Коллектив авторов – Детство в европейских автобиографиях (страница 57)
Джон Сандерсон
(1560–ок. 1627)
Джон Сандерсон родился в Лондоне в марте 1560 г. Его отец происходил из «хорошей семьи» с севера Англии, откуда он переселился в Лондон и там основал дело по производству шляп. Семья жила неподалеку от собора Св. Павла, в знаменитой школе которого Сандерсон изучил начатки латыни. Некоторое время Сандерсон вел дела в лавке отца, в 1578 г. был определен на девять лет в ученики купца Мартина Калторпа. В 1584 г. Калторп записал его на четыре года в служащие компании, которые вели дела с Турцией. Сандерсон поступил в распоряжение английского посла, некоторое время выполнял обязанности управляющего его домом, затем был послан в Александрию, откуда за неимением других дел дважды ездил осматривать пирамиды. В 1587 г. Сандерсон вернулся в Лондон к своему прежнему хозяину Калтропу (с 1589 г. лорду-мэру и рыцарю) и помогал ему в делах в Голландии. В 1588 г. для него закончился период ученичества, и, вероятно, Калторп подыскал бы ему место в своей конторе, но, к несчастью, не успел этого сделать, так как умер в мае 1589 г. Попытки Сандерсона наладить свое дело во Фландрии, а также его проект достичь Индии по маршруту португальцев кончились крахом. В 1591 г. Сандерсон возобновляет контакты с Турцией. В портретах его коллег перед читателями предстает меланхолический и раздражительный характер автора, проявившийся и в его воспоминаниях о детстве, публикуемых ниже. Несмотря на неуживчивый нрав, Сандерсон, очевидно, стяжал симпатии посла, горячего и решительного человека. В 1595 г. посол, сопровождавший султана на войну в Венгрии, оставил Сандерсона, к немалой его гордости, своим заместителем, однако же интриги членов посольства вынудили его в 1599 г. вернуться в Англию. Последнее путешествие в Порту Сандерсон совершил в 1599–1600 гг., когда не только вел сложные финансовые дела в качестве консула и казначея компании, но и посетил Палестину. В 1602 г. Сандерсон вернулся в Лондон, который больше не покидал до самой смерти около 1627 г. В 1604 г. он получил дворянский герб, а в 1605 г. оставил сферу торговли, хотя и вел оживленную переписку с агентами в Константинополе. Остаток его жизни был посвящен написанию записок о своих путешествиях и составлению автобиографии.
Сандерсон так и не женился после неудачного романа с племянницей Калтропа. Единственным родственником, к которому он был привязан, являлся его брат, священник. Из переписки братьев перед нами предстает другой Джон Сандерсон – человек, проявлявший интерес к теологии, музыке и литературе. В путешествия он всегда брал собственноручно переписанную коллекцию произведений церковных авторов. Его записи об увиденных Святых местах отличает немалая наблюдательность и ученость. Хотя, подобно другим своим современникам, Сандерсон привозил и просто «редкости» – мумии и различные восточные снадобья, в своих поездах на Восток он искал для брата и греческие рукописи. Последние представляли живой интерес для Томаса Сандерсона, одного из видных членов лондонского комитета по составлению нового исправленного издания Библии (так называемой Библии короля Якова), работой над которым занимались виднейшие теологи Англии.
В Библиотеке Британского музея хранится объемный свод сочинений Сандерсона – фолиант из 411 листов. Второй том его сочинений утрачен. Наряду с набросками записок о Леванте, копиями теологических сочинений, заметками о Риме, Испании, шуточными записями, стихами, перепиской. Сюда вошла и краткая автобиография. Если записки о Леванте увидели свет при жизни автора, в собрании Самюэля Перчаса, то автобиография была опубликована только в 1931 г. в издании Гаклюйтовского общества. Издатели отмечают, что Сандерсон дважды привносил изменения в текст, в 1615–1616 и в 1621–1622 гг., подчеркивая свою греховность. По-видимому, начало автобиографии, посвященное детским воспоминаниям, не подверглось существенным изменениям, однако и оно отражает меланхолический и болезненный нрав автора[320].
История рождения и приключений Джона Сандерса, иначе Бедика
После того как моя мать (как она говорит) с большим риском для своей жизни промучилась три дня, за нее были вознесены молитвы в начале службы в воскресенье у креста Св. Павла; вслед за тем, в то время, как пели псалом, она разрешилась от бремени в … последний день марта 1560 г., всего за 14 дней до Пасхи. Леди Стаффард, услышав о трудных родах, пришла к ней и принесла попить и непосредственно приняла меня у матери. При появлении на свет я был очень слаб и немедленно крещен с именем Джон; каковое, то есть Джон, и осталось моим именем после торжественного обряда крещения в следующее воскресенье. Моими крестными были мой кузен мастер Ричард Уайтхилл, джентльмен и купец Стапля; мастер Уильям Франклин, джентльмен и также купец – из Данцига; а крестной матерью была добрая леди Вудроф.
