Колай Мартын – ИМПРОВИЗАЦИИ ПРОСТРАНСТВА ВЕРОЯТНОСТЕЙ. (страница 6)
Деревья во дворах новостроек, отброшенные к стенам домов пустым двором, ударившись о бетон, снова тянуться вверх отбитыми кронами, за облака, к Солнцу, видимому в любой безоблачный день, к звёздам, видимым в любую безоблачную ночь.
Голые скалы многоэтажек вытянулись вверх на местах снесённых домов и фруктовых садов, лишённые неведомых для них маяков, древних гранитных и мраморных глыб,
брошенных незнамо когда и неведомо кем вдоль железнодорожной ветки, - выветренные, расслоившиеся, рассыпавшиеся, но не сдавшиеся не открытые двери в неведомое пространство, в котором время теряет значение. И микрорайоны, незнакомые с множеством иррациональных чисел, крутят ветер между высотками, уплотняют в плотный поток, сбивающий с ног, швыряют воздух бесцветными сгустками на улицу или на пустырь, или на площадь.
Ветер гудит, воет, свистит, пролетая сквозь жидкие иероглифы микрорайонов, чувствуя своё превосходство, вычёсывает из крон деревьев и кустов, спрятавшихся воробьёв.
Родившийся на каком-нибудь пустыре или во дворе, или между корпусами домов, хлипкий городской тайфун постоит, пошатываясь и сделает первый неуверенный шаг, пройдёт по газонам и палисадникам, вырывая из крон деревьев воробьёв, из небольших клумб цветы вместе с прижившимися духами, сдирая с лоджий остекление, выбрасывая с балконов что под руку попадёт, захлопает распахнутыми рамами, разбивая оконные стёкла, упрётся в голую бетонную стену и, потеряв верхушку, улетевшую на другую сторону дома, затихнет, рухнет во двор пакетами, бельём и мусором.
Настоящий ураган, распластавшийся над оранжевыми облаками, в невидимых причинах, во множестве иррациональных чисел, слившихся с Вселенной, словно дух, забывший о костях и продливший свою жизнь до бесконечности, ураган отзовётся, - прошелестит по верхушкам деревьев, разгонит рябь на канале, надует рубашку. И успокоится, вернувшись туда, где время квантуется одновременно с энергией, и информация квантуется одновременно со временем, пространство квантуется на пустоту и материю, материя квантуется на поля и частицы, а причина квантуется на причины.
Чайка летела над Каналом, покачивала над водой неподвижными крыльями, звала исчезнувшие солнечные блики, летела, забыв о засыпанной, осушенной, застроенной пойме Заболотья, где родилась, летела мимо засыпанных огородов, мимо вербы, стоящей у засыпанного родника на обочине шоссе, на краю автостоянки, не сдавшегося родника, силы которого хватало только на то, чтобы тихим, молчаливым ручьём протечь вдоль огородов под стенами гаражей и за десятым домом, за голубятней, залить водой неглубокую канаву, засыпанную мусором.
От спортзала до подъезда, вдоль Канала, по шоссе, навстречу летящей чайке, полкилометра. После тренировки, - полчаса. Солнце было видно облакам и чайкам, и яркой планете, парящей над горизонтом.
Фонари ещё не включили и автомобили, оставленные вдоль тротуара и на автостоянках, отделённые бордюром шоссе от берега Канала, от многовековых деревьев на берегу, начали растворяться в проясняющемся ночном небе, в воздухе, выталкивающем чайку вверх, к парящей планете.
Она откликалась на любое имя. Она звонила каждый месяц, с мая прошлого года, в одно и то же время и начинала разговор с одного и того же вопроса.
Полноватая женщина, согласившаяся после долгих переговоров встретиться отзывалась на одно и то же имя, у неё был муж, два ребёнка и глухой, ровный голос, словно поверхность бетонного столба.
Короткий проезд между двух железных гаражей, оставленных перед торцом десятого дома, между голубятней и автостоянкой, перекрыт тремя сломанными бетонными столбами, брошенными поперёк разбитой колеи.
За гаражами, на разбитой асфальтовой площадке, перед палисадником десятого дома, стояла машина «скорой помощи».
Из автомобиля вышел водитель, встал у раскрытой двери.
- Здравствуйте. Вы с Канала идёте?
- Здравствуйте. Нет.
- Звонили, кто-то голову разбил. Ждать будут у торца дома. Здесь. Водитель, открытыми ладонями приподнятых рук повёл слева направо, осмотрел площадку, пожал плечами.
Из автомобиля вышел врач, встал у заднего бампера, взглянул в проезд между гаражами, в сторону Канала, повернулся к шофёру.
- Они уехали, наверное. Поехали.
Водитель посмотрел на врача.
- Поехали.
Врач и водитель сели в автомобиль, уехали.
На полупустой автостоянке, под ивой, кабиной к дереву, вдоль дальнего забора, стоял трейлер. Над ивой парила яркая планета. Над планетой, на семнадцатом этаже, висела открытая рама лоджии с тонкой полосой малинового света на верхнем краю стекла, оставшегося на облаках от закатившегося Солнца.
