Коэн Даша – Обещаю, больно не будет (страница 23)

Улыбнулся своему отражению и твёрдо решил, что Истомина точно не устоит передо мной. Один раз уже упала, падёт и снова. Да, возможно, она и укрепила за эти годы свою крепость, но мне было плевать.

Я планировал взять её, если не штурмом, так измором. И никаких, к чёртовой матери, поддавков.

А потому, я не собирался, как доверчивый олень, дожидаться её в ресторане, гадая, придёт она или нет. Я снова купил огромный букет и снова тех самых пионов, которые она уже однажды не приняла, а затем взял курс на квартиру, где она проживала с Максимовской, мысленно прикидывая, во сколько Истомина должна выйти из дома.

Таким образом, я был под её окнами уже в семь тридцать вечера и занял выжидательный пост в тени огромной плакучей ивы. Спустя ещё минут пять во двор дома заехал какой-то тупой мажор на разрисованной аэрографией спортивной тачке, громыхая басами так сильно, что даже я рисковал выплюнуть лёгкие.

Но уже спустя минуту я забыл обо всём на свете, потому что из своего подъезда вышла Истомина. А у меня от её вида случился форменный вынос мозга. Я даже рот открыл, пожирая её фигуру взглядом.

Не идёт — пишет. Стройные ноги обуты в изящные босоножки на головокружительной шпильке. Волосы собраны в высокую причёску и только пару локонов обрамляют личико. А сама она одета в невесомое облако алого шифона, который при каждом её движении соблазнительно развивался и облегал бёдра.

— Чума, — выдохнул я и глубоко вздохнул, а потом подумал о том, что общение сегодня вечером между нами дастся мне максимально тяжело. Ибо всё, что я хотел сейчас с ней делать, не имело ничего общего с разговорами.

Низ живота тут же резко налился кипящим свинцом, и я тихо застонал, чуть прикрывая глаза и со всей дури вцепляясь пальцами в оплётку руля. Откинул голову назад. Тихо рассмеялся.

— Как это всё пережить и не сдохнуть, м-м?

И теперь не было сомнений — Истомина шла меня потрошить во всеоружии, а значило это только одно — ей было не всё равно. Читай, что неравнодушна. Вывод? Заочно я уже победил.

Улыбнулся сам себе. Внутренне выдохнул всё напряжение, что копил ещё со вчерашней нашей встречи. И только было уже собирался подхватить букет и выйти к ней, как медленно, но верно выпал в нерастворимый осадок.

Потому что из той самой безвкусной, разукрашенной тачки вальяжно выполз парень, наперевес с веником из алых роз, а затем целенаправленно двинул к Истоминой. И она при его виде не растерялась, и даже не удивилась. А растянула губы в очаровательной улыбке и кокетливо помахала ему одними пальчиками. А дальше эта анаконда приняла букет от беспонтового мажора и без колебаний уселась в его стрёмную машину.

Честно? Я охренел.

Смотрел вслед удаляющемуся от меня спорткару и не мог поверить в то, что увидел. Спустя минуту буквально вывалился на улицу и принялся жадно хапать воздух, пытаясь прийти в себя и сопоставить все факты в один логический ряд. А ещё старался игнорировать то, как странным образом ноет за рёбрами.

Через секунду замер на месте. Вмазал себе мысленно по лицу и безапелляционно решил, что делать из меня лоха не позволю. Достал из заднего кармана мобильный и тут же набрал раздобытый номер её телефона. Вслушался в длинные гудки и оскалился, когда на том конце провода мне всё-таки ответили.

— Да?

— Привет, Ник, — изо всех сил я старался, чтобы мой голос звучал ровно.

— Э-м-м?

— Это Яр.

— Откуда у тебя мой номер?

— Во сне приснился. Веришь?

— Нет, — рубит категорично, а я в эту самую минуту ненавижу её как никогда, потому что слышу, как на заднем плане играет та самая мелодия, с которой и подрулил чёртов мажор к её дому.

— Да брось.

— Кого купил на этот раз?

— Твою старосту, — не вижу причин, чтобы не сказать ей правду.

— М-м...

