Колин Маккалоу – Блудный сын (страница 48)

Макс упал в кресло, ноги его больше не держали.

— Что Эмили тебе сделала?

— Издевалась надо мной, как и над Мартитой в свое время. Потом начала шантажировать. Знаешь, когда — то я была пленницей ее брата и служила наживкой. Этого монстра, Чеза Держински. Не проституткой, нет! Он закрыл мою Уду в подвале и мучил ее, чтобы я работала на него. Я избавляла бедных старичков от их денег. Такая низость. Но это было лишь частью ее шантажа. Эмили говорила мне, что пустит слух, будто Джим Хантер и есть отец Алексиса. Ложь! Ложь! Но люди подобны голодным псам, они съедят любую отраву.

— И ты позволила Уде быть замешанной в твоем преступлении?

— С Удой все будет в порядке, если ты сделаешь, как я скажу. — Бутылочка опустела, и Давина слегка похлопала Алексиса по спинке. — Ну же! Срыгивай!

Спустившись вниз, Давина села за обеденный стол и прикурила голубую сигарету «Собрание Коктейль», потом подтолкнула испускающую пар кружку к Максу.

— Свежий кофе, Макс, — сказала она. — Если Уда пойдет под суд по обвинению в убийстве, я хочу для нее Энтони Бера в качестве адвоката, ясно? Прямо сейчас позвони Биллу Уилсону и все уладь.

На миг, когда она тепло улыбнулась мужу, промелькнула та привычная Давина.

— Дорогой мой, воспринимай это как ночной кошмар. Когда все закончится, ты, я, Алексис и Уда вернемся к нашей замечательной жизни. Я снова буду женщиной твоей мечты, и станем молиться, чтобы ты никогда больше не увидел Давину Савович, которой пришлось сражаться за свое место под солнцем. Она здесь, но глубоко похоронена, и Алексис унаследует от нее стойкость, как и другие черты характера. Я образованна. Ты образован. Алексис получит свое образование в лучших школах. Мы вместе будем вести издательский и дизайнерский бизнес, но наш сын достигнет большего. Уда увидела это по звездам.

— А она видела, как ее арестуют за убийство? — спросил Макс.

Давина посмотрела на него и рассмеялась.

— Понятия не имею! Вполне вероятно, что увидела, но она никогда бы не взвалила эту проблему на мои плечи.

— Чез заслужил смерть в равной степени, как и Эм…

— Сначала нам нужно было заполучить его сюда — это сделала смерть Эмили. Он умрет, Макс, любовь моя. Сейчас? — Она пожала плечами. — Мне придется придумать новые возможности.

Чез приехал, когда Макс еще общался по телефону с юристами, и нашел Давину за уборкой кухни.

— Что за фигня? — спросил он, присаживаясь. — Вэл сказал мне, что Уду арестовали.

— Все верно, — ответила Давина, включая посудомоечную машину. — За убийство Эмили. Чушь, конечно, но полиция думает, что она не сможет им противостоять. Они всегда хватают самого беззащитного.

Она выглядела великолепно, как змея в сиянии и блеске новой кожи. Если Давина сбросила старую, значит, уверена, что та ей больше не понадобится… Для такого жестокого и жадного человека, как Чез, ее полет фантазии казался чрезмерным, но ее образ этим утром был столь сильным, столь подлым и столь таинственным! Как много она знала о происходящем, о последствиях этих убийств?

Тогда, в прошлом, он четко осознал момент, когда надо покончить с вымогательством, но и позволить Давине и Уде уйти просто так он тоже не мог. Не видя для них места в своих делах во Флориде, Чез решил выгодно их вложить, как поступают с ценным имуществом, и ввел в круг Эмили. Эм за ними бы присматривала — ей он доверял. Это была идея Эмили: познакомить их с Максом Танбаллом, а Чез поспособствовал устройству Давины в дизайнерском бизнесе. Он имел все основания полагать, что у нее есть к этому талант и она ухватится за шанс получить законную работу. Что не просчитали ни он, ни Эмили — так это женитьбы Макса на Давине. Эм была вне себя, но Чез и в этом увидел плюсы и велел сестре не встревать. В результате он получил назад одолженные у него деньги, а Давина вошла в жизнь богатого выдающегося мужчины, как бомба с тикающим механизмом замедленного действия. И если шантаж снова стал бы актуален, Давине пришлось бы вступить в игру.

Только ему следовало бы навестить ее и самому посмотреть, как брак с Максом изменил Давину, в какого человека она превратилась. В голове Чеза еще царил образ той запуганной и сломленной маленькой эмигрантки, послушно исполнявшей все приказы, чтобы защитить сестру. Вместо этого перед ним оказалась властная, сильная, умная и безжалостная женщина. Их первая встреча в кафе Майора Майнера вызвала непредвиденные затруднения и заставила его задуматься об убийстве Эм, так непохожем на остальные.

Глядя на нее сейчас, те зародившиеся сомнения неожиданно превратились в уверенность: Эм убила одна из сестер Савович!

— Уда убила Эм? — спросил он. — Уда?

— Так думает полиция.

— Где Макс?

— На телефоне, договаривается об адвокате для Уды.

