Коллектив авторов – Книга Z. Глазами военных, мирных, волонтёров. Том 1 (страница 67)

Со временем «фронтирология» вышла за пределы сугубо американской мысли. Французский историк Люсьен Февр сформулировал своё понятие фронтира исходя уже из европейской идентичности и европейской истории. Февр отвергал понятие границ, он считал их искусственным явлением, которое дробит и членит. По его мнению, границы — это сугубо модернистский феномен, неразрывно связанный с Вестфальской системой международных отношений. Фронтиры же относятся к традиционному мышлению. Это определённая форма жизни политической общности, существовавшая до того, как были установлены границы.

Для Февра система национальных государств, созданная Вестфальским миром, уничтожала и разрезала по живому существующий плюрализм народов. И французский историк обратился к тематике Фронтира как чего-то дышащего; не дробящего, но объединяющего то, что на этом Фронтире сталкивается. Этот тезис Февра в отношении фронтира стал для европейской историографии ключевым: границы — искусственны, Фронтир — естественен. Февр призывал не рассматривать границы как то, что отделяет одно от другого, потому что зона перехода — это зона постепенного вытеснения одного другим. И в этой зоне нельзя с уверенностью сказать, где начинается одно государство и заканчивается другое.

Категория фронтира близка и геополитическому мышлению. В геополитике пространство качественное, оно имеет не только географическую характеристику. Для геополитики пространство живое, оно имеет и социокультурную характеристику, оно бывает обожествлено. К примеру, если бы древний грек увидел пространство Эллады, он бы сразу понимал, где находятся святилища, где живут какие музы, какие территории запретны для посещения человеком, делил бы пространство на сакральную и профанную части. Это и есть качественное восприятие пространства. Для фронтирологии, для фронтирного мышления пространство тоже является качественным, это социально-философская категория, категория характера мышления. Поэтому важно фиксировать ментальность фронтира.

Когда я осмысляла метафизику нашего фронтира, метафизику Новороссии, то увидела, что Крым — это и есть граница. Это было нечто определённое, здесь заканчивается одно и начинается другое. И то, что в 2014 году мы ограничились исключительно воссоединением с Крымом, было неправильным шагом с точки зрения логики традиции. Мы ограничились компромиссом, зашли на определённую и очерченную территорию, отсекли её и разграничили, и забыли о том, что у нас есть фронтир. А фронтир есть у каждой империи. Он есть у либеральной американской империи: посмотрите на то, как он дышит во время переворотов на арабском Востоке. Фронтир был у нашей коммунистической империи, он постоянно расширялся, и дыхание этой империи доходило вплоть до Африки. Свой фронтир когда-то был и у Европы, ведь колонии европейских стран тоже были попыткой расширения. Свой фронтир должен быть и у русских сейчас.

Американская империя воспринимает всю территорию Украины, включая и Новороссию, как свой фронтир. Америка всё ещё допускает для себя мышление Фронтиром, для них нынешняя Украина — это «Дикий Восток», который они должны освоить. А нам в этом праве отказывают, нам говорят, что есть чётко очерченная граница, строгая территориальная очерчен-ность, в которой должны находиться русские.

Нас пытаются загнать в эту границу, и даже планы по «деколонизации» России — это попытки дробить нас, окончательно утопить в мышлении границами. К сожалению, логика граничного мышления характерна и для многих русских националистов, потому что большинство проектов построения русского национального государства существуют именно в ней. Но границами мыслит вассал. А господин мыслит фронтирами.

И это очень характерно для случая Новороссии. Новороссия — это качественное пространство, в котором пересекаются неоднородные культуры. Это не линия разграничения, а сплавленное пространство взаимодействия, некое дионисийское поле, где есть и один Логос, и второй, образующие вместе особую конструкцию. Сегодня этот фронтир является для нас фронтиром-учителем, который учит нас снова быть империей. Собственно, Новороссия с 2014 года нам систематически об этом напоминает. И наконец-то этот голос прорвался. Фронтир заявил о себе. Мы долгое время пытались остаться в строго очерченных границах и отказать этому Фронтиру в существовании, а этот фронтир жил, он рос, как нарыв, и становился болезненным.

С началом специальной военной операции фронтирное мышление начало возвращаться в наше государство. Россия вспомнила о своей миссии и вновь стала империей.

Наконец-то Россия начала дышать, и это дыхание пошло по Новороссии. Вспомните риторику 2014 года, слоган «Крым наш». Из того, что Крым — наш, вполне логично следует, что остальное не наше. Сейчас ответа на вопрос, где мы остановимся, фактически нет. Когда я задавала его русским воинам, как в Новороссии, так и в Москве, они отвечали, что остановимся мы после победы. А победа — это фронтир.

Мы должны одержать победу на этом Фронтире, и поэтому мы восстанавливаем мышление империи. Разумеется, это не означает желания «захватить Европу». Необязательно доходить танками до Парижа, чтобы достичь его идеологически. И до многих городов и стран дыхание нашей империи начинает доходить.