Автостоянка, дом, ива, планета; над высокими, густыми кустами шиповника, окружавшими когда-то голубятню, перенесённую на новое место: шиповник, дом, ива, планета; сквозь решётку автостоянки: автостоянка, дом, трейлер, ива, огни фар автомобиля, проехавшего по шоссе, планета.
Невидимый, ароматный воздух с привкусом дождя. Невидимый воздух врывался в невидимые лёгкие, удивлялся неожиданному открытию и вылетал из лёгких вспотевший и разгорячённый.
В кронах вишен, выросших до третьего этажа перед торцом десятого дома, за деревянной, невысокой оградой, лениво чирикали воробьи, замолкали на несколько секунд, переходили на язык волнистых попугайчиков, которые улетели несколько дней назад от женщины из нашего подъезда.
В голубятне ворковали голуби. На детской площадке за голубятней детишки катались с горки.
Вечернее небо квантовалось на голоса слившихся с ним стрижей, носящихся кругами над двором.
- Аллё...
- ...
- Привет. Отредактировал.
- ...
- Привезу в понедельник.
- ...
- Сам привезу.
- …
- Пока.
Включили фонари.
За поворотом во двор, за ветвями разросшегося шиповника, висящими над невысокой изгородью и над тротуаром, маленькая девчёнка тянула за руку к детской площадке строго одетого: белая рубашка, чёрные брюки, чёрные туфли, в правой руке дипломат, лысого, невысокого, полного мужчину. Два фонаря, оранжевый и светло-салатовый, освещали с двух сторон полного мужчину, маскировали белую рубашку под цвет падающего за горизонт закатного неба.
- Дедушка, а дядя Саша сказал, что ты вчера напился пьяный и валялся на диване.
Мужчина остановился, смотрел на девчёнку.
- Он придумал. Сам валялся, пока жена не пришла и не забрала домой.
Стрижи, бросились к земле, заорали. Над детской площадкой, над верхушками деревьев, стая стрижей, разрезанная натянутыми проводами, разлетелась кусками в стороны.
Качество пространства между элементами определено качеством элементов множества и контекстом несущей волны. Качества, образованные внутри множества, сливаются с подобными качествами граничащих множеств, разряжая внутреннее пространство множеств до некоторого качества. Слившиеся качества образуют некоторое пространство множества вероятностей, независимое от начальных множеств.
Всё множество мест, в которых побывал за несколько лет, отмеченное цветными точками на карте Москвы, - множество вероятностей рациональных чисел.
Контекст несущей волны аранжировался чувствами и желаниями при появлении в каждом из мест и информация активировала пространство, в котором она живёт.
Пространство отвечало на моё присутствие в каждой из пятнадцати точек одной и той же реакцией, если промежутки между точками равнялись двадцати четырём дням. Цикл замкнулся. Она может не позвонить. Множество вероятностей всегда меньше множества рациональных чисел и является расширением множества вероятных событий, происходящих на оболочке единичной сферы, являющейся множеством мнимых чисел, и плоскостью ограничений для множества иррациональных чисел.
Элементы множества, – звонки. Пространство между звонками, – континуум пространство – время. Основное качество континуума вода-воздух, потому, что точка пересечения всех диагоналей – на фарватере в Химкинском водохранилище, напротив пристани, на некоторой высоте над водой.
Наша Вселенная является воплощением множества рациональных чисел, которое отличается от множества иррациональных чисел тем, что соответствует некоторым представлениям людей об их человеческом внутреннем устройстве. Оболочка единичной сферы, это предел понимания людьми окружающего мира, пространство, на котором множества рациональных и иррациональных чисел создают процессы, развивающиеся по законам термодинамики. Всё множество иррациональных чисел отражается на оболочке единичной сферы в мнимую единицу. С помощью мнимой единицы люди стараются приблизительно описать максимально близко к реальности способы выражения своего понимания процессов, протекающих во множестве иррациональных чисел.
Вселенная безконечна и не познаваемая и множество иррациональных чисел безконечно внутри единичной сферы и присутствие иррациональных чисел в жизни выражается тем, что в нашем тренировочном зале нет душа. Спортзал существует больше тридцати лет, а душ находится во множестве иррациональных чисел. Полотенце, которым вытираюсь после тренировки, прополаскиваю каждый день, и через несколько месяцев оно превращается в марлю.
Поток воды разбивался сеткой душа на струи, струи разбивались на капли. Вода стекала по телу, уносила с собой усталость. Холодная водица, красная девица, смой с меня сразу всякую заразу: простуду-зануду, хворобу из утробы. Возьми моё, отдай своё, то, что сердцу мило: красоту и силу, молодость и радость. Бери-смывай, никому не отдавай. Во время тренировки энергетические каналы перепутываются, энергия из дань-тян поднимается вверх и срок восстановления увеличивается. Вода помогает сократить восстановление каналов до нескольких часов.