекотали автоматные очереди, защелкали карабины. Бегущий падает, цепь движется дальше.
– Кто бы это мог быть? – спрашивает Вийрсалу.
– Кто его знает, – отвечает Пяртельпоэг, – наверно, кто-нибудь из четвертого расчета.
У них нет времени обсуждать. Пригнувшись, они бегут по деревенскому проселку между ржаными полями, спрыгивают в канаву, где их прикрывает рожь и уже можно бежать во весь рост. Не останавливаясь, они достигают леса. Переводят дыхание, при ходят в себя.
– Так. Теперь нам надо круче брать вправо. Километра еще четыре и должны бы быть в дивизионе.
Позади все тихо.
– Наверно, взяли в плен или расстреляли, – рассуждает Вийрсалу. – Кто бы это мог быть? Не Лайсаар ли?
– Кто знает. Вполне может быть.
Через час они в дивизионе. Дивизион готов к маршу.
Приказано идти на новые позиции.
В первой батарее теперь полтора десятка человек и ни одного ствола. Уцелевших распределили по другим подразделениям. К нам пришли Вийрсалу и Пяртельпоэг. Кто был убит, кто невредимым или раненым попал к немцам – этого никто точно не знал.
Только о тех, кого Вийрсалу и Пяртельпоэг сами видели мертвыми, о тех известно, их имена войдут в завтрашнее донесение в полк.
Остальные пропали без вести.
Насколько помнится, первое сражение называют боевым крещением.
Ну, что говорить, это торжество помнят крестные сыны, оставшиеся в живых!
[…]
Печатается с сокращениями по изданию:
Арнольд Мери
Первый эстонский Герой Советского Союза
Арнольд Константинович Мери
Герой Советского Союза Арнольд Мери родился 1 июля 1919 года в Таллине. Член ВЛКСМ. В начале Великой Отечественной войны А.Мери являлся заместителем политрука 415-го отдельного батальона связи 22-го Эстонского территориального стрелкового корпуса Советской Армии и участвовал в обороне Порхова и Дно, где был четыре раза ранен. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 августа 1941 г. А.Мери было присвоено звание Героя Советского Союза.
В июле 1941 г. военная машина гитлеровской Германии, сея смерть и разорение, все глубже вторгалась в пределы Страны Советов. Еще не закончился первый месяц войны, но броневойска фашистской армейской группы «Норд», наступавшей в направлении Ленинграда, далеко простиравшимися клиньями уже вышли на подступы к Луге и Кингисеппу. За ними, как грозный вал, катилась лавина моторизованных пехотных частей.
В эти трудные для нашей Родины дни эстонские воины сражались в составе Северо-Западного фронта в районе Порхова, Славковичей и Дно.
22-й Эстонский территориальный стрелковый корпус, в состав которого входил и А.Мери, начал свой боевой путь в последние дни июля походом в. район Порхова. Первые удары 56-го моторизованного корпуса противника пришлось принять в обстановке сосредоточения частей корпуса и частичного обновления вооружения. В боях в окрестностях Славковичей и Махновки, состоявшихся 6-10 июля, корпус понес большие потери, но боевого духа оставшихся в строю это не сломило. После отступления от Порхова наши бойцы отошли на восточный берег реки Шелонь, где заняли оборону.
Вскоре над 22-м территориальным корпусом, организовавшим оборону на восточном берегу Шелони, вновь стали сгущаться тучи. Утром 17 июля части корпуса попытались к северу и югу от Порхова перейти в наступление, однако безуспешно. Гитлеровцы уже успели сосредоточить в окрестностях Порхова крупные силы. После обеда подразделения 24-го пехотного полка противника форсировали реку Шелонь и начали развивать наступление южнее шоссе Порхов – Дно.
Приближение решающих схваток можно было почувствовать и в штабе 22-го стрелкового корпуса, находившемся на три-четыре километра западнее станции Дно. Почти ни на минуту не прекращалась работа аппаратов связи, спешили вестовые, по шоссе Порхов Дно мчались автомашины. Уже ранним утром командир корпуса генерал-майор А.Ксенофонтов собрал все возможные резервы и увел их в район самых жарких боев. Оставшимся был дан приказ рыть дополнительные окопы вблизи штаба.