— Слушай, я что звоню: у меня тут форс-мажор нарисовался катастрофических масштабов. Стереть не получается. Я сильно впаду в немилость, если попрошу тебя перенести нашу сегодняшнюю встречу на другой день?

— Ты уже в немилости, Басов. Тебе ниже падать уже некуда.

— Это значит «нет».

— Это значит «нет», — она почти рычит, а я довольно улыбаюсь, без дополнительных разъяснений понимая, что именно она хотела провернуть со мной.

Грёбаная самка богомола.

— Как жаль, — тяну я, целенаправленно выводя её на эмоции.

— Басов?

— Да?

— Иди-ка ты на хрен!

— Постой, ты что реально расстроилась, что мы сегодня не увидимся? Да ладно. Я думал, ты выдохнешь с облегчением, вот тебе моё честное пионерское слово.

— Так всё, пока.

— Погоди, Вероника, — смеюсь я в трубку, — дай мне шанс что-нибудь придумать и всё исправить.

Но Истомина только сбрасывает вызов, а я тут же вдариваю по газам и беру курс в оперу, в которую меня пригласил Караев и сам себе обещаю, что сегодня буду развлекаться, заниматься делами и более не вспомню, как эпично проехалась по мне одна строптивая коза.

Хрен ей!

Вот только до оперы я так и не добрался. Не доезжая всего пару сотен метров, развернулся и погнал в сторону того самого ресторана, где я должен был провести незабываемый вечер. Признаться, он таким и стал.

Стоило мне только пройти в заведение и сесть за забронированный заранее стол в уютном алькове, как я тут же напоролся глазами на Истомину и её мажора, с которым они сидели на ярус ниже от меня: столик на двоих, свечи, бутылка дорогого шампанского, устрицы.

— Козёл, — прошипел я себе под нос и тут же со всей дури заскрежетал зубами, потому что увидел, как жадные до прикосновений мужские пальцы накрыли маленькую ладошку Истоминой.

Тихо зарычал.

А она ему между тем улыбается, что-то мило чирикает и кокетливо хлопает ресничками. Я полюбовался на этот дурно пахнущий спектакль ещё минут пятнадцать, а потом не выдержал и поспешно покинул ресторан. После сел в машину и прижался лбом к рулю, тяжело дыша и мечтая вернуться, а там уж кулаками выскоблить от зубов всю ротовую полость того мудака, что сидел сейчас рядом с Истоминой.

Он. Не я.

Но я даже не дёрнулся. Лишь поднял голову и встретился глазами со своим отражением в зеркале заднего вида и сам себе подмигнул.

— Похер. Я её всё равно переиграю.

А затем завёл двигатель и рванул куда глаза глядят, шепча себе под нос, словно мантру, бесконечное:

— Мне не больно...

Глава 18 – Эффект неожиданности

Вероника

Зуб на зуб не попадает. Где-то глубоко внутри меня закручивается и сносит всё на своём пути огненный торнадо. И хочется раскрошить чёртов телефон просто за то, что он передал мне голос Ярослава, его смех и слова, которые до сих пор не укладывались в моей голове в удобоваримый смысл.

— Ник, с тобой всё в порядке? — спрашивает сидящий рядом Янковский, а я смотреть на него не могу, потому что он точно такой же урод, как и Басов. Садясь в машину, из заднего кармана его джинсов демонстративно вывалилась пара презервативов. Но парень даже не стушевался от такой явной осечки, а лишь самодовольно хмыкнул и многозначительно подмигнул мне.

При любых других вводных я бы сунула этому придурку фак прямо в лицо, развернулась и гордо ушла в закат. Но тогда я только выдохнула ярость через нос и заставила собственные губы растянуться в непринуждённой улыбке.

Я думала, что овчинка стоит выделки.

А теперь выходит, что все мои жертвы оказались напрасны. Чёртов хитровыделанный шахматист.

Накрывает концентрированным разочарованием…

— Нормально, — чуть передёргиваю плечами, чтобы хоть как-то утрясти в себе генерируемое в геометрических пропорциях бешенство.

— Кто такой Басов?

— Никто.

— И поэтому ты послала его нахрен? — смеётся Янковский, но его взгляд, словно острый скальпель пытается задеть меня за живое.

— Да, Андрей, именно поэтому.

— Воу!

— Что? — кошусь я на парня.