Когда я впервые приехала в воюющую Новороссию, то считала своим долгом поддержать находящихся там людей, и военных на передовой, и гражданских. Но вместо этого я услышала слова поддержки от них, мол, держитесь там, мы за вас. И Новороссия сейчас действительно конструирует тыл. Как Дикий Запад сконструировал империю США, так и фронтир под названием Новороссия конструирует нашу русскую империю.

Нам нужно продолжать включать фронтир-ное мышление, в котором нам долгое время отказывали. Ведь Новороссия не единственный наш фронтир, есть ещё Белоруссия и Северный Казахстан, которые сейчас находятся за границами Российской Федерации. С фронтирами нужно работать, и их нужно отодвигать. Для того чтобы правильно работать с этими фронтирами, фронтир-ное мышление должно быть в геополитике, философии, культурологии, лингвистике. Потому что Россия — империя и ей непозволительно мыслить себя в логике границ — явления, направленного на расчленение всего. Границы России должны дышать. Это задаёт России имперскую идентичность, которая шире национальной. Но главный экзистенциальный урок фронтира — раз нет границ, то нет и границы между жизнью и смертью. Потому что между жизнью и смертью тоже лежит фронтир.

СПУТНИКИ «ЧЁРНОЙ СОТНИ»

Помочь нашим делам

Мы бы не смогли реализовать этот и другие наши проекты, если бы не наш Книжный Клуб на «Бусти». Книжный Клуб — добровольное объединение наших читателей с ежемесячными взносами в пользу русского книжного дела. Вот имена и портреты наших добродеев-соиздателей:

Максим Абакумов Катя Агранович Николай Алтухов Никита Ананьев Свщ. Анатолий Николай Анохин Павел Белов Артём Бондаренко Александр Брызгалов Дмитрий Булычев Илья В.

Павел Веклич Даниил Викулин Максим Воробьёв Михаил Ворожцов Павел Гергелижиу Адель Гилазиев

Илья Голубев Алексей Гольтяев Максим Горин Павел Григорьев Максим Дегтерев Владислав Дербенёв Роман Дерлюк Мария Дмитриева Евгения Дмитриева Комитет Единения и Прогресса Андрей Епишин Игорь Ефремов Юрий Женов Денис Журавлев Иван Зотов Василий

Фёдорович Зыбин Александр К. Вячеслав К.

Илья Казначеев Александр Каинов Андрей Канов Яков Кирков Илья Кирьянов Артём Клячкин Иван Ильич Кобылкин Филипп Ковалев Алексей Ковинский Игорь Кононов Дмитрий Коробов Кирилл Кубряков Влад Кувайцев Юрий Кульчицкий Александр Куприенко Александр Кустарёв Олег Л.

Петр Лаврентьев Артём Пекарев Никита Леонов Кирилл Лисовский Игнат Лоскутов Андрей Лукаш Михаил Лушин Иван Макаров Олег Максимов Анна Малькова Александр Мамонтов Апостол Микуил Креветка МЦ Михаил Новоселов Иван Оконовенко Филатов Олег Александр Петров Вячеслав Петров Яна Потоцкая Алёна Пояркова Сергей Раховский Алексей Рогов Святослав Рожков Виктор Рой

Антон Русяйкин Михаил Семенов Евгений Силин Виктор Советов-Середской Андрей Степанов Георгий Тацюк Кауфман Туркестанский Фёдор Фетисов Владимир Ходаков Сергей Хотеев Виталий Чуманов Н. Д. Юшкевич Алексей Якшин Mikhail Beloshapka Sergey Bogomolov Konstantin Klyuzner Anton Muryzhnikov Kirill Orekhov Alex Random Fedor Rusov Marina Surikova Anton T

Konstantin Zhigadlo

Алексей

Алексей

Владислав

ВС

Денис

Екатерина

Иван

Иван

Хасбикъ

Artthropos

Вuu

Сеmеп

Gorty

Lex

nbska

Pavel

Sergey Sevansevanich

Tannim

Vanek

YULA

Александр Савенков

Станислав Булдаков

Дмитрий Смирнов

ЗАЩИТНИКИ «ЛИСТВЫ»

«Листва» — сеть книжных лавок и лекториев от издательства «Чёрная Сотня». Клуб Защитников призван финансово помочь нам обеспечить профессиональную охрану гостям, спикерам и сотрудникам «Листвы» на время, пока существует террористическая угроза от украинских радикалов. Вот имена и портреты наших главных Защитников:

Александр Архаров, Александр Альхименко, Артём Аюшин, Иван Бузин, Алексей Гольтяев, Владислав Гречко, Олег Кировский, Максим Минаев, Артём Сахаров, Константин Старков, Елизавета Тропынина, Виталик Штепсель, Андрей Юрьевич, Mai Swansky, Андрей, Дмитрий, Дмитрий, Екатерина, Николай.