Около двух часов дня с юго-запада стала доноситься быстро приближавшаяся стрельба из автоматов. Так как никого из офицеров на месте не оказалось, заместитель политрука радиороты 415-го отдельного батальона связи А. Мери по своей инициативе попытался разобраться в обстановке. Выяснилось, что прорвавшийся через линию фронта враг приближается не с запада, а с юга. Для того, чтобы оттянуть назад громоздкие радиоавтобусы, не хватило времени. Поэтому А. Мери с горсткой воинов занял оборону южнее командного пункта штаба. Здесь не было вырыто ни одного окопа. Пришлось воспользоваться природными укрытиями. Пальба приближалась и становилась все чаще. Вначале противник стрелял вслепую, пули свистели высоко над головами оборонявшихся. Лишь ветки, перебитые пулями, падали на землю. Первый огненный удар противник направил против радиороты. Огнем отважных радистов гитлеровцы были на линии радиоавтобусов остановлены. Колонна противника развернулась для атаки. Фигуры в зеленых мундирах мелькали на ржаном поле, в кустарнике. Перестрелка продолжалась. Прошло не больше часа с начала боя, когда на открытую площадку перед оборонительными позициями радиороты выскочил фашистский офицер и скомандовал: «Третий батальон, в атаку!» Это был, конечно, психологический прием, так как гитлеровцы таких сил здесь еще не имели. Поднявшихся в атаку фашистов встретили плотным огнем. Многие гитлеровцы упали, остальные откатились назад в заросли кустарника или скрылись в высокой ржи.
Политрук радиороты Ф.Клименко получил распоряжение с группой бойцов выяснить величину сил противника и установить местонахождение его минометов. Задание было выполнено, хотя Ф.Клименко и несколько бойцов при этом были ранены. Оказалось, что на штаб корпуса напала усиленная пехотная рота противника, которая первоначально имела цель по проселочной дороге, проходившей мимо командного пункта штаба, двигаться в северном направлении, чтобы выйти на большое шоссе и тем самым отрезать советским войскам, сражавшимся на подступах к Порхову, путь к отступлению на восток. Однако обнаружив штаб корпуса, гитлеровцы попытались его любой ценой уничтожить.
Самое напряженное положение сохранялось на участке обороны радиороты. А.Мери собрал в окрестностях командного пункта около двадцати бойцов и расставил их на опушке леса. Это были, в основном, малоопытные бойцы, военная подготовка которых была недостаточной, поэтому А.Мери помогал им выбирать удобные для ведения боя позиции. Когда стал иссякать запас патронов, пришлось самому идти к штабной машине за боеприпасами. Ручной пулемет, найденный там же, можно было использовать до тех пор, пока в магазине были патроны. Так, постоянно передвигаясь на своем участке обороны, Арнольд Мери, проявляя исключительное мужество и отвагу, личным примером вдохновлял воинов. Осколком мины он был ранен в правую руку, но боевого поста не оставил.
Враг наседал, все более усиливая давление на защитников штаба. Под градом мин и непрерывным огнем вражеских автоматов редели ряды бойцов. А.Мери был второй раз ранен осколком мины в бедро и колено. Он истекал кровью, но не покидал поля боя. Для того, чтобы поднять боевой дух воинов, А.Мери организовал стрельбу по противнику залпами. Отходить нельзя было ни на шаг гитлеровцы, заметив это, сразу бы начали преследование. По примеру командира все оставались на местах, хотя в строю к этому времени было всего лишь семь-восемь человек.
Солнце склонялось уже к закату, однако бой продолжался. Арнольд Мери еще раз поднялся, чтобы принести патроны и перевязочный материал. Дорогой он был в третий раз ранен. Теперь в грудь, осколком мины задело легкое. Держась за деревья и кусты, он вернулся к своим бойцам. Здесь выяснилось, что обстановка стала критической. По интенсивности стрельбы можно было сделать вывод, что боеспособных воинов на участке обороны радиороты осталось не больше четырех. Кончились последние силы и у А.Мери. Он остался лежать, положив под руку свою последнюю гранату.
Наконец подоспела помощь. Прибывший из Дна стрелковый батальон с ходу вступил в бой. Гитлеровцы не решались больше предпринимать какие-либо активные действия и начали поспешно отходить, захватив с собой убитых и раненых.
Батальон связи успешно оправился с необычной для него боевой задачей.
План гитлеровцев выйти к шоссе Порхов – Дно и уничтожить штаб 22-го стрелкового корпуса был сорван. Это было достигнуто благодаря отваге и решительности бойцов, которыми командовал А.Мери.