— Ему следовало договариваться об адвокате для тебя. Мою Эм убила ты.

— Чтобы заманить тебя сюда, — спокойно ответила Давина. — Ты — моя настоящая цель, Чез. Ты ответишь за то, что использовал меня и Уду, мучил нас, как животных, которыми ты считаешь всех женщин. Но я потеряла Уду, временно, и пока ты в безопасности. — В ее голосе не было ни страха, ни злобы. — Не спи слишком крепко. Ты умрешь!

— Вероятнее, умрешь ты, — рыкнул он со зловещим видом.

Давина рассмеялась.

— Вздор! Твои страшные гримасы на меня больше не действуют, Чез. Я убийца. Любому мужчине нужен сон. Только попробуй причинить боль мне или моей семье, когда ты проснешься — запоешь сопрано, если вообще проснешься. Эмили мертва, а я убила ее, чтобы добраться до тебя. Не слоняйся поблизости, забирайся в свой нанятый «Кадиллак», отправляйся в аэропорт Ла Гуардия или Кеннеди и улетай к себе во Флориду.

— Копы меня не пугают, — ответил он, бахвалясь.

— Это не Флорида. Здесь очень умные копы, если тебе так нравится это слово. Я предпочитаю — полицейские.

Шаркая ногами, вошел сникший Макс. Чез удивленно на него посмотрел.

Давина помогла мужу усесться на стул и подала ему кофе.

— Договорился? — спросила она.

— Да. Я ждал, пока Билл Уилсон мне не отзвонится. Энтони Бер будет защищать Уду.

— Отлично! — Давина вскочила. — Чез только что пришел, дорогой. Он зашел попрощаться. Во Флориде случилось что — то непредвиденное, и он немедленно должен туда вернуться.

— Я буду следить, — сказал Чез, следуя за ней.

Она открыла входную дверь и впустила его в небольшой предбанник, где вешали верхнюю одежду.

— Я доберусь до тебя за убийство Эм.

— Идет снег, — ответила она. — Застегни свою куртку, занудный стареющий бандит. Ты не сможешь работать в холодном климате.

Пока Чез шагал прочь, его преследовало видение фигуры Давины, излучающей силу, триумф и неуязвимость. Она так похожа на богиню победы, которую он видел в кино… Чез выехал из Коннектикута по трассе 1–95, едва упаковав вещи. Только прибытие копов спасло его шею: Вина и Уда убили Эмили, чтобы завлечь его сюда и после расправиться и с ним. Все его планы о мщении — сущий вздор; Вина назвала его стареющим, и она права. Чез не мог равняться с этой новой коварной Давиной Савович. Убить ее за Эмили? Гораздо проще полететь на Луну.

Внутри своего любимого дома сбросившая маску Давина занялась утешением бедного мужа. За один день его не привести в норму, но сделать это необходимо. Максу всего лишь шестьдесят, он еще увидит, как возмужает Алексис, в будущем — законный и умелый глава «Типографии Танбаллов». Этот надлом — дело рук Давины, и его надо исправлять. Сейчас Макс еще не верит, но, когда все закончится, он снова станет уверенным человеком с чувством собственного достоинства. Подходящим отцом для Алексиса.

Слушания у судьи Твайтеса были короткими. Умело аргументированная Энтони Бером сумма залога наконец сравнялась пятидесяти тысячам долларов. Эта трогательная и явно больная маленькая женщина не может быть злобным отравителем, — выражало лицо его чести. Отпущенная на попечительство своей сестры, Уда отправилась домой ожидать судебного разбирательства, которое еще не назначили.

— Никогда нельзя сказать, как Сомневающийся Дуг отнесется к обвинению, — говорил Кармайн Эйбу. — Но как его честь отнесется к обвинению, так же частенько и присяжные воспринимают судебное разбирательство.

— Мне вот интересно, кто позвал Бера? — спросил Эйб.

— Полагаю, Давина. Думаю, она предполагала, что рано или поздно это случится. Хотел бы знать почему.

— Но не она вдохновитель убийств, верно?

— Верно. Она слишком любит ту жизнь, которую ведет, и хотела бы, чтобы так продолжалось и дальше. Такие нацеленные личности обычно против таких расправ, если только убийство не остается последним средством. Поэтому ее единственной целью была Эмили. У меня есть смутное сомнение, что сестры Савович специально заварили эту кашу, чтобы Уду арестовали за убийство, совершенное Давиной. Ведь если одну из сестер оправдают, никакой окружной прокурор в здравом уме не будет пытаться обвинить вторую. Потому и сделали меньшую преступницей, — закончил Кармайн.

— Как бы мне хотелось вам не поверить, но не могу. В любом случае от нас больше ничего не зависит. Мы нашли подозреваемую с ядом. Хорри хочет попробовать ее засадить.

— Не та сестра.

— Да, не та сестра.

— Я слышал, что Хантеры переехали в Восточный Холломен, — сказал Эйб.

— Да, вчера. Патси говорит, Милли — словно ребенок с новой игрушкой. Все члены семьи снабдили их какой — то мебелью, которую она распихивает по местам, когда не занимается покраской дома. Ее лаборатория будет закрыта до тех пор, пока она не подготовит для Джима дом полностью.