Мое младенчество, как говорила мать, было очень беспокойным и болезненным, я постоянно страдал нарывами, каковых у меня было не меньше семи одновременно. Когда я немного подрос, меня начали беспокоить белые плоские черви в животе. Долгое время из-за них я принимал много лекарств; среди других одно средство, которым я натирал свой живот целиком, по наставлению одной женщины, и прикладывал по целому грецкому ореху к пупку каждый день, но все приводило к тому, что кожа полностью сходила с моего живота, что до сих пор я не могу об этом вспоминать, не испытывая вживе жесточайшую боль; но от них (червей) я не излечился до 24 лет, после чего я не пил ничего кроме вина и воды.
Далее, очень большим было мое несчастье в грамматической школе из-за моих плохих способностей. До 16 лет я покончил со всей латынью, получив слабое в ней наставление от безумных учителей в бесплатной школе, Кука и Холдена[321]. Розги упомянутого Кука оставили не менее семи шрамов у меня на боку, которые видны и сейчас[322]. Так я перешел к счету и письму, в чем за полгода я получил все, что только было нужно, от мастера Скоттоу и мастера Грея[323]. После чего я провел полгода дома, ведя счета и определяя работу для слуг отца, так как сам он мучительно страдал от зоба, который начал расти под его правым ухом (как говорит моя мать) после того, как он женился; зоб сильно увеличился за 14 лет и теперь в последние годы находился в руках хирурга. Одна женщина, по имени мистресс Хамфри, первая поставила диагноз и занялась им, но лучшие хирурги лечили его многие годы спустя; по этой причине все, кто в какой-либо мере был с ним связан, носили в сердце большую печаль, видя его страдания; а он был в постоянном беспокойстве и так слаб, что не мог приглядывать за слугами или вести счет бархату, тафте, шелку, подкладочному шелку и т. д., что шли на подкладку шляп и чепцов; у него в услужении было постоянно три-четыре подмастерья, по крайней мере две служанки и не меньше семи или восьми рабочих. И все же он умер, не стяжав большого состояния, хотя и не в бедности …
В 17 лет мой дядя Фоксалл, купец, поместил меня [в ученики] к мастеру Мартину Калторпу, фландрскому купцу, который держал меня год до того, как я был записан его учеником, и потом я был приписан к нему с согласия отца на 9 лет, из которых прослужил ему только 7 лет, первые два в жалком звании подмастерья…
Эдуард Херберт
(1583–1648)
Эдуард Херберт – английский дворянин, происходивший из шропширского рода Хербертов, состоятельного, но не высокородного семейства (только его прадед был рыцарем, дед и отец оставались эсквайрами). Благодаря его раннему браку с дальней родственницей – Мэри Херберт, наследницей графа Пемброка, его социальный статус значительно возрос. В возрасте 18–19 лет Эдуард был представлен ко двору, где его превосходное образование и галантные манеры были оценены по достоинству. Расцвет его придворной карьеры пришелся на годы царствия Якова I: Херберта производят в рыцари и кавалеры Ордена Бани. Он воюет во Фландрии, путешествует по Германии, Италии и Франции, с 1619 по 1621 г. возглавляет английское посольство в Париже. В 1625 г. получает ирландский баронский титул, а в 1631 становится пэром Англии, лордом Хербертом из Чербери. Во время гражданской войны он принял сторону парламента.
Херберт был одним из самых образованных джентльменов якобитского двора, питавшим глубокий интерес к философии и медицине. Помимо автобиографии его перу принадлежит трактат «Об истине» (1624). Жизнеописание Эдуарда Херберта осталось незаконченным. Впервые оно было опубликовано в 1764 г. Значительная часть автобиографии посвящена взглядам сэра Эдуарда на воспитание совершенного джентльмена, которое, по его мнению, должно было включать фундаментальное классическое образование, современные языки, этику и теологию, естественно-научные дисциплины, в особенности – медицину и анатомию, а также занятия спортом, военными искусствами, музыкой и танцами.
Воспоминания Э. Херберта о его детстве приведены здесь практически полностью. В основном они центрируются вокруг тяжелого врожденного заболевания, которое способствовало формированию философского умонастроения автора, готового с легкостью покинуть бренный мир ради иного, а также с учебой, ставшей основным занятием его отрочества. Любопытно, что ранние брак и отцовство описаны весьма бегло и, по-видимому, не представлялись Херберту достойными подробного рассказа. Бросаются в глаза скупые упоминания о родне, отсутствие эмоционально окрашенных характеристик близких (в то время как портрет наставника написан значительно ярче). В трактовке автором его детских поступков и качеств можно усмотреть его высокую самооценку и определенный эгоцентризм[324].