Клим Ветров – Пионер. Том II (страница 5)

Пока мечтал, дошел до мастерской. Дверь открыл, и внутрь. В царство гробов, гула станков, и воя пилорамы.

Но я привык. Разделся, включил электрическую плитку — о чудо-чайниках тут пока не знали, и налив воды в обычный железный, поставил его подогреваться.

— Пап, тебе кофе сделать? — перекрикивая шум, спросил у отца, на что тот, не отрываясь от работы, кивнул.

— А тебе, Борисыч? — повернулся я к второму кооператору.

— Давай! — отозвался он.

— С сахаром?

— Нет! Без сахара!

Борисыч сладкое не ел, здоровье не позволяло, то ли диабет, то ли ещё какая зараза, но в кофе добавлял иногда, поэтому я и спросил. У молодого спрашивать не стал, тот пил исключительно чай, и исключительно собственноручно заваренный. У него даже мешочек с собой всегда был, с травками разными. Он их прямо в чашку бросал, заливал кипятком, ждал когда слегка настоится, и выпивал.

Дождавшись когда закипит чайник, я вскрыл банку с кофе, разложил по кружкам и залил кипятком. Сахара отец много не любил, ему полторы ложки закинул, Борисычу ни одной, ну а себе три, как обычно.

— Вставай на обивку, сегодня надо хотя бы штуки четыре доделать, завтра с утра за этой партией приехать должны. — забрав свой кофе, распорядился отец.

Обивка, значит обивка. Ничего сложного, режешь ткань по трафаретам, и маленькими гвоздиками прибиваешь к изделию. Можно кофе попивать в процессе, можно мечтать, а можно и в носу ковыряться. Не самая пыльная работа, нудная слегка, но это не страшно. Думаю ещё недельки две, отец с Борисычем поймут что гробы и прочие кладбищенские аксессуары, тема реальная, и будут уже серьезно расширяться. Как на мой взгляд, человек пять надо минимум, а если ещё и мебель не забрасывать, то и больше.

Вот только с материалами они не решат, это точно. И денег нет толком, и не знают что впереди ждёт, всё надеются на что-то, думают добрый дяденька придёт и заживём краше прежнего.

Но так не будет, я-то знаю. Самому надо как-то суетится, ведь если сейчас не купить, потом поздно будет. Доски на лесоторговом пока есть в наличии, но даже если куплю, где складировать? Брать надо кубов сто минимум, а это уже объём, гаражом не отделаешься. База какая-то нужна со складами, и желательно чтобы недалеко. Будь сейчас год девяносто третий, проблем бы не было, к тому времени куча предприятий будет склады в аренду сдавать, от безвыходности. Сейчас же всё только начинается, хоть процесс уже и запущен.

Хотя стоп, сегодня же сторож на кладбище рассказывал про «опытный» завод, а что если туда заглянуть, он и недалеко, и проблемы у них с деньгами. Не зря же инженера могилы на кладбище копают?

Мысленно поставив себе заметку, я посмотрел на часы, и забив последний гвоздь в крышку последнего на сегодня гроба, пошёл одеваться.

— Дим, подожди, вместе пойдём, нам немного осталось! — крикнул из дальнего помещения отец, но я отказался, сославшись на важную встречу.

— Домой-то хоть придёшь сегодня? — недовольно покрутив глазами, поинтересовался он.

— Сегодня вряд-ли, оно уже почти закончилось, но завтра не думаю что сильно задержусь, девушку провожу, и вернусь. — сказал я, прежде чем оделся и вышел на улицу.

Вообще наверняка глупо, скорее всего Аня с работы не одна пойдёт, по-любому встречают её, но как говорил товарищ Берия, — «попытка не пытка!»

Идти особо не торопился, потому что вышел хорошо заранее, но пришёл всё равно рано. Очереди у ларька уже не было, но его ещё не закрыли. Осмотрелся, встал в сторонке, так чтобы не маячить, и приготовился ждать, радуясь тому что не холодно. Минус пять, не больше, и судя по небу, мороза не ожидается; облака, луну едва видно. Перед морозом обычно небо чистое, звезды искорками помигивают. Его так и называют, морозное небо.

Вот к ларьку подошёл мужчина, наклонился к окошку, сказал что-то, забрал покупку и двинулся к трамвайной остановке. После мужчины появилась парочка пенсионеров, как дети держась за руки, они состояли у витрины, и ничего не купив, ушли. За ними почти сразу два паренька лет по шестнадцать, что брали я не видел, но судя по тому что только отошли и сразу прикурили, заходили за сигаретами.

Ровно в двенадцать окошко закрылось, но прежде чем в дверях показалась Аня, прошло ещё минут десять. Она вышла, достала откуда-то длинную палку, и с ее помощью опустила «ставни».

Наверное можно было уже подойти, но я отчего то медлил, а когда решился, возле ларька появился какой-то парень. Высокий, широкоплечий, в болоньевой куртке и вязаной шапке. Хозяин, или охранник? А может кавалер?

Закрыв дверь, Аня что-то сказала парню, тот кивнул, и взяв её под руку, повёл по тропинке к тротуару. Мне же оставалось только наблюдать.

Вот прав был отец, послушал бы его, десятый сон бы уже видел. А не вот это вот всё.

Но делать нечего, двинулся в обратном направлении. И только мимо ларька прошёл, слышу, впереди кричат. Несвязно так, скорее не крик, мычание.

Ускорился, добежал до угла дома, повернул за угол, и едва не споткнувшись о лежащее на снегу тело, — судя по куртке, тот самый Анин кавалер, затормозил напротив окруживших девушку троицы парней.

Если драка неизбежна, бей первым. — гласит древняя дворовая мудрость. Поэтому я, как заправский мудрец, не тратя времени на разговоры, с ходу впечатал тому что стоял ближе, уложив его рядом с кавалером. Двое других сориентировались быстро, разошлись в стороны, и одновременно кинулись в атаку.

Судя по повадкам и телосложению, парни опытные, — бокс, может борьба, но я уже успел достать дубинку, и следуя тому же совету мудреца, от души приложил сначала одного, а потом и второго.

— Ты как? Живая? — убедившись что налётчики в отрубе, я подскочил к вжавшейся в стену девушке.

Не в силах говорить, та часто закивала, но выглядела она нормально, ни крови, ни каких-то других повреждений на её лице не было.

— Друг твой? — подойдя к кавалеру, я перевернул его на спину, и слегка похлопав по щекам, заставил открыть глаза.

— Б-б-брат… — заикаясь, всё же «выдавила» из себя девушка, продолжая вжиматься в стену.

— Чего они от вас хотели?

— Ключи от ларька требовали, только я не нашла сразу…

— Встать сможешь? — поймал я взгляд парня, но тот промычал что-то непонятное и опять отключился.

— В конце дома будка телефонная стоит, добеги, вызови скорую и ментов, дождись их там, а я пока этих покараулю. Быстрей только, а то братик твой совсем околеет!

На счёт околеет я, конечно, приврал, но в больничку бы ему всё равно не мешало. Мужик так-то крепкий, вот ребята рисковать и не стали, а просто стукнули чем-то тяжёлым сзади по голове. Или дело не в крепости рук?

Быстро осмотревшись, и убедившись что никого вокруг нет, я аккуратно прошёлся по карманам «братика». Внутрь не лез, снаружи только похлопал, думаю менты приедут, а у него нож или кастет, неудобно будет. И не зря подумал, ножей с кастетами не нашел, зато пистолет нащупал. Древний Вальтер, с такими немцы в войну гоняли, типа оружия офицерского состава. Сам я никогда не сталкивался с подобным, но слышал что неплохой пистолетик, надёжный.

Вытащил я его, и чуть в стороне в сугроб сунул, так будет лучше.

И вовремя. Только справился, приехала скорая, новенький РАФик с «рогатой» люстрой на крыше. Доктор, фельдшер и водитель. Хотели сразу всех «больных» забрать, но я не дал. Сказал что трое бандиты страшные, очнутся, места мало будет. Погрузили тогда они «нашего», и под рёв сирены укатили.

Менты появились минут через пятнадцать после отъезда скорой, коротко опросили Аню, потом меня, и не задерживаясь, загрузили налётчиков в машину.

— Завтра часикам к десяти подойдите в отделение, к дежурному обратитесь, он вас куда надо направит. — сказал усталый милиционер с капитанскими погонами, прежде чем сесть в свой уазик.

— Ты где живёшь? — спросил я Аню, когда скрипящий и рычащий милицейский автомобиль скрылся из виду.

— Тут недалеко. — уже не так испуганно смотрела девушка. Даже с интересом, я бы сказал. Теперь главное не испортить, продолжая играть рыцаря без страха и упрека.

— Пошли провожу, а то снова влипнешь в историю… — протянул я руку.

— В одну воронку снаряд дважды не падает. — робко возразила она, хотя если судить по «расцветшему» личку, предложению обрадовалась.

— Так то снаряд, а у нас тут всяко может быть. Но если ты не хочешь, я не навязываюсь, извини если чем-то обидел.

— Нет-нет! — в глазах девушки отчётливо мелькнул страх, и она торопливо вцепилась мне в руку. — Ничем не обидел, я согласна, пойдём!

И мы пошли. Вместе, под ручку, но молча. Я не знал что сказать, а Анна, видимо, стеснялась. Хорошо хоть идти недалеко, рядышком всё. Думал провожу, и спать пойду, начало знакомства положено, теперь можно и не спешить, растянуть, так сказать, удовольствие. Но сам того не ожидая, я был приглашен на чай.

Первый подъезд, третий этаж, дверь прямо. Одна комната и кухня. Балкон ещё, но на зиму он закрыт. Мебели немного; в комнате шкаф древний, тумба с чёрно-белым телевизором «Рекорд», диван, небольшой журнальный столик покрытый вышитой скатертью, машинка швейная в углу, и стойка с цветами. В прихожей вешалка и пуфик, на кухне стол, пара шкафов на стене, мойка и холодильник пузатый. Цветы на подоконнике.

— Я здесь с бабушкой живу, но сейчас она в гости к родственникам уехала. — заметив как внимательно я всё рассматриваю, пояснила